27 февраля • обновлено в 07:49
МоваЯзык
Главная Блоги

/ Право

Штрафы до полумиллиона и расцвет олигархических СМИ: Котюжинская про закон "О медиа"

4.5т
Читать материал на украинском

Не успели украинские СМИ обсудить медиаинициативу министра культуры Владимира Бородянского, как на слуху у всех новый законопроект от "Слуги народа". В числе авторов – глава парламентского комитета по вопросам гуманитарной и информационной политики Александр Ткаченко, а также Никита Потураев, Евгения Кравчук и Елизавета Богуцкая, с законопроектом №2693 "О медиа", зарегистрированным аккурат под Новый год, 27 декабря.

Идея предусматривает ряд ограничений и, соответственно, санкций по отношению к СМИ, которые под давлением этих санкций могут просто исчезнуть. В каких случаях есть риск под них попасть?

Если в материалах найдут призывы к насильственному свержению власти и изменению конституционного строя Украины, признание оккупации территории страны правомерной, отрицание территориальной целостности Украины, разжигание национальной, расовой, религиозной вражды, призывы к терроризму, отрицание или оправдание коммунистического и нацистского тоталитарных режимов в Украине, формирование положительного образа руководителей КПСС и советских органов госбезопасности, освещение деятельности власти государства-агрессора положительным образом...

Список запретов длинный – пунктов под 40. Полномочия искать, проверять и решать, что не так с теми или иными медиа, получит Нацсовет по вопросам телевидения и радиовещания.

Что делать и куда бежать тем, кому перекроют кислород, издание "ГОРДОН" обсудило с главой правления Национальной ассоциации украинских медиа Татьяной Котюжинской.

– Татьяна, очень хочу попросить вас сделать медийный ликбез такой. Перевести то, что написано в этом огромном фолианте...

– ...На 175 страницах...

– ...Да, вкратце с законодательного языка на человеческий. Объясните, пожалуйста, всем тем, кто еще не читал или не вчитался, в каких случаях СМИ (или медиа, как выражаются авторы законопроекта) могут попасть под санкции.

– Да чуть ли не в каких угодно: например, есть список запретов из 38 пунктов. И в каждом "и т.д.", "и т.п.". Или, например, Национальный совет по вопросам телевидения и радиовещания может признать не соответствующей нормам финансовую документацию СМИ. Полномочия Нацсовета безграничны: сами могут написать правила, сами могут проверить, сами могут выписать штраф. То, как они уже сейчас понимают действующее законодательство, дает твердую уверенность, что если у этой организации добавится полномочий, то штрафовать и аннулировать регистрацию СМИ они будут массово.

К примеру, три недели назад Нацсовет инициировал проверку "Прямого" из-за передачи [ведущего Сергея] Пояркова, в которой он назвал президента [Владимира] Зеленского "маленьким чмом" и об отце его в том же духе высказался. Решение о проверке канала было принято на основании заявления гражданки, не имеющей отношения к семье Зеленского, что противоречит законодательству! Но особенно мне понравился один пункт среди причин. О том, что программа "воспитывает неуважение родителей к детям". Да, Поярков кричал и высказывался в своем репертуаре. Но у меня вопрос: а кто там дети?

– Кажется, было еще "оскорбление отдельных этносов" – "криворожский ссыкунчик".

– Да. Какой, интересно, этнос был упомянут? Криворожский?

Один из авторов законопроекта "О медиа", "слуга народа" Александр Ткаченко, на заседании комитета по гуманитарной и информполитике, защищая этот проект, говорил: "Не ищите того, чего нет, мы политики новой формации, мы трактуем статьи закона исключительно так, как они написаны". Но, послушайте, эта норма, о родителях и детях, в действующем пока законодательстве прописана, чтобы с экранов телевизора дети не могли услышать: "Ваши родители глупые, неудачники, не слушайте их". Это норма для защиты детей, а дети у нас – до 18 лет максимум. До совершеннолетия. То есть расчет на то, что ребенок не может воспринимать мир так же, как взрослый, и потому нуждается в дополнительной защите. Но президент же давно не ребенок, чтобы защищать его права, как несовершеннолетнего...

В общем, если Нацсовет будет истолковывать нормы закона таким образом, то вопрос совсем не в том, что в законе написано. Это вопрос чрезвычайных полномочий Нацсовета и того, что он может и захочет сделать. Депутаты из ОПЗЖ на заседании комитета оппонировали авторам законопроекта и указали в протоколе свое отдельное мнение, но большинство эти аргументы не впечатлили.

– Допустим, мы в ленте новостей цитируем пресс-конференцию президента РФ Владимира Путина, где он хвастается успехами России. Связанными с оккупированным Крымом, например. Может это быть истолковано как "формирование положительного образа государства-агрессора"?

