Гибнем за метан

755
Гибнем за метан

Украина не только проиграла ценовую войну, но и потеряла право распоряжаться газом на своей территории. Лучшее, что могло бы сделать украинское правительство, это оспорить договор, но и это с юридической точки зрения крайне трудно сделать

ВНЕЗАПНО = ПОДОЗРИТЕЛЬНО

Радикальная конфронтация Украины с Россией и "Газпрома" с "Нафтогазом Украши" к первым дням 2006 г. зашла так далеко, что разрешить конфликт можно было лишь с помощью третьей силы — международного арбитража, на что, кстати, украинская сторона откровенно намекала до начала января включительно. Тем не менее не забылись еще слова российского президента Владимира Путина, предлагавшего продавать Украине газ по $50 за 1 тыс.куб.м по март включительно, а с апреля повышать эту цену до $230. Отдавались еще в ушах угрозы украинских чиновников судиться с российскими газовщиками. А Соглашение об урегулировании отношений в газовой сфере от 04.01.06 г. было подписано. Почему оно столь компромиссное? Почему ни одна из сторон не считает себя при этом проигравшей?

Видео дня

Возникает много подозрений, и, прежде всего, в отношении слабой стороны — Украины. Ведь, несмотря на полную юридическую правоту Украины (см. БИЗНЕС№52 от 26.12.05 г., стр.22-27) и готовность украинских чиновников ее отстаивать, мы почему-то согласилась понести убытки, подписав новое, не выгодное нам Соглашение.

Итак, в чем же эксперты подозревают украинскую сторону? Юридически мы неуязвимы лишь в том случае, если выполняем все условия межгосударственных соглашений, а также Контракта от 21.06.02 г. об объемах и условиях транзита российского газа по территории Украины на период с 2003 г. по 2013 г. А если не выполняем? Наши функционеры отрицают это: Европа не жалуется на недопоставки газа (т.е. на невыполнение Украиной своих функций транспортного оператора). Однако из-за столь внезапной январской податливости НАК "Нафтогаз України" ряд экспертов склонны предположить, что на невыполнение Украиной своих функций транспортного оператора жаловалась Россия. Вспомним летнюю историю с 7,8 млрд куб.м российского газа в подземных хранилищах, которые Россия сочла пропавшими. Осенью НАК сообщала, что урегулировала эту проблему, однако российская сторона этот факт так и не подтвердила.

Пожелавший остаться неназванным представитель Минтопэнерго намекнул в разговоре с БИЗНЕСом,что украинская сторона таки не сумела отчитаться перед Россией, куда делся газ из подземных хранилищ. В таком случае при обращении в Стокгольмский суд Россия легко подтвердила бы, что мы нарушили условия названных договоров, "уведя" чужой товар. Вероятные судебные санкции за воровство подземного газа могли бы составить $0,4-1,2 млрд. Не способствовала бы росту международного имиджа Украины и мировая огласка сего нелицеприятного факта. Так что убытки от выполнения "компромиссного" Соглашения от 4 января украинскому правительству могли показаться не самой большой платой за поражение в газовом споре.

УБЫТКИ

Каковы же убытки украинской стороны от исполнения январского газового Соглашения (см. "Основные положения..." на стр. 20)? И кто, собственно, понесет основной груз этих убытков?

Политическую "бесценность" газовых договоренностей уже продемонстрировало голосование Верховной Рады 10 января. Соглашение, которое правительство Украины рекламировало как большую внешнеполитическую победу, послужило хоть и формальным, но все же поводом для отставки этого самого правительства. Как это ни парадоксально звучит, но противостояние принесло "оранжевой" власти больше политических очков, чем неожиданное разрешение конфликта. Не оценили заботу правительства и промышленники Украины, успевшие за прошлую неделю высказать свое негативное мнение относительно итогов урегулирования конфликта (см., например, стр.78-80). В частности, руководитель "ИСД" Сергей Тарута в комментариях различным СМИ назвал подписание Соглашения преступлением перед нацией.

Оставим эмоции олигарха на его совести, но факт остается фактом: НАК "Нафтогаз України", по сути, должна изменить свой статус реализатора импортного газа на внутреннем рынке и отдать этот бизнес создаваемому СП с "РосУкрЭнерго". Статус посредников в лице "РосУкрЭнерго" и будущего СП не так уж важен. Большинство специалистов сходятся во мнении, что "РосУкрЭнерго" подконтрольна российскому бизнесу и создана "Газпромом" всего лишь для диверсификации рисков, подобно тому, как это делают российские нефтяные компании в Украине. На этого оператора перенесены все риски "главной" компании. В случае возникновения претензий никто ничем не рискует, поскольку оператор почти не имеет собственности.

Главными проблемами Соглашения эксперты называют возможный рост цен на газ во втором полугодии 2006 г. (ведь они зафиксированы лишь до 01.07.06 г.) и полную невозможность изменить тариф на транзит российского газа до 2011 г. Если газ подорожает (что весьма вероятно), газотранспортная система будет работать в убыток. Чтобы прокачать 120 млрд куб.м российского газа в Европу, украинские компрессорные станции сами сжигают около 6,5 млрд куб.м газа. Если мы сегодня покупаем газ за деньги (а не получаем по бартеру в качестве платы за транзит), то растущая цена на него сделает работу компрессорных станций затратной.

