
Блог | Что пообещал Трамп Путину в Анкоридже
Виртуальный мемориал погибших борцов за украинскую независимость: почтите Героев минутой вашего внимания!

Россия постоянно ссылается не некие принципиальные договорённости, якобы достигнутые на Аляске, и говорит, что именно на таких условиях и может быть мир, но ни РФ, ни Соединённые Штаты никому не рассказывают, о чём именно договорились там Трамп и Путин, а наш президент говорит, что информации об этом у него нет.
То есть догадки какие-то, может, и есть, однако же официально – ничего: ожидаемый парадокс переговоров о нас без нас.
И это уже не Уиткофф, который что-то перепутал, или забыл, или ему неправильно что-то перевели. Ибо в Анкоридже был лично Трамп.
Считаю, кто-то на что-то там намекнул, кто-то что-то соответственно услышал, но не факт, что услышал правильно и что к тому же правильно и понял.
Тот, кто желанную Гренландию иногда называет Исландией (интересно, кстати, как последняя на такие оговорки [по Фрейду?] реагирует), мог легко использовать снова немного не тот топоним
или, к примеру, не постичь всех возможных тонкостей весьма многозначного ("как статья 5") устойчивого выражения (условно!) "оставить [Донбасс?] в покое" – со всеми оттенками-нюансами, которые могут иметься в виду:
не трогать эту тему (!);
полностью юридически отказаться;
практически отказаться на определённое время;
отвести/вывести войска;
не вести там боевых действий;
прекратить какие-то их формы;
и тому подобное, включая множество комбинаций этих не очень тождественных опций.
Даже – если при этом уверенно применялись обороты типа "твёрдо обещаю"/"однозначно гарантирую" и т.д.
(Более того: и в письменном документе – одном печально известном меморандуме – украиноязычная версия, по словам специалистов, несколько отличается по смыслу и от английской, и от русской, у которых между собой тоже не все оттенки совпадают.)
Вот никто и не желает предоставить хотя бы сколько-нибудь ясный собственный вариант того, о чём "на морозе" говорилось, – лишь заменяют конкретный текст не очень внятных обещаний их достаточно субъективной ультимативно-комментирующей оценкой от РФ.
Таковы неизбежные последствия украинско-российского непрямого общения, пока что происходящего именно при специфическом англоязычном (с американской спецификой) посредничестве.