– Зависит от контекста, но, скорее всего, да. Хотя для того, чтобы попасть под штрафные санкции, вам совершенно не нужен Путин. По этому закону, для начала вашему изданию еще нужно будет зарегистрироваться как онлайн-медиа. А чтобы зарегистрироваться, кучу финансовой отчетности подать, договоры со всеми контрагентами. Если вы ее подаете, это значит, что у кого-то уже есть право проверять, достоверна ли ваша информация. Этим правом наделили Нацсовет, причем без каких-либо предостережений насчет конфиденциальности информации.

Вы обязаны в любое время, один раз в год точно (а в случае их желания провести проверку, то сколько угодно раз в год, месяц, день – нужное подчеркнуть), предоставлять им все, что нужно. А они будут проверять вашу документацию, обращаться во все банковские учреждения, ДФС, СБУ, ГБР, НАБУ... Все обязаны помогать Нацсовету и давать всю информацию, касающуюся вас, ваших контрагентов, всего того, о чем указано и не указано в ваших финансовых документах.

Например, написали, что бенефициар – Алеся Бацман? Значит, по всем ее счетам может проводиться полная проверка. Дело не в том, закроют вас или нет, если вы покажете Путина. Вы можете вообще никогда о нем не писать и его не показывать. Но когда вам нужно будет регистрироваться, вас проверят, скажут, что подали недостоверную информацию или не вовремя, и уже до лампочки, мелькал у вас в ленте новостей Путин или нет. (Смеется.) Не в контенте даже дело, не в мелочах. Дело в том, что до мелочей и частностей может не дойти вообще.

– В отличие от Конституции, где речь идет о средствах массовой информации, в законе везде употребляется термин "медиа", значение которого размыто. Конкретизируйте, пожалуйста, что такое медиа в данном случае...

– Да все! Даже доска объявлений.

– То есть и аккаунты лидеров общественного мнения в соцсетях?

– Все, что распространяет массовую информацию, имеет постоянное название. К примеру, есть у меня страница в Facebook – Тетяна Котюжинська. Название постоянное? Да. Пишу там регулярно? Да. Написанное – информация? Пожалуй. И есть определенное количество подписчиков. Все! Теоретически я могу быть медиа! Не могу разве что по одной причине: если не получаю за распространение информации средств. Но как мне это доказать и кто будет это устанавливать? Этот кто-то должен все мои финансовые документы поднять и посмотреть, не получала ли я… Каждый из нас окажется под проверкой, понимаете?

Можно, конечно, сказать: мол, всех не проверите, силенок не хватит. Но кого в первую очередь будут...

– ..."Перетрахивать", как говорит небезызвестный белорусский лидер...

– ...Да-да. Того, кто критикует власть. Мы увидели это по выговору военнослужащему Роману Ковалеву, который что-то критическое о президенте написал. По тому же Пояркову.

– Но не увидели по "Горіла хата, палала" на "плюсах"...

– По "Горіла хата", я так понимаю, заявления гражданки не было. А Ольга Герасимьюк, кандидат в Нацсовет от фракции партии "Слуга народа" и нынешняя замглавы этого совета (по сути, руководительница), инициирует эти безумные решения об "отцах и детях"...

Корень всего этого очевиден: новую власть не устраивает то, что они не могут коммуникацию наладить. Все уже перепробовали: и юлить, и уходить от ответа, и придумывать странные версии своих проколов, и отвечать скандалом на скандал… Ничего не осталось в запасе, кроме как запрещать, блокировать, создавать проблемы СМИ, редакторам, блогерам, всем, у кого есть аудитория в соцсетях.

– А что с языковыми квотами?

– Ой, это меньшее, о чем стоит волноваться. Да, требования к языку четко указаны, медиа будут украинизироваться. К примеру, если вы сайт, вы должны делать две странички параллельно и та, которая на государственном языке, должна быть стартовой. Это как раз выполнимо.

– Хорошо. Вздумал Нацсовет провести проверку. Что будет, если к этой проверке его не допустить?

– Административная ответственность и безумный штраф.

– "Безумный" – это сколько?

– От 5 тысяч гривен и далее, по нарастающей, до полумиллиона гривен. Для телекомпаний штрафы на порядок выше. Обычно в Украине админответственность – это от 80 гривен. 150–300. А тут старт с 5 тысяч. Плюс конфискация имущества.

– Нехило!

– А я о чем? Для печатных изданий вообще смерть. Допустим, вы газета "Бульвар Гордона". Вы получили своих подписчиков на год, и тут Нацсовет решает, что у вас что-то не так с финансовыми документами. Или с контентом. Или и с тем и другим. Он отменяет вашу регистрацию, а дальше вы можете обжаловать в суде его действия. Причем только в одном – Киевском окружном административном суде города Киева.

– А если это не столичная газета?