Если бы мы сегодня транспортировали газ через Украину по евротарифу (около $3 за 1 тыс.куб.м на 100 км), годовой доход украинских газотранспортников составил бы около $7,2 млрд. Сегодняшняя себестоимость транспортировки газа для компрессорных станций (без учета его закупок), по данным НАК, составляет $2,291 млрд. Покупай мы газ по $230 за 1 тыс.куб.м, компрессорным станциям он обходился бы в $1,495 млрд ($0,23 х 6,5 млрд куб.м), а общая стоимость затрат на транзит газа составила бы $3,786 млрд. Примитивный подсчет подсказывает, что транзит российского газа по евроиене и по евротарифам позволял бы Украине зарабатывать около $3,4 млрд в год. Естественно, при таком тарифе Украине продавали бы газ далеко не по $95 за 1 тыс.куб.м, а по рыночным $230. Но ведь со второго полугодия 2006 г. цена будет именно такой. В нынешнем году и в ближайшие годы Украина, сократив потребление газа на обещанные правительством 10% и добывая свои 20 млрд куб.м, вынуждена была бы импортировать по 48 млрд куб.м газа ежегодно. Цена его — $230 за 1 тыс.куб.м, украинский покупатель ("Нафтогаз України") зарабатывает на транзите российского газа свои $3,4 млрд. Если вычесть из затрат на покупку российского газа (по $230 за 1 тыс.куб. м) наши доходы от транзита голубого топлива в Европу (по среднеевропейской ставке $3 за 1 тыс.куб.м на 100 км), то в среднем закупаемый газ обходился бы Украине в $160 за 1 тыс.куб.м.

СПОРНЫЙ ВОПРОС

О возможности оспорить Соглашение от 4 января 2006 г. тоже говорить сложно. Стороны не урегулировали порядок разрешения споров, возникающих из его применения и толкования: не определен ни юрисдикционный орган, имеющий право разрешить такой спор, ни материальное право, регулирующее права и обязанности сторон. В данной ситуации разрешение спора с помощью третьей стороны возможно двумя путями.

Во-первых, можно обратиться в один из международных коммерческих арбитражей, каковых в мире сотни.

Неоднократно упоминавшийся арбитражный институт Торговой палаты Г.Стокгольма (www.sccinstitute.com) — один из наиболее авторитетных. Однако арбитраж может разрешить спор по существу лишь при наличии согласия спорящих сторон на передачу спора на рассмотрение (так называемого арбитражного компромисса). Поскольку Соглашение не содержит такой договоренности, то сначала его стороны должны заключить договор о передаче спора определенному арбитражу. Если такая договоренность не будет достигнута, любой арбитраж откажет в рассмотрении иска одного из контрагентов или любого третьего лица (например, государства Украина, украинского гражданина).

Во-вторых, можно подать иск в судебный орган любого государства. При этом согласие ответчика не требуется. Однако рассчитывать на принятие иска к рассмотрению по существу можно лишь в судах тех государств, правопорядки которых имеют реальную связь с Соглашением. Очевидно, что с контрактом наиболее тесно связаны правопорядки Украины, России и Швейцарии. Окончательный ответ на вопрос о шансах принятия иска к рассмотрению по существу требует серьезной правовой экспертизы гражданского процессуального права и международного частного права государства, в суд которого подается иск.

Чей иск может быть принят к рассмотрению? Общий принцип гражданского процессуального права таков: приемлем иск субъекта, имеющего объективный интерес в соответствующем правоотношении. То есть в данном случае речь может идти о сторонах Соглашения и, при определенных условиях, об участниках юридических лиц — сторон Соглашения. Третьи лица (например, государство Украина, украинский гражданин или украинское юридическое лицо) будут иметь серьезные проблемы с доказательством наличия такого интереса и, соответственно, права на иск.

Но на этом проблемы не заканчиваются, поскольку в Соглашении не определено материальное право, регулирующее права и обязанности его сторон. Если участники процесса не достигнут договоренности по этому вопросу, он будет решен судебным органом (соответственно, международным коммерческим арбитражем или государственным судом), принявшим спор к рассмотрению в соответствии с нормами международного частного права, обязательными для данного суда. Навскидку можно говорить о том, что таковым будет материальное право Российской Федерации, поскольку соглашение было заключено на территории данного государства. Однако существует множество факторов, требующих глубокого анализа, на основании которых суд может прийти к иному решению.

Также следует иметь в виду обстоятельство, чрезвычайно затрудняющее экспертную оценку возможных результатов судебного оспаривания Соглашения. Очевидно, что контракт явно имеет многочисленные публично-правовые аспекты (тесная связь контрагентов с государствами, зависимость внутреннего публичного порядка Украины и РФ от результатов выполнения контракта, а также возможность выполнения данными государствами своих международно-правовых обязательств). В связи с этим национальный суд может встать на защиту национальных интересов своего государства. Законодательство о международном частном праве Украины (впрочем, как и любого другого государства) предоставляет суду адекватные юридические инструменты. Однако при этом всегда следует помнить, что использование судом данных инструментов практически гарантированно приведет к конфликту Украины с государствами, заинтересованными в действии Соглашения, к более чем проблемному исполнению данного решения в пределах других правопорядков, а также к ответным шагам других государств на основе принципа взаимности.

Роберт Хорольский, доцент кафедры международного права Национальной юридической академии Украины им. Я.Мудрого (г.Харьков)

«Бизнес»

http://business.ua