В воскресенье утром, 15 мая, в больнице Московской патриархии ушла из жизни любимая народом актриса Наталья Георгиевна Гундарева. 28 августа в этом году ей исполнилось бы 57 лет.

Видео дня

Четыре года перед смертью она болела, вела закрытый образ жизни под надзором врачей. Но мы помним Наталью Георгиевну жизнерадостной, энергичной, неунывающей, как ее героини: селянка Катя в фильме «Вас ожидает гражданка Никанорова», гусарская девица Жужу в ленте «О бедном гусаре замолвите слово» и множество других. Все, кто знал Гундареву, рассказывают, что она жила и работала на пределе всех сил, пытаясь преодолеть любые трудности. О ее последнем самом трудном испытании, увы, связанном с тяжелой болезнью, нам рассказали люди, которые ухаживали за актрисой все эти годы.

Актриса с детства

Наталья Гундарева роди­лась в Москве. С детства была пухленькой, озорной, кокетливой и рано начала мечтать о театре. Но родите­ли - оба инженеры - посчи­тали эту профессию несерь­езной. Поэтому Наташа сдала два вступительных эк­замена в МИСИ, но в пос­ледний момент передумала и отнесла документы в Теат­ральное училище имени Щукина. С первого раза не поступила, женщинам-эк­заменаторам не понрави­лась ее полнота, сказали: «Сначала похудейте, а по­том приходите»... На следу­ющий год так и не похудев­шая Наташа стала студент­кой «Щуки».

В Щукинском ходит бай­ка: будто второкурсницей Гундарева на экзамене по мастерству настолько ярко сыграла Домну Платоновну в лесковской «Воительнице», что ректор Б. Захава восхи­щенно вскричал: «Я уже сейчас готов выдать ей диплом!» По окончании училища Гундарева получила пригла­шение сразу в че­тыре театра, но вы­брала Театр имени Маяковского - раз и навсегда...

«Я играла так, будто завтра умру!»

Актриса говори­ла, что одной из ее любимых ролей бы­ла буфетчица Наде- жда в фильме «Здравствуй и прощай».

Сценарист картины В. Ме­режко вспоминал: «Гундарева нас поразила. В ней не было того, к чему мы привыкли в наших начинающих испол­нительницах. Ни инфантиль­ности, ни нарочитой утом­ленности... Гундарева притя­гивала к себе веселым опти­мизмом, очень задорной женственностью, нескрывае­мым напором свежих творче­ских сил».

Гундаревой нравились ро­ли простых русских женщин. Позже сетовала, что ей в ки­но стали предлагать все боль­ше костюмные роли королев, эксплуатируя ее внешние данные, а не талант. Зато в театре она всегда считалась актрисой номер один, при­мой.

Наталья Георгиевна нико­гда не давала себе поблажек. «Нас еще в театральном учили играть так, будто завтра ты умрешь! Так я и играла – словно умирать собралась», - признавалась актриса. Как-то она сказала, что и детей не за­вела, хотя со здоровьем все было нор­мально, по­тому что те­атр ей их за­менил.

Врачи не исключают, что тот пер­вый инсульт летом 2001 года стал следствием большого переутомления, сильных перегрузок актрисы и появившейся гипертони­ческой бо­лезни.

Болезнь

Первый инсульт 19 июля 2001 года застал актрису на даче. Она резала овощи к обеду и, как сама потом вспоминала, у нее вдруг по­темнело в глазах, словно ку­да-то провалилась. Ее, лежа­вшую на полу, обнаружил муж, актер Театра имени Ма­яковского Михаил Филип­пов, вызвавший «Скорую». Десять дней актриса проле­жала в коме - срок критиче­ский, обычно после такого люди полностью не восстанавливаются. Но врачи сде­лали все возможное, и Ната­лья Георгиевна уверенно шла на поправку. Спрашивала врачей, когда ей разрешат вернуться в любимый театр.

Коллеги с нетерпением ждали выздоровления при­мы. Руководство Театра им. Маяковского заговорило о том, чтобы сделать спек­такль с ее закадровым голо­сом. Худрук театра Арцибашев предложил Гундаревой должность своего помощни­ка... 28 августа 2002 года, че­рез год после инсульта, врачи разрешили народной акт­рисе отпраздновать ее день рождения...

«Наташа обращалась к знахарям!»

Поздравляющих в день ро­ждения было великое мно­жество. Зная, что Наталья Георгиевна большая сладко­ежка, друзья задарили ее тор­тами. Осталось столько, что потом их раздавали. А через день Наталья Георгиевна, ее муж и сиделка втроем уехали на дачу. Как рассказывают, весь день у актрисы было прекрасное настроение, ве­чером она стала садиться на высокую кровать и на глазах у мужа села мимо (видимо, в это время что-то случилось с сосудами), потеряла созна­ние. Это был ее второй ин­сульт, после которого речи о кардинальной поправке уже не шло. Врачи говорили: На­талья Георгиевна живет, и уже это счастье. О возвраще­нии в театр нечего было и думать. Но это от актрисы скрывали. Она до конца ве­рила, что еще сыграет на сце­не, и эта мечта грела ее. Она боролась, терпела все меди­цинские процедуры, занима­лась лечебной физкультурой, разрабатывая мышцы ног и рук (после двух инсультов она была частично парализо­вана), заново училась ходить. «Сделала целью - выздоро­веть непременно! А у нее та­кой характер - чего захочет, добьется своего» - рассказывают медсестры.

