Видео дня
Во Флоренции найдена утраченная фреска Леонардо да Винчи. Фото
Ученые приблизились к разгадке еще одной тайны знаменитого Леонардо да Винчи.
В многолетних поисках утраченной фрески Леонардо да Винчи «Битва при Ангьяри» достигнуты первые результаты.
Как сообщил руководитель проекта исследователь-искусствовед Маурицио Серачини, спектральный анализ стены зала Большого совета (Салона Пятисот) дворца Сеньории (Палаццо Веккьо) во Флоренции показал наличие под другой более поздней фреской Джорджо Вазари образцы черной краски, точно такой же, какой пользовался гений Возрождения при создании портрета Моны Лизы и холста «Иоанн Креститель».
Серачини еще в 1975 году предположил, что живописец и историк искусств Вазари, в своих дневниках восхищавшийся фреской да Винчи, не мог ее уничтожить собственной рукой. По предположению ученого, Вазари пошел на хитрость и рисовал свою, также батальную сцену «Битву при Марчано» не прямо поверх предшествовавшей, а соорудив «фальшивую» поверхность, которая и накрыла оригинал.
Не имея возможности разрушать ценную фреску Вазари, Серачини исследовал ее ультразвуком, обнаружил зазор в стене, и только после этого получил разрешение на взятие микропроб.
В 2010 году Серачини удалось получить первое подтверждение своей теории, когда под фреской Вазари действительно была обнаружена «воздушная подушка» шириной не более 3 мм.
Следы чёрного пигмента и лака говорят о том, что фреска Леонардо, если она там есть, скорее всего, ещё цела, то есть не осыпалась от времени, уточняет «Компьюлента».
Как напоминает издание, история фрески началась в 1502 году, когда флорентийский государственный деятель Пьеро Содерини поручил Леонардо да Винчи написать батальную сцену, посвящённую победе над миланскими рыцарями на тосканской равнине Ангьяри в 1440 году. Леонардо решил поэкспериментировать с новой техникой живописи и масляной краской, но у него не получилось. В середине XVI века власти Флоренции попросили Джорджо Вазари провести реконструкцию Зала Пятисот. Как гласит легенда, Вазари, посредственный художник, но великий искусствовед, не смог заставить себя уничтожить незавершённую работу мастера.