Андрей Шкиль посылает Ющенко в Сингапур

Андрей Шкиль посылает Ющенко в Сингапур

После автокатастрофы, в которую народный депутат из фракции БЮТ Анд­рей Шкиль попал в начале апреля, его имя надолго исчезло из выпусков теле­новостей и с газетных полос. Он еще не полностью восстановился, чтобы вернуться к активной работе, однако прокомментировать злободневные политические вопросы в эксклюзивном интервью «Известиям в Украине» согласился.

фото УНИАН

Андрей Васильевич, каково ваше мнение о случившейся автокатастрофе? Мог ли это быть политический заказ?

Я не считаю, что это был заказ. Там погибла дочь водителя другой машины, и я не хочу, чтобы на этой аварии спекулировали мои политические оппоненты.

Тогда перейдем к политике. Как вы отно­ситесь к перенесению даты проведения досрочных выборов?

Я лично считаю, что перенесение сроков досрочных выборов может рассматриваться только с технической стороны. Не должно быть никаких переносов на осень. Если выборы не состоятся в течение мая — июня, вероятность их проведения вообще сущест­венно снижается. Должны быть четко соблю­дены буква и дух Закона. То есть если кто-то не выполняет существующий Указ Прези­дента о досрочных парламентских выборах — не имеет значения, каким будет решение КС. Невыполнение соответствующих распо­ряжений главы государства свидетельствует о неуважении к Конституции и государству как к инструменту осуществления власти. Поэтому переговоры между Президентом и премьером должны вестись о том, когда будут проведены досрочные выборы, а не о том, будут ли они проведены вообще.

Видео дня

Насколько прочными могут быть возмож­ные договоренности между Президентом и премьером? Будут ли они выполняться?

Я не верю в какие бы то ни было догово­ренности. Не верю, что ПР держит слово — она ни разу его не сдержала ни перед своими избирателями, ни перед своими партнерами (я имею в виду коллег из оппозиции, а не из СПУ и КПУ). Но когда речь идет о том, можно ли с помощью ПР выйти из кризиса, я отвечу: да, это возможно! Но это нужно делать примерно так же, как во время кризиса при Кучме, когда в условиях полного недоверия к тогдашнему президенту все равно в сессион­ном зале шла работа, подписывались указы...

Каким образом в сегодняшней кризисной ситуации возможно прийти к такому комп­ромиссу?

На мой взгляд, главным предметом комп­ромисса должна стать необратимость демок­ратических изменений в Украине, необрати­мость проевропейского, проатлантического, пронатовского курса, необратимость разви­тия Украины как суверенного государства. Второе — это закрепление императивного мандата. Я понимаю, что Совет Европы выступает против этой нормы. Я лично тоже выступаю против императивного мандата, к примеру, в Польше... Но в сегодняшней Украине это необходимость. Более того, в законе должно быть прописано, чтобы импе­ративный мандат работал 4—5 созывов, не меньше. Третий шаг, который необходимо сделать для достижения компромисса, — это узаконить ключевые нормативы, которые были изложены в Универсале националь­ного единства. Идея Универсала поначалу выглядела достаточно наивно, но она может такой и остаться, если не будет закреплена в законе. И тогда, для того чтобы изменить эти нормы, потребуется 300 голосов, которых, я надеюсь, у нынешней коалиции не будет никогда. Вот те вещи, которые необходимо принять для того, чтобы досрочные выборы были проведены без конфронтации…

Вы говорили о компромиссах со стороны Януковича, но ни слова не сказали о том, чем должен поступиться Ющенко...

Виктор Ющенко в этом случае может пойти на одну глобальную уступку, которая заключается в том, что ПР будет в следую­щем парламенте. Я могу привести как при­мер Сингапур, где в свое время компартия набрала 75 процентов голосов избирателей, потому что финансировалась коммунисти­ческим Китаем... Но когда президент Синга­пура пришел на свой пост и понял ошибоч­ность коммунистической идеологии, он рас­пустил парламент. Компартия проигнориро­вала досрочные выборы и не приняла в них участия. Не попав в парламент, через полтора года эта политическая сила прекратила свое существование. Парламент начал хорошо работать без коммунистов. Вот пример, кото­рому может следовать Президент...

Вы допускаете, что и ПР может не попасть в парламент?

Если придерживаться буквы закона, то да. Если они не подали документы, тогда они не имеют права принимать участие в выборах и, соответственно, не попадут в парламент.

Вы допускаете возможность, что досроч­ные выборы могут не состояться?

Да, я допускаю, что так может произойти. Но это возможно лишь в том случае, если компромисс устроит все стороны, в том числе и БЮТ. Мне сейчас лично очень тяжело придумать условия такого компро­мисса, который заставил бы нас отказаться от требования очищения парламента. Если же выборы все же будут перенесены на осень, думаю, это будет проигрышем если не Президента, то его Секретариата.

Существует ли возможность силового варианта развития ситуации?

Не существует! Первый, кто покажет силу, проиграет. И проигрыш этот будет быстрым и заметным. Я считаю, другого выхода из кризиса, кроме как принятие политического решения, не существует. С другой стороны, не приведет ли политичес­кое решение к силовому противостоянию через полгода или год? Это будет зависеть от того, какой будет политическая договорен­ность и как ее воспримет общество.

Выполнит ли БЮТ решение КС? Вер­нутся ли бютовцы в зал, если суд признает указ Президента неконституционным?

Я написал заявление, как и 160 народ­ных депутатов, о выходе из фракции и сло­жении депутатских полномочий. Если суд не примет решение о том, что указ Пре­зидента является конституционным, то должен сработать этот метод признания парламента недееспособным.

Полина БЕРЕГ, "Известия"