Для этого Наташа даже ре­шила обратиться к знахарям и экстрасенсам. Муж пытал­ся оградить жену от разных шарлатанов, но она повери­ла в нетрадиционные методы лечения и настаивала на сво­ем. Ей уступали. Ведуньи «лечили» ее заговорами и травами. Экстрасенсы делали над головой пассы руками. Наталья терпела бо­лезненные иглоукалывания. Приезжал лекарь с Тибета. По слухам, он посоветовал ей читать какую-то особую молитву, что некоторое вре­мя актриса и делала. Офици­альная медицина скептиче­ски отнеслась к подобным методикам - они не давали результата.

Когда же Гундаревой становилось лучше, она много читала, интересовалась новостями из театра. Как рассказывают медсестры, последние годы мало двига­лась: не ходила, лежала либо сидела. На прогулки ее выво­зили на коляске. Речь полно­стью не восстановилась. Го­лос изменился. Стал грубым, не ее. И она стеснялась этих изменений.

«Муж, Михаил Филиппов, ограничил круг ее общения. Актрисы из театра наведывались к Наталье Георгиевне, но их веселое щебетание рас­страивало больную.

Постоянно навещали акт­рису лишь самые близкие друзья - один режиссер и две ее подруги, не актрисы. Она им доверяла», - рассказала нам преподаватель Гундаре­вой Евгения Галкина.

«Тут писали, что, мол, у мужа Гундаревой Филиппо­ва появилась другая женщи­на, что он стал редко прихо­дить к жене. Это вранье! Ми­хаил Иванович дико пережи­вал, он постоянно навещал жену, буквально падал от ус­талости, но был предан и все эти четыре года доказывал свою любовь и верность На­талье Георгиевне», - говори­ли нам нянечки.

«У нее была своя, больничная тусовка»

«Все четыре года за Ната­шей ухаживала сиделка Ира, ставшая членом семьи. Она привязалась к На­таше, всегда была готова хоть чем-ни­будь порадовать ее, рассказывают друзья. - Наташа любила разговари­вать с ней, ласково называла Плюш­кой. Они смешно подшучивали друг над другом, смея­лись. И вроде бы на время забывалось о плохом... Из-за бо­лезни у Натальи Ге­оргиевны немного портился характер. Порой она обижа­лась на сиделку, ес­ли та на пять минут оставляла ее одну в комнате, на мужа, уезжавшего на съемки, но каждый час звонившего лю­бимой жене по мо­бильному. От многих ролей он отказывался, чтобы быть с женой. Иногда Наташа из-за болезни могла покапризничать. Вдруг захо­чет, чтобы ей срочно принес­ли ее лучшую дорогую шубу и именно в ней вывезли гулять. Что поделать - она же женщи­на! Привозили шубу, стара­лись предугадывать любые желания, переживая за доро­гого человека».

Актрисе недоставало обще­ния. Всю жизнь привыкла быть в центре внимания, а тут - осталась как бы отрезанной от мира. Поэтому она не лю­била долго находиться дома, настаивала, чтобы ее отвезли в больницу. Как она сама го­ворила, к ее «тусовке», ведь она подружилась и с врачами, и с медсестрами.

«Наталья Гундарева всегда помнила, что она - женщина, любила пококетничать, а личный врач Тимур Мансурович ей комплименты де­лал, называл любимой паци­енткой. Здесь ей было ком­фортно, - рассказывают мед­сестры. - Иногда у Натальи Георгиевны как бы терялась ясность ума, она забывала, где находится, задавала странные вопросы, ей что-то чудилось... Зато, когда созна­ние возвращалось, много чи­тала (особенно увлеклась Библией, ставшей ее настоль­ной книгой), была весела, с легкостью разгадывала кроссворды».

Предчувствие беды

Последние несколько меся­цев болезнь актрисы протека­ла ровно, без осложнений. Врачей беспокоила аритмия сердца - следствие малопод­вижной жизни на лекарствах.

Гундарева иногда бывала резкой, раздражительной.

«Но неделю назад Наташа вдруг ласково обняла сиделку Иру и наговорила много доб­рых слов, призналась в люб­ви, благодарила за ее терпе­ние. Ира была растрогана до слез, - рассказывает подруга актрисы. - И у мужа Наталья Георгиевна вдруг тепло по­просила прощения, что из-за ее болезни он столько наму­чился, словно бы... предчув­ствовала беду».

Седьмого мая родные заби­рали Наташу на дачу на праздники. Обычно это дела­лось, когда она чувствовала себя хорошо. И врачи разре­шили пациентке на несколько дней сменить обстановку.

Потом Гундарева снова вер­нулась в больницу. Рассказы­вала медсестрам, что ей снит­ся, будто она летает во сне.

«Случившееся обрушилось на нас внезапно, никто ниче­го плохого не ожидал! Накануне Наташу навещал муж, они побыли вместе, потом простились, все было нор­мально! - вспоминает подруга Наташиной нянечки. - Знаю, Наташа говорила, что боится умереть дома: мол, станет мне плохо, а вы не сможете ока­зать в нужный момент по­мощь. Она столько перетер­пела боли и боялась. Боялась умереть в муках».

Смерть наступила внезап­но: по одним данным, ото­рвался тромб, закупоривший легочную артерию, по дру­гим - причиной смерти стал еще один инсульт. Офици­ального заключения медиков пока нет.

«Сколько она мучилась! Просто - за какие грехи?! Та­кая добрая, отзывчивая, пря­мая, бесхитростная. Честная на редкость, - всхлипывает первая, любимая учительница Наташи по актерскому мас­терству Евгения Галкина. – Такая настоящая русская ду­ша! А какой талант от приро­ды! Все с ней было. Так рано ушла! А мы-то все надеялись, надеялись...»

Эти тяжелые муки замеча­тельной актрисы видели не­многие. А мы запомним ее та­кой, какой она была до этой страшной несправедливой болезни, - ясной, солнечной, как будто излучающей живое тепло...

Анна ВЕЛИГЖАНИНА, «Комсомольская правда в Украине»