Люди соскучились по государству, которого нет

Видео дня

9 декабря президент издал Указ «Об оптимизации системы центральных органов исполнительной власти». Это событие стало толчком к новому этапу админреформы в Украине, длящемуся долгие годы. О том, какую роль в процессе сыграла политическая целесообразность, а также о том, какую экономию получит Госбюджет Украины и страна в целом от сокращения количества чиновников, в пресс-центре «Обозревателя» рассуждали: член Совета предпринимателей при Кабинете Министров Украины Виктор Лисицкий, исполнительный директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко и политолог Вадим Карасев.

Виктор Лисицкий: Украинские бюрократы безнадежно отстали в развитии

«Если мы собираемся в Европу, мы должны отделить политическую власть от административной. Администрировать те или иные процессы должен не политик, а администратор. Это не подлежит никакому обсуждению. Объединение в одних лицах, в одних структурах, в одной ответственности политиков и администраторов – очень мощный стимул к развитию коррупции.

Но наши чиновники мало готовы к работе в новой системе. Их необходимо хорошо подготовить, даже тогда, когда они знают свое дело. Потому что одно – бегать за политиком, пытаясь догадаться, о чем на самом деле идет речь, и другое – когда нужно работать исключительно в рамках закона, опираясь на ту базу, которая у него есть.

Нужна переподготовка десятков тысяч служащих. Бюрократы среднего уровня и ниже должны иметь прямую и непосредственную связь со своими коллегами в Европе. Но для этого надо знать хотя бы английский язык и уметь пользоваться компьютером. У меня нет уверенности в том, что все наши госслужащие имеют такие навыки.

Пока возникают сомнения в том, что провозглашенное отделение политической власти от административной состоится.

Еще один очень важный момент – нужно внести радикальные изменения в процесс подготовки и принятия решений. Это ключевая технология управленческой системы. У нас она преимущественно бумажная. Когда вы отправляете письма в органы государственной власти в электронном варианте, их не воспринимают как официальное обращение – надо принести бумажку. И это в стране, которая уже несколько лет подряд имеет неплохой Закон об электронном документообороте и которая имеет специальные системы защиты информации.

Кроме того, сам процесс принятия решений – бегание по кабинетам с папками под мышкой, - это совсем не то, что должно было бы быть. Информационные технологии позволяют принимать все решения через сервер. Таким образом обеспечивается интерактивный режим, коллегиальность и сохранность документов. Повышается качество подготовки и принятия решений. Разумеется, необходимо провести целый ряд мероприятий, чтобы эта система заработала, в первую очередь, привлекать экспертов и аккредитовать их. Важный аспект, о котором предпочитают не упоминать – защита экспертов, работающих на власть, от политических и лоббистских влияний. Необходимо исключить прямой контакт бизнеса и экспертов.

Только после того, как будут сделаны такие шаги, можно будет говорить о существенном сокращении численности чиновников. Если не меняется сама технология подготовки и принятия решений, то сокращения приведут к тому, что лучшие специалисты просто уйдут из власти, и власть – интеллектуально, качественно, профессионально, - много потеряет».

Олег Устенко: Сокращенный чиновничий аппарат может снова возродиться

«Еще до кризиса Международный фонд Блейзера сделал работу, которая называлась «Як реформувати систему державного управління в Україні». На наш взгляд, реформа государственного управления является предусловием для того, чтобы в дальнейшем проводить все реформы в стране.

В большей части стран реформа государственного управления была связана с бюджетом, его оптимизацией. Большая часть стран именно поэтому ввязывалась в реформу, связанную с государственным управлением. Пример тому – Канада, Новая Зеландия и страны, которые недавно стали членами Евросоюза. В Украине это может быть самым основным мотивом, почему нам надо было бы провести реформу государственного управления.

С другой стороны, видение, которое у нас есть с точки зрения проведения реформы государственного управления, немного отличается от того, каким образом оно начало водиться в стране. Очевидно, были какие-то политические интересы, уступки, но так или иначе инициирование реформы государственного управления в привязке к необходимости сокращения дефицита Государственного бюджета и оптимизации государственных финансов является правильной и достаточно разумной вещью.

С нашей точки зрения было достаточно правильно сделано то, что объявлено то, какой видится структура системы государственного управления. Обществу показали «скелет» и рассказали, как он будет работать. С другой стороны, мы понимаем, что само по себе сокращение количества государственных служащих по разным министерствам и органам власти ничего не даст. Это может дать временную экономию затрат в краткосрочной перспективе – полгода-год. В среднесрочной и долгосрочной перспективе это фактически ничем не закончится, потому что реально нереформированный госаппарат имеет способность к возрождению. Он будет пытаться возрождаться – так он устроен.

Поэтому нам кажется, что было бы правильно не останавливаться на тех инициативах, которые сейчас были объявлены, а провести так называемое функциональное обследование органов государственной власти и государственных институций.

Ни для кого не секрет, что в Украине существует большое пересечение функций органов власти. Никто не сказал, что объединение двух министерств без серьезного реформирования функций может дать определенно хороший результат. Мировой опыт показывает, что в ходе функционального обследования изучаются функции, которые проводит министерство А, министерство В, министерство С и так далее, и если у них где-то есть пересечение функций, нужно определиться, кому они должны принадлежать. На первоначальном этапе необходимо определиться, кто какие функции будет выполнять. На следующем этапе – определиться с тем, нужна ли эта функция или нет. В идеале большая часть функций, которые можно было передать для выполнения частному сектору, должна быть передана. Эффект зависит от того, насколько глубоко реформаторы согласны действовать. Это вертикальное обследование.

