Милее, чем кровопийцы

Милее, чем кровопийцы

Была в советское время такая передача – «Человек и закон». Сидел в экране телевизора дядька в строгом костюме и с суровым выражением лица, что-то говорил. Умное или неумное, я просто не помню. А в конце этой программы обычно показывали полухудожественный сюжет о торжестве справедливости. Нужно признать, что справедливость торжествовала по-разному: иногда Верховный суд СССР отменял какой-нибудь строгий приговор малолетнему преступнику, а иногда – заменял валютчику 15 лет расстрелом.

Видео дня

Передачу эту не то чтобы с упоением, а скорее с какой-то неизбежностью смотрела моя бабушка. Ее, известного ленинградского адвоката, продолжавшего консультировать, даже уйдя на пенсию, наверное, это действительно интересовало. Особенно нравились ей вышеупомянутые сюжеты о торжестве справедливости, но только в том случае, если речь шла о безусловной победе адвокатов. Как и все счастливые в своей профессии люди, бабушка мечтала, чтобы я продолжила дело ее жизни – и кстати, дело жизни деда, прадеда и прапрадеда, поэтому в разговорах о героизме и величии адвокатской профессии, необходимости разбираться в законах и соблюдать их прошло все мое детство. Нельзя, впрочем, сказать, что это были какие-то абстрактные разговоры: бабушка охотно делилась историями об убийцах, насильниках, нацистских преступниках, расхитителях социалистической собственности, антисоветчиках разного калибра и прочих больших и мелких персонажах из ее адвокатской практики. Веселили и истории о непременно тупых и малограмотных партийных прокурорах: «И он мне светски так говорит: обязательно посмотрите фильм «Братья Карамазовы», никогда не догадаетесь, кто убил»; сильно пьющих судьях: «Представляешь, Глашенька, у всех судей в графине вода, а у Ванечки – водка, он и пил ее во время заседания!»

Пьющий водку во время судебного заседания Ванечка казался моей бабушке верхом цинизма и издевательства над правовой системой, хотя и смешил ее. Да и сам Ванечка, рассказывала бабушка, судья был неплохой, во всяком случае, даже в самые суровые годы социалистической законности слушал не только обвинение, но и защиту. Интересно, что сказала бы она о по-настоящему прославившем украинский (да и весь постсоветский, я думаю) судебный корпус судье Зварыче? Хотя чего уж такого особенного можно сказать о человеке, который всего лишь брал взятки и блудил в служебном кабинете, разве такой стиль работы и жизни не является вполне естественным для почти любого государственного служащего, причем по обе стороны украинско-российской границы? Разве не становится это законом выживания в среде? Это же, по крайней мере, лучше, чем стрелять из автомата в близких родственников, как судья из Каховки, или среди ночи в супермаркете расстрелять из краденого пистолета девять человек, как московский начальник УВД. Хотя тут тоже есть моменты в духе «Украина – не Россия». Русские, как известно, своих не бросают, и всех уровней начальники майора-убийцы немедленно начали искать оправдания: работа тяжелая, платят мало, как от такой жизни не взбесишься и не пойдешь людей стрелять… А вот коллеги судьи Зварыча публично возмутились его действиями, можно сказать, даже отвращение выразили, хотя процентов 80 (надеюсь, что всего 80) теперь, наверное, гораздо тщательнее осматривают свои кабинеты и заранее придумывают убедительные слова, которыми будут оправдываться в случае непредвиденного обнаружения у них сумм, несовместимых с судейской зарплатой.

В своем недавнем блестящем романе «Не время для славы» Юлия Латынина вкладывает в уста прокурора вымышленной северокавказской республики вопрос: «Как же можно заниматься бизнесом, не имея должности?» А действительно, на постсоветском пространстве – как? Ну прямо так, чтобы человек и легальный бизнесмен, и прокурор, в Украине, конечно, не бывает. Но в семье-то должность все равно должна быть, иначе – кирдык бизнесу. А с должностью никакой кризис не страшен! Ни провинциальному милиционеру, крышующему ларечки около железнодорожной станции; ни инспектору по делам несовершеннолетних, собирающему дань с малолетних любителей марихуаны и трамадола; ни министерским и прокурорским женам и дочерям, чьи парикмахерские и консалтинговые фирмочки приносят просто фантастические прибыли. И хотя это происходит незаконно, зато вполне логично. На зарплату чиновника или милиционера вряд ли разгуляешься, но ведь стыдно должностным лицам жить в плохих квартирах, ездить на плохих машинах, учить детей в Украине – чему они тут хорошему научатся? Вот и получается, что не только бизнесу без должности хана, но и должностному лицу без бизнеса не выжить. Во всяком случае, если кто-то вдруг рискнет попробовать, то жизнь эта будет очень непростой и даже какой-то неинтересной.

Иосиф Бродский, самый известный подзащитный моей бабушки, в свое время написал: «Но ворюги мне милей, чем кровопийцы». И это правильно. А моей бабушке так и не удалось воспитать из меня адвоката. Очень не хотелось мне проводить всю жизнь среди преступников, защищать простых убийц, насильников и взяточников от их коллег в милицейской форме и судейских мантиях.

Текст Аглаи Топоровой (ИД «КоммерсантЪ», специально для «ПЛ»)

Материалы предоставлены в рамках контентного сотрудничества сайта «Обозреватель» и журнала «Публичные люди».

Милее, чем кровопийцы