– Ладно еще, если черниговская или белоцерковская. А вот из Закарпатья и Луганщины ездить не очень близко... Теперь смотрите: если Нацсовет судится с медиа, дело рассматривается в сокращенном режиме. В течение двух дней.

– Значит, заблокировать сайт, выход печатных СМИ и т.д. могут за два дня?

– Правильно. Но если речь о сайте, вас заблокировали (провайдеры сами окажутся под санкциями, если не сделают этого), то вы, понятное дело, понесли убытки, потеряли рекламодателей. Однако спустя какое-то время организовали другую площадку, кричите об этом, перетягиваете туда своих читателей, что-то снова делаете… Вы пострадали, безусловно. Но вы можете быстрее встать на ноги. А если речь о печатных СМИ?

Обжалование решения Нацсовета – не в сокращенном, а в общем порядке, то есть первое слушание может быть через полгода, год, два… Все это время выходить вы не можете, поскольку вам грозит штраф и конфискация имущества. И не выходить не можете, ведь это штрафные санкции перед "Укрпоштой", перед подписчиками... Все, вы фактически оказываетесь в ситуации, когда издавать печатные СМИ невозможно...

– ...Проще сразу закрыться...

– ...Можно еще сидеть тихо, но и это не гарантия. Нет, вы не лицензируетесь, у вас только регистрация, но чего им стоит лишить вас ее? Два дня, и все готово!

Сейчас, по нынешним законам, чтобы прекратился выпуск печатных СМИ, должен быть судебный уголовный приговор, и это в каких-то исключительных случаях. Или если ты зарегистрировался, например, но не выпустил первый номер газеты. А они предлагают лишать регистрации в любой момент…

– …По щелчку Нацсовета.

– И в этом огромная разница. А дальше мы уже смотрим, каковы могут быть причины. Что-то в финансах не понравилось – может быть? Может. В контенте? Тоже может, там что угодно может не понравиться!

– К примеру, возьму я интервью у волонтера Маруси Зверобой, а она в сердцах скажет: "Хорошо бы власть поменялась, давайте сменим, надоела уже". Нам труба?

– Да! Вместе с Марусей. Вы же призываете к свержению власти! А вдруг вы имели в виду насильственное свержение, а это запрещено!

– Или с тем же Поярковым поговорю...

– И это значит, что вы своему изданию враг, потому что с Поярковым вам заведомо труба. Он с экрана распространял нецензурную лексику – к такому выводу Нацсовет пришел даже без лингвистической экспертизы. То есть госпожа Герасимьюк на глаз определила: о, это нецензурщина. Имеется в виду слово "чмо". Ну, вы меня простите, это все что угодно, но не нецензурная лексика.

– Сленг.

– Вот. Даже если и прозвучало что-либо нецензурное, дайте вывод экспертизы и мы с ним согласимся либо оспорим с точки зрения юридической обоснованности ваших действий. Но если вы на глаз определяете… А что касается этих "отцов и детей"… Это, вы меня извините, законодательство раком поставили. Президент уже давно не ребенок! Для своих родителей он может быть ребенком сколько угодно, но если речь о юридическом термине, ребенок – это человек до определенного возраста, Владимир Александрович давно из него вышел! Такая мотивация проверки абсолютно неадекватна. Это пример того, как Национальный совет по вопросам телевидения и радиовещания действует еще до обретения чрезвычайных полномочий.

И вот когда мы сталкиваемся с политически мотивированными действиями Нацсовета и даем ему чрезвычайно широкие полномочия (и не предоставляем медиа никакой защиты от подобных действий), возникает вопрос насчет беспредела...

– ...Не начнется ли он?..

– Слушайте, не тот вопрос. Тот звучит так: а как скоро он начнется? Я уже не говорю, что этот законопроект нарушает Конституцию – эта формулировка, увы, ничего не скажет большинству наших депутатов.

– Да и просто сограждан, наверное. Потому что: "Ну, нарушает закон Конституцию, и шо?" Нет, к сожалению, четких причинно-следственных связей в сознании людей – между законами, которые мы принимаем, и тем, как мы живем потом…

– А в статье 85 Конституции Украины четко прописан предмет, которым занимается Нацсовет по вопросам телевидения и радиовещания. Это, не поверите, именно телевидение и радио. Не лидеры мнений. Не интернет-СМИ. Не печатная пресса, о которой, кстати, у нас есть отдельный закон "О печати". Как, впрочем, обо всем остальном. И если в государстве Украина Конституция пока еще главный закон, то нелишне вспомнить, что в статье 92 п. 11 сказано: исключительно законами Украины определяются основы создания и деятельности политических партий, общественных объединений и средств массовой информации. Но "слуги народа" отказываются от термина "средства массовой информации", пытаясь заменить его термином "медиа", который имеет такое широкое значение, что охватывает все.