Затем проводится горизонтальное обследование – определять, кто чем занимается внутри каждого отдельного министерства. Таким образом можно будет оптимизировать работу самой институции.

Реформа государственного управления не проведется на протяжении полугода. Это более длительный процесс, связанный с тем, что фискальный эффект будет получен через несколько лет. Моментальный эффект может быть получен в краткосрочной перспективе – в бюджете следующего года он уже может быть получен за счет сокращения количества служащих. Но большой эффект может быть получен только в средне- и долгосрочной перспективе.

Международный опыт реформы государственного управления свидетельствует о том, что реформа, которая проводится самим государственным аппаратом, ничем хорошим не заканчивается. Она будет обречена. Поэтому большинство стран, которые эффективно проходили реформу государственного управления, работали по схеме организации группы специалистов, не имеющих отношения непосредственно к госслужбе.

Важно вести государственную реформу параллельно с реформированием государственных финансов – тогда можно достичь серьезный эффект и реформа получит стопроцентную поддержку не только со стороны экспертов, со стороны инвесторов реального бизнеса, но и со стороны населения».

Вадим Карасев: Люди тоскуют по государству, закону и праву

«Экономисты рассматривают ситуацию с чисто экспертной позиции. Если мы возьмем развитые и даже развивающиеся страны, где есть государственные традиции отношений общества и государства, то административная реформа – техническая реформа. Она оптимизирует количество чиновников, количество служб, агентств и т.д.

Принципиальная ошибка стран, которые выходят из постсоветского прошлого: когда они перенимают такие устоявшиеся традиционные модели реформирования государственного управления, они перенимают их технически, а не политически. У нас была попытка сделать политика министром внутренних дел. Она закончилась провалом. Кто-нибудь задумывался над тем, почему министр-политик не смог преобразовать министерство? В чем несовместимость административного и политического кода?

Я помню, сколько было министров иностранных дел Германии, но всегда в Киев приезжал господин Шредер. Он воплощение преемственности политического курса государства, государственной политики. Система конкурсного отбора, постоянство административного аппарата, накопление опыта административный функций и их реализации приводит к тому, что не надо заниматься устраиванием своих родственников на административные должности, не надо превращать министерства в патронажные службы тех или иных политиков, которые назначены министрами. Бизнесмены приходят, возглавляют министерства и вся министерская вертикаль – это преданные, лояльные, близкие, долго идущие по жизни люди. Это целые феодальные дружины, которые тащит за собой тот или иной феодал.

В наших условиях проблема реформы государственного управления должна решаться не так, как в устоявшихся развитых странах. Проблема в том, что на всем постсоветском пространстве мы сегодня сталкиваемся с очень сильным кризисом государственности. У нас много чиновников, много служб, но найдите защиту! Даже бизнес ищет себе защиту – не в этой стране, а в других странах, потому что у него есть возможность оптимизировать свои налоги, спрятавшись в оффшорах. Но народ ведь не спрячется в оффшорах.

Речь идет не о том, чтобы сократить чиновников. Кто-нибудь, считал, сколько надо сокращать? Говорят, на процентов 50. А почему не на 70%? Почему не на 30%? Никто не знает – надо менять и все, потому что кризис бюджета и хороший популярный ход.

Главная проблема – как превратить постсоветское квазифеодальное государство привилегий, рент, откатов и коррупции в соответствующее развивающейся рыночной экономике и новым экономическим императивам, которые сегодня диктуются мировой экономикой. А это – смена производственных отношений, это не техническая реформа. Административная реформа – это изменение отношений между государством и чиновником, бизнесменом и политикой, государством и гражданином, чиновником и гражданином.

С одной стороны, государства чудовищно много, с другой его чудовищно мало, поэтому люди сегодня тоскуют по государству, по защите, по услугам, которые либо коммерциолизируются, либо некачественные. Люди тоскуют по закону, по праву, поскольку они не защищены. Гаишник, милиционер, патрульный, налоговик, таможенник, ЖЕК – их много, этого государства много. Но выполняют ли они государственные функции так, как надо? Нет. Внизу государства мало. Есть отдельные представители государства, которые приватизировали государственные функции и работают не столько на государство, сколько на свой карман. А это уже не государство. Это отсутствие государства.

Поэтому административная реформа начнется тогда, когда мы начнем действительно реформировать налоговую, таможенную службу, ЖЕКи и т.д. Когда граждане будут отстаивать свои интересы, а не подданные упрашивали вовремя растаможить, дать разрешение на бизнес, дать горячую воду и т.д. Дырки в бюджете, о которых говорил президент, - это свидетельстве дырок в государстве, которые формируются якобы представителями государства, которые приватизировали государственные функции и работают на себя».

Читайте новости по итогам пресс-конференции:

Бюрократы должны «оседлать» компьютер и выучить английский

Сокращенный госаппарат снова возродится?

Министров надо избирать, иначе они превратятся в феодалов