Героическое решение Тимошенко раздать людям по тысяче гривен принято называть популистским. Впрочем, к тому, что всё хорошее враги человечества всегда называют популизмом, мы уже привыкли.

Видео дня

Накликая своим карканьем инфляцию, которая больше возникает от этого карканья, чем от экономики (ко всему уже привыкшей и ни на что не реагирующей), они удивительным образом сочетают критику типа «Позор, популизм, будет рост цен!» с критикой противоположной: — типа «Хорошо, но мало, и мало настолько, что плохо».

Крича второе, забывают о том, как януковцы собирались, будучи при власти, компенсировать вклады в Сбербанк даже не по курсу 1,05, а по курсу 0,23 (!), растянув, к тому же этот процесс на столетия (а именно — на 2 века), что отразилось в их программах того времени.

Вопия же первое (про инфляцию), никакого внимания на то, что с «хорошо, но мало» она не стыкуется, не обращают, как не вспоминают и о зловредности для экономики инфляционных предсказаний: ведь не чувствует — не чувствует, а вдруг почувствует, сколько в конце концов можно теребить ее, несчастную, пустыми словами... Уж лучше б денег дали, как Тимошенко.

А дали и в самом деле немного. В чем, собственно, и заключалась мудрость умеющих сочетать «хочу» и «могу», причем сочетать не за счет того, что одним удавливается намертво другое, а за счет их мирного сосуществования.

Просто, чтобы те, кто неблагодарно кричит: «Мало! Но популизм! Но мало все равно!», не слишком закрикивались, надо бы им оставить на будущее (вдруг они, нигде не тонущие, овладятся снова) чего повозмещать-покомпенсировать тоже.

Тобто Юля, солнышко наше, должна бы сказать честно: «Да, даю, но всем и всё дать не могу, нужно же что-то и критикам нашим оставить, чтоб тоже себя проявили, раз такие умные. А тогда уже покричим мы»...

И не стоит скрывать, что возвращается народу совсем не та сумма, которая почему-то списывается с госдолга человеку, а лишь одна десятая ее часть. Что и обоснуем.

Советский курс рубля к доллару (при котором рубль превосходил $1 где-то в 1,5 раза) был отнюдь не так несправедлив, как тогда казалось. Просто мы привыкли сопоставлять цены на технику и одежду, а не на жилье, питание, образование, медицину и прочие социальности. Оно и понятно: тратили-то баксы при совке не на то, чтобы купить в Америке квартиру или лекарства. Если же брать грамотно — по всей совокупности товаров, то как раз на те же 1,5 и выходим.

Проверка: какой уровень жизни выше — на 300 советских рублей начала 1991 г. или на 2, 25 тыс. грн сейчас?

Правильно, трудно сказать, из чего вытекает примерное равенство этих сумм, а значит 2, 25 тыс. грн, то есть примерно $450, это и есть где-то эквивалент тех 300 руб., стало быть, коэффициент 1,5 — не химера, а былая реальность.

Итак, гривня ($0,2) ничтожнее того рубля ($1,5) в 1,5 : 0,2 = 7,5 раз, а потому на каждый рубль вклада надлежало бы выдавать 7,5 грн.

Это — если без %. А если с %, то даже (продолжим воспоминания) 2% годовых дают за 17 лет, прошедшие с начала 1991 г. (позже уже не вкладывали, а только забирали, точнее — пытались забрать), 2% х 17 = 34%.

Это — если без сложных %, то есть % на %. А поскольку накручиваться должны были и они, имеем (1,02)17 = 1,4, то есть наши 7,5 грн превращаются в 7,5 х 1,4 = 10,5.

Правда, похоже на 1,05?

Только запятая чуть-чуть правее. Вот отсюда и вытекает та самая 0,1.

Итак, 10% нам потихоньку выдают.

Остальные 90% будем ждать потом от сегодняшних критиков.

Они говорят — «мало»? Конечно, мало. Им предстоит дать нам больше.