В числе разработчиков фолианта "О медиа" юристы двух телеканалов ("1+1" и "Украина"), четырех общественных организаций и Нацсовета. Вот они себе прописали закон, который разрешает, с одной стороны, политическое влияние и монополии, с другой – дает Нацсовету безграничные полномочия. Один из авторов, который этот закон готовил, честно сказал: "Мы хотим контролировать всех". Зарегистрированных, незарегистрированных…

– Это кто такой откровенный?

– Медиаюрист Александр Бурмагин. Он, кстати, рекомендован в Нацсовет, знаете кем? Национальным союзом журналистов Украины, который вроде бы на публику против всех законов: и Ткаченко, и Бородянского… Александр также считает нормальным, что через полгода после начала действия закона необходимо будет готовить изменения и дополнения к нему, поскольку "мы не понимаем, как работают некоторые механизмы, без практики". Какой-то вечный двигатель получается: пишем-принимаем-переписываем-включаем – не работает...

Слишком широкое толкование того, что является медиа, разрешает власти так же широко действовать, где-то ходить, кого-то проверять... Плюс дает доступ к базе всех пользователей. Например, пользователей провайдеров – без ограничений насчет конфиденциальности информации. Любая информация для Нацсовета открыта. Представьте себе, вы с кем-то из провайдеров заключили договор и смотрите какие-то каналы. А Нацсовет имеет полный доступ ко всей этой информации, что вы смотрите, где, когда...

А теперь другой аспект, помимо всего этого ужаса, связанного с тотальным контролем. Давайте попробуем представить, сколько нужно денег, чтобы содержать такой аппарат, как Национальный совет новой формации?

– Бюджетных?

– Ну а чьих? "1+1" или "Украины"? Этот закон значительно увеличивает зарплаты членов Нацсовета и всего аппарата. А главное, значительно увеличивает количество народа в этом самом аппарате. И при всем этом написано, что дополнительных средств из бюджета не потребуется.

– Так откуда же?

– Вот именно! И ведь каждый раз будет возникать этот вечный вопрос: если вы хотите, чтобы мы выполнили функции, заявленные в законе, дайте нам больше средств. Я думаю, уже в этом году Нацсовету понадобится столько денег, сколько МВД. Вот что МВД со всем своим сыскным аппаратом, что Нацсовет – не меньше. По-другому осуществлять эти полномочия невозможно.

Когда на "Прямом" мы обсуждали законопроект "О медиа", включился один из авторов, медиаюрист Игорь Розкладай. Вот в его речи мне очень понравилась фраза: "Не волнуйтесь, этот закон разрабатывают патриоты". Я приветствую чувство патриотизма у людей, но, послушайте, законы должны разрабатывать прежде всего профессионалы...

И еще оттуда же, из рубрики "Удивительное рядом": оказывается, одна из причин, по которой государству нужно регулировать блогеров, – это… Шарий! Вот, мол, есть такой Анатолий Шарий, у которого два миллиона то ли подписчиков, то ли просмотров за один раз, он где-то там сидит, Украине вредит, мы ничего с ним сделать не можем, поэтому давайте примем закон, который позволит его запретить. Я в шоке! Законопроект на 175 страниц и головная боль для всех – ради Шария?!

– Так он не просто блогер, он партию спокойно создал, едва в парламент не прошел...

– И тут вот шанс для патриотов спасти Украину: чтобы Шарий не появился больше, надо всех в стране заставить регистрироваться и перерегистрироваться. Это не патриотизм – это издевательство!

– Кстати, а что будет, если взять у Шария интервью или комментарий? Согласно новому закону?

– Если он значится в списке лиц, вредящих национальным интересам и нашему медиапространству, получите штраф и аннулируют регистрацию как минимум. Но то же самое будет, если вы возьмете интервью, к примеру, у Юлии Кузьменко, то есть "лица, в отношении которого начато уголовное производство". Сейчас об этом дико даже подумать, но это может стать реальностью!

– А кто будет составлять список?

– Нацсовет, разумеется. Самостоятельно и независимо от списков СБУ, например.

– Понятно. Тогда такой вопрос: допустим, у нас на сайте либо на одном из YouTube Дмитрия Гордона выложена программа, гостем которой был российский актер Михаил Пореченков. Сейчас, как мы знаем, въезд на территорию Украины ему запрещен. Снята программа, ясное дело, задолго до войны, интересный разговор о фильмах и о жизни, об Украине ни одного плохого слова...

– …Если герой в списке нежелательных, придется убрать. В законе нет оговорок, что законом регулируется только тот контент, который создавался с определенного времени. Но заранее суетиться необязательно, ведь Нацсовет может этого человека в свой список и не внести.

Вот вы понимаете, насколько это коррупционная история? Нам нужен сериал "Сваты" – значит, актера Добронравова не будет в списке. Нам нужно запретