Нестор Шуфрич: "Сегодня власть сама признает свое банкротство"

Нестор Шуфрич: 'Сегодня власть сама признает свое банкротство'

ВЛАСТЬ И ОППОЗИЦИЯ

Видео дня

Прошел год с тех пор, как власть и оппозиция поменялись местами. На­училась ли бывшая власть работать в оппозиции, а оппозиция быть влас­тью?

— Научиться работать в оппозиции жизнь заставила. Я думаю, сегодня мы можем дать высокую оценку ра­боте оппозиции. Мы не сломались, боролись до конца. Очень много от­рицательных процессов нам удалось остановить. Мы отстояли Михаила Резниковича в должности главно­го режиссера Театра русской драмы им.Л.Украинки, отстояли для наших детей "Охматдет" — не дали все­литься в помещение экс-министру здравоохранения Николаю Полищу­ку, который, в свою очередь, должен был освободить здание Министерс­тва здравоохранения для резиденции Виктора Ющенко.

Мы смогли прекратить очень много спекуляций на рынке мяса, застави­ли власть отказаться от дальнейших спекуляций на рынке сахара. Вы помните, что на внутреннем рынке фактически был скуплен весь сахар, и монополисты намеревались про­дать его в 3-4 раза дороже? Отчасти это намерение власть имущим уда­лось реализовать, но под давлением оппозиции спекулянты были вынуж­дены хотя бы частично вернуть цены на исходные позиции.

У спекулянтов есть фамилии?

— Я считаю, что есть большая доля правды в обвинениях в адрес Пет­ра Порошенко и министра аграрной политики Александра Баранивского. Общеизвестно, что Порошенко и его предприятия контролируют значи­тельную часть производства сахара. Суммы называют разные, в том чис­ле и $300 млн, которые были зарабо­таны на спекуляциях на сахаре.

Абсолютно непонятная ситуация и с повышением цен на мясо. Мы не можем не обращать внимания на то, что руководитель Госуправдела­ми Игорь Тарасюк владеет торговой маркой "Наша Ряба" и рядом мяс­ных предприятий. И он уж точно не проиграл от того, что цены на мясо за последний год выросли в два раза. Абсолютно безграмотная политика в отношениях с Россией привела к тому, что у нас значительно подоро­жал бензин. А год назад цены были ниже, чем в России. Сегодня цены на бензин в Украине почти такие же, как в Европе. Но если уровень жизни людей меньше зависит от оппозиции, то о власти можно сказать, что она полностью провалила свои обязатель­ства. И сегодня мы в кризисе.

Если я вас правильно понял, со­циал-демократы научились работать в оппозиции. А бывшая оппозиция на­училась быть властью?

— Оппозиция точно не смогла стать властью. Я думаю, что она на это не способна. Одно дело — кричать на митингах, а другое — брать на себя ответственность и работать. Рабо­тать они просто не в состоянии. Не то что не хотят, они не могут. И ни­чего, кстати, удивительного в этом нет, потому что большинство из них, включая Ющенко, были отстранены от власти в свое время как раз из-за неспособности управлять или за каз­нокрадство. Только тогда экс-прези­дент Кучма никого не сажал, а давал возможность уйти и жить в свое удо­вольствие. И заменял ушедших про­фессиональными менеджерами.

Каким же образом слабая, по ва­шему определению, "Наша Украина" смогла победить на президентских вы-

борах такие мощные политико-эконо­мические группировки, как "Регионы" и СДПУ(о)? Что, Америка помогла?

— Конечно, внешний фактор нельзя не учитывать. Но будем говорить от­кровенно, Виктор Ющенко получил президентскую булаву из рук Леони­да Кучмы. И если бы не... (длинная пауза) Кучма, то Ющенко не был бы Президентом. И мы видим, что опре­деленное позиционирование Ющен­ко подтверждает этот тезис. Хотя бы в этом он оказался отчасти порядоч­ным и свои обязательства перед Куч­мой выполняет.

ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ ВЛАСТИ

А какие обязательства взял Ющен­ко перед Кучмой? И что вы называете позиционированием?

(Ненадолго задумывается) Ющен­ко не выполнил очень многое из того, что обещал. Но я сразу успокою всех: он и не мог этого выполнить. Потому что уже тогда обманывал. Я абсолютно уверен, что во время вто­рого тура президентских выборов за­кон нарушался не чаще, чем во вре­мя так называемого третьего тура. И если бы не Кучма, третьего тура не было бы. И что бы ни говорили о независимости судебной власти, мы прекрасно понимаем, что не ориен­тироваться на действовавшего Пре­зидента, на его видение ситуации суд не мог. В одном из своих интер­вью польский президент Александр Квасьневский не скрывал, что это он придумал тезис о фальсификации выборов в Украине и инструментом выполнения построенного на этом плана определил Верховный Суд. Мы слышали заявление верховного комиссара ЕС Хавьера Соланы о том, что он провел целую ночь у Прези­дента Кучмы и убедил того отказать­ся от президентства Януковича. Все это говорит о том, что Кучма сыграл решающую роль в том, что Ющенко стал Президентом. А вот о чем дого­ворились Ющенко и Кучма, следует спрашивать их, в первую очередь — Ющенко. Но мы видим, что он избе­гает ответа на этот вопрос. Или ему просто нечего сказать.

