Блог | Злой гений русского флота Мадяр? Хэйхатиро Того? Нахимов!

"Птахи Мадяра" в июле-августе поразили более 220 российских судов и кораблей в Азовском и Черном морях. Японский адмирал Того во время Цусимского сражения в мае 1905 года отправил на дно 21 русский корабль. Но лидером в этом деле остается Нахимов!

После разгрома русских войск на Альме европейцы быстро двигались к Севастополю, и утром 9 (21) сентября 1854 года Корнилов собрал на совет флагманов и капитанов, чтобы решить, как быть флоту. Большинство командиров склонялось к затоплению кораблей на входе в бухту. В том числе и Нахимов. И в ночь на 11 (23) сентября 1854 года русские моряки затопили своих 5 кораблей и 2 фрегата ("Три святителя", "Уриил", "Селафаил", "Варна", "Силистрия", фрегаты "Флора" и "Сизополь") – со всеми пушками, порохом и морской провизией. "Три святителя" упорно не хотел идти на дно, и пароход "Громоносец" орудийным огнём (47 выстрелов ниже ватерлинии) потопил ветерана. Это было началом конца блестящего Черноморского флота.

Но Нахимов начал топить корабли с первых месяцев обороны – для него это стало идефикс. Так, не успел шторм разломать "Силистрию" (этот корабль утопили без пушек и он сильно бился о дно), как появляется рапорт Нахимова:

"№ 36 30 октября 1854 г.

Секретно

После вчерашнего свежего ветра затопленный корабль "Силистрия" разломало, и над ним оказался проход глубиною местами до 36 футов. О чем имею честь донести вашему превосходительству. Вице-адмирал Нахимов 1-й."

Меры были приняты:

"Рапорт командира корабля "Гавриил" капитан-лейтенанта Н. И. Викорста Станюковичу о затоплении своего корабля по распоряжению П. С. Нахимова.

№ 1051 6 ноября 1854 г.

Вследствие секретного предписания командующего эскадрою судов Черноморского флота г-на вице-адмирала и кавалера Нахимова за № 10118, бывший в командовании моем 84-пушечный корабль "Гавриил" 5-го числа сего месяца около 7 часов утра затоплен вместо корабля "Силистрия".

О чем вашему превосходительству имею честь донести. Капитан-лейтенант Викорст".

Вскоре озабоченный Нахимов пишет рапорт самому Меншикову:

"№ 614 15 декабря 1854 г.

Севастопольский рейд

Крепкие западные ветры и большие волнения разрушили преграду из затопленных кораблей у входа на Севастопольский рейд; тщательный промер, сделанный по моему приказанию, показывает, что по всей линии глубина превышает 28 футов. Важность этого обстоятельства обязывает меня, не соблюдая формы, поспешить донести прямо вашей светлости".

Могильщик русского флота

Давно пора присмотреться к выдающейся роли адмирала Нахимова в деле утопления ЧФ. Известно, что пятнадцати лет от роду он ступил на палубу и затем всю жизнь провёл на ней, дослужившись до вице-адмирала. Менее известно, что полным адмиралом он стал на суше 27 марта (8 апреля) 1855 года, утопив больше своих, чем вражеских кораблей. Умер от вражеской пули, как и Нельсон, но тот погиб в море, выиграв множество сражений, а на адмиральском счету Нахимова один только Синоп, победа громкая, но ставшая причиной проигранной войны и гибели родного флота. Так что палубы для смерти не нашлось, ее пришлось искать на бастионах.

Подойдя к городу, неприятельская армия не решилась на штурм и 13 (25) сентября двинулась с Бельбекских позиций на восток. Движение заметили с башни на крыше морской библиотеки, самого высокого места города: поток красных английских мундиров тянулся на Мекензиеву гору и спускался оттуда в долину Чёрной речки. За ними шагали французы, и тысячи штыков сверкали под солнцем. Европейцы вместо штурма, гарантировавшего быстрый успех – они имели подавляющее превосходство в силах, двинулись в обход.

Но Нахимов ударился в панику и в 7 утра 14 сентября издал такой приказ: "Неприятель подступает к городу, в котором весьма мало гарнизону; я в необходимости нахожусь затопить суда вверенной мне эскадры, и оставшиеся на них команды, с абордажным оружием, присоединить к гарнизону." Для затопления приказано было прорубить отверстия и заткнуть их пробками. Помня же медленность затопления линейного корабля "Три святителя", Нахимов приказал привязать к бортам кораблей смоляные кранцы, чтобы сжечь флот в случае захвата города.

Он не имел права отдавать такие приказы в обход Корнилова, командующего гарнизоном Моллера, и Станюковича, командира порта и военного губернатора Севастополя. Источники прямо утверждают, что Корнилов страшно разгневался и едва не заковал старого товарища в кандалы, обещая отправить в таком виде государю!

Корнилов степень опасности оценил сразу и тотчас перевёз на Южную сторону 11 флотских батальонов и подвижные батареи. Затем добавил ещё два батальона. Мало того, он оставил Северную сторону, со штабом перебрался на Южную и сразу отправился на флагманский корабль Нахимова "Двенадцать апостолов". Там писаря со всех кораблей как раз выписывали "знаменитый" приказ – так его впоследствии всерьез назвал академик Тарле в книге о Крымской войне. Сей академик внес немалый вклад в создание мифа о выдающейся роли Нахимова в обороне Севастополя.