ОБЕЩАНИЯ ВЛАСТИ

Я вас правильно понял: Президент раздавал на Майдане обещания, уже зная, что не выполнит их?

— Конечно. И когда говорил, что разберется с делом Гонгадзе.

И о массовых фальсификаци­ях выборов. Он прекрасно знал, что ничего подобного не было. Он пре­красно знал, что не будет доводить до конца расследование дела Гонгадзе. Оно себя уже исчерпало, виновные найдены, и только политические со­ображения не позволяют их наказать. Подозреваемые арестованы и должны предстать перед судом. Сегодня мы видим, что нет свободы слова...

Так ведь именно свободу слова власть считает своим наибольшим до­стижением.

— Нопри этом факты нападения на журналистов и давления на пред­ставителей СМИ увеличились в де­сятки раз (как представители СМИ подтвердить данный тезис не готовы. — Ред.). Сегодня о темниках никто уже не говорит. Но даже если тако­вые и были, они блекнут по сравне­нию с тем, что сегодня навязывают СМИ под видом принципов госу­дарственной информационной по­литики. Эти вещи не совместимы со свободой слова. Я имею в виду, на­пример, попытку отобрать лицензии у нескольких оппозиционных те­леканалов. Очень много газет, осо­бенно региональных, под давлением власти были закрыты только потому, что критиковали Ющенко и новых губернаторов... Ничего из того, что было обещано, не было осуществле­но новой властью.

"Криворожсталь" обещали про­дать и продали...

— Да, но давайте вспомним, что обещали насчет "Криворожстали". Ее обещали вернуть украинскому народу. А вернули народам Индии, скажем так. Самое интересное — уже есть решение правительства относи­тельно того, что делать с деньгами. Они предлагают восемью миллиар­дами гривень закрыть дефицит бюд­жета текущего года. А 9 млрд грн. направить на погашение дефицита бюджета следующего года. Иными словами, сегодня власть признает свое банкротство. Имущество с мо­лотка продают, когда человек умер или обанкротился. Продажа "Криво­рожстали" — не успех, а свидетельс­тво банкротства новой власти.

Тем не менее считается, что на примере "Криворожстали" Президент Ющенко показал, что до него распро­давали за бесценок украинские пред­приятия, а новая власть хозяйствует куда более эффективно.

— А какая разница? Если бы комби­нат, который приносит более 3 млрд грн. прибыли в год (не 3 млрд грн., а 2 млрд грн. за 2004 г. — Ред.), остался в госсобственности и продолжал рабо­тать на бюджет, я бы понял, что сделан какой-то государственный шаг. Тот же Миттал год назад готов был заплатить только 6 млрд грн. И это была его максимальная цена. Значит, за год все-таки на предприятии про­изошли положительные изменения. Значит, новый менеджмент "Кри­ворожстали" смог за год сделать это предприятие в четыре раза дороже, показав реальные доходы предпри­ятия. И когда они (прежние владель­цы комбината "Инвестиционно-металлургический союз". — Ред.), не скрывая, показали, что предприятие приносит более 3 млрд грн. прибыли в год, его у них забрали. Кстати, если бы риски инвестирования в украин­скую экономику были меньше, за "Криворожсталь" можно было бы по­лучить намного больше 25 млрд грн. (честно говоря, и уплаченная сумма кажется завышенной. — Ред.)

Так была ли необходимость прода­вать комбинат? Или лучше было его оставить под контролем государства при условии сохранения эффектив­ного менеджмента? Сегодня мы уже можем констатировать факт: у го­сударства нет "Криворожстали" и, скорее всего, не будет и денег за нее. С их помощью будут закрыты долги 2005 г. и те, что возникнут в 2006 г.

РЕПРЕССИИ ВЛАСТИ

Насколько все-таки реальными были угрозы расправы с вами и дру­гими оппонентами новой власти, о которых вы заявляли? С трудом ве­рится, что сейчас такие репрессии возможны, в отличие от того, что было раньше.

— Да, можно и нужно признать, что при старой власти преследова­лась Юлия Тимошенко, пострадал банк "Славянский". Ни одного дру­гого примера назвать невозможно. Вот говорят: давили свободу слова. Но при этом якобы давлении на свободу слова появился оппози­ционный "5 канал", работал канал "Эра", который, мягко говоря, вел себя некорректно по отношению к действующей в то время власти. А что делает власть новая? Начинает с того, что пытается отобрать ли­цензии у "НТН", "KPT", "TET" по надуманным мотивам. И если бы не акции массового протеста, которые организовала оппозиция, то я не знаю, что было бы с этими канала­ми. Это свидетельствует о двойных стандартах новой власти. И я вам откровенно скажу: я ощутил на себе давление власти очень сильно.