Корнилов заперся с Нахимовым, имел с ним серьёзный разговор, после чего тот пришёл в себя и приказал свезти на берег не три, а полторы тысячи матросов, сформировав из них два сводных батальона. Но от идеи уничтожить эскадру всё-таки не отказался и учредил два особых сигнала, по первому из которых корабли полагалось утопить, а по второму сжечь…

Вечером того трудного дня Корнилов, развивший кипучую деятельность, записал в своём дневнике: "Положили стоять!" Он стал душой обороны, тогда как Нахимов остался не у дел на эскадре, отдающей орудия и людей на бастионы и быстро теряющей боевое значение. Первоисточники рисуют картину, разительно отличающуюся от нарисованной российскими историками и патриотическими живописателями. С ней можно ознакомиться в моей статье в журнале Слово/Word – "Последний год адмирала Нахимова" или в одноименной главе моей книги "Синоп – пиррова победа". Рамки данной статьи не позволяют привести множество фактов, противоречащих сусальной картине, дадим лишь некоторые.

Русские историки воспевают Нахимова как организатора обороны? Но лишь в феврале Меншиков легализует его сухопутную деятельность:

"№ 31 1 февраля 1855 г.

Командующий эскадрой судов Черноморского флота вице-адмирал Нахимов назначается помощником к генерал-адъютанту барону Остен-Сакену по званию начальника Севастопольского гарнизона. О чем по вверенным мне войскам объявляю.

Генерал-адъютант Меншиков".

Как отреагировал Нахимов на расставание с эскадрой? Привычным образом: 13 (25) февраля 1855 года, образовав вторую линию между Николаевской и Михайловской батареями, легли на дно "Ростислав", артиллерийский рекордсмен Синопа, "Святослав" и знаменитый "Двенадцать апостолов". Плюс фрегаты "Месемврия" и "Кагул", а 16 (28) февраля ещё и "Мидия".

Предписание командиру корабля "Ростислав" капитан-лейтенанту В. Г. Реймерсу:

"№ 21 6 февраля 1855 г.

Севастополь

Предлагаю вашему высокоблагородию принять в командование свое корабль "Ростислав" и изготовить его к затоплению на назначенном месте. С приводом корабля на место мачты должны быть надрублены и росторные найтовы сняты, и ошвартовить его носом к Северной стороне. Работа эта должна быть произведена быстро и тайно.

Командующий эскадрой вице-адмирал Нахимов 1-й".

В тот же день появилось предписание Г. И. Бутакову, который одержал победу в первом в мире бою пароходов, а 31 августа 1855 года командовал затоплением русских пароходофрегатов в Севастополе, касающееся того же вопроса:

"Севастополь 6 февраля 1855 г.

Предлагаю вашему высокоблагородию принять в командование свое корабль "12 апостолов" и изготовить его к затоплению на назначенном месте".

Так Нахимов простился со своим флагманским кораблем, гордостью русского флота. Меншикову поступил рапорт о содеянном:

"№ 715 13 февраля 1855 г.

По словесному приказанию его светлости г-на главнокомандующего военно-сухопутными и морскими силами в Крыму корабли "Двенадцать апостолов", "Святослав", "Ростислав", фрегаты "Кагул" и "Месемврия" сего числа ночью затоплены между Николаевской и Михайловской батареями, фрегат же "Мидия" при первом удобном случае будет также затоплен.

О чем имею честь донести вашему превосходительству.

Вице-адмирал Нахимов 1-й".

Какая уж тут честь… Ах да, позабыл о самом громком деле Нахимова – оно намного ускорило падение Севастополя! Участник событий сообщает:

"Вспомнив, что транспорт Кубань, наполненный скорострельными трубками и разными артиллерийскими снарядами, и брандеры Кинбурн и Ингул, столь драгоценные для города в осадное время, только что затоплены именем Нахимова потому, что стоя в Килен-бухте, внизу 1-го и 2-го бастионов, они могли взрывом своим нанести вред прислуге орудий наших батарей, – как будто не было возможности отбуксировать эти суда из Килен-бухты – Корнилов подозвал меня и сказал: "Поезжайте ко всем командирам кораблей и скажите им, что если хоть одна подводная пробка будет открыта без моего приказания, то я признаю командира того корабля за Государственного преступника и в кандалах отправлю к Государю!"

Нехватка боеприпасов стала одной из причин поражения. Фрегат "Коварна" сгорел во время последней бомбардировки 26 августа (7 сентября) 1855 года. Остальные корабли и парусные суда утоплены своими командами 28 августа (9 сентября), в день оставления Южной стороны. Спустя сутки настал черёд пароходов и пароходофрегатов. Но это уже после гибели адмирала, так сказать, финальный аккорд реквиема.

Напрасно "Северная пчела", газета работавшего на тайную полицию Фаддея Булгарина, распускала сплетни про британца Адольфуса Слейда, главного советника (Мушавер паша) турецкого флота, и называла его злым гением русского флота. Как видим, Нахимов больше заслужил этот титул.