Откуда же тогда в окружении Президента Ющенко взялись постра­давшие при Кучме предприниматели, раз не было репрессий против бизнеса?

— Я не хочу давать оценки окру­жению Ющенко. Об этом уже мно­го сказано, это неблагодарное дело — оценивать разборки в чужой се­мье. Тем более что я это уже много раз делал. До сегодняшнего дня ищут линию по производству патронов Лу­ганского станкостроительного завода после того, как его приватизировал Давид Жвания. Известна история с керченским судостроительным заво­дом "Залив", где людям годами не выплачивают зарплату. Владельцем его является Давид Жвания, Зараба­тывались миллионы и сотни милли­онов. И при этом пенять на власть, что она им что-то отдавила...

ВЛАСТЬ И БИЗНЕС

Когда бизнес удастся отделить от власти?

— Ни...

Извините, что перебиваю, когда олигархи перестанут идти в парламент ради того, чтобы получить депутатс­кую неприкосновенность?

— Я думаю и хочу верить, что идти в политику ради защиты бизнеса мы пе­рестанем в ближайшие пять лет. Хочу верить, что на выборах в Верховную Раду в 2011 г. (или будут досрочные выборы) мы не станем идти в парла­мент ради того, чтобы защитить свой бизнес. Мы — украинцы, народные депутаты, которые имеют отношение к бизнесу. Понятно, что после избра­ния депутатом наш бизнес в космос не улетает, мы его не передаем на благо­творительность, он остается за нами. Но бизнес всегда будет влиять на по­литику, даже если бизнесмены никуда не будут избираться лично. Они, без­условно, будут поддерживать полити­ческие партии. Хотя я, честно говоря, понимаю, что сегодня общество воз­мущено присутствием бизнеса в пар­ламенте и власти. Но я хотел бы про­вести параллели: премьер Берлускони в Италии, династии Фордов, Рокфел­леров, самый популярный президент Америки Джон Фитцджеральд Кеннеди тоже был из семьи крупнейших биз­несменов. Я думаю, это нормально. Но Украина к этому еще не готова. И мы должны учитывать пожелания и требо­вания общества.

ДЕЖАВЮ

Не считаете ли вы, что на отно­шение оппозиции к власти влияет сама власть? Ющенко допускает сближение с "Партией регионов", и они идут на контакт. Но он не хочет диалога с ли­дером СДПУ(о) Виктором Медведчу-ком, и его партия находится в жесткой оппозиции к власти.

— Конечно. Но на контакт с влас­тью мы не пошли.

А вам предлагали?

— Да, и это общеизвестно. В Аме­рике Ющенко заявлял, что хочет вес­ти переговоры с социал-демократами. Но о чем нам говорить с властью? Мы говорили, что нужно сделать, чтобы в стране не было кризисов. Еще в феврале 2005 г. мы подчерк­нули, что принцип "чем хуже, тем лучше" — это не наш принцип. По­ложительные изменения начались в Украине со второй половины 1999 г. Почему мы Ющенко отправили в от­ставку с поста премьер-министра? Потому что он эти положительные изменения начал рушить.

Что вы называете положительны­ми изменениями?

— Это рост валового национально­го продукта и, как следствие, — рост пенсий и зарплат при низком уровне инфляции. А в 2000 г. уровень ин­фляции был недопустимо высоким. И мы в начале 2001 г. отправили Ющенко в отставку.

Вы все время говорите "мы". Вы принимали участие в отставке будуще­го Президента?

— Да, я лично принимал участие в организации процедуры его отставки. И потом нам удалось стабилизиро­вать ситуацию еще раз. Темпы роста экономики были сохранены. С при­ходом "оранжевых" эта тенденция была потеряна. И сегодня по темпам роста национальной экономики мы отброшены на пять лет назад.

А что такого плохого сделал Ющенко в бытность свою премьером? Считается, что Кучма, наоборот, убрал его за успехи как возможного претен­дента на кресло Президента.

— Да нет! Отом, кто такой Ющенко, реально говорит инфляция 2000 г. — 75%. Безосновательно был возвращен кредиторам Украины $1 млрд, и толь­ко потому, что Ющенко был пойман на обмане (ответственность за данное утверждение с г-ном Шуфричем разде­лить не беремся. — Ред.) Международ­ного валютного фонда. Когда Ющен­ко работал главой НБУ, он завысил золотовалютные запасы Украины на $200 млн. И чтобы об этом факте за­были, он начал досрочно возвращать деньги многим нашим западным кре­диторам. И необходимость тако­го замыливания глаз МВФ понятна — Ющенко спасал свою репутацию. Но заплатил за это украинский народ. В 2000 г. начался резкий рост цен. К сожалению, мы столкнулись с этой тенденцией еще раз — в 2005 г. Это уже какое-то дежавю. И снова лидер исполнительной власти — Ющенко. В данном случае нам отстранить его сложно, хоть необходимость уже назре­ла и процедура фактически началась.

Михаил Мищишин, «Бизнес»

http://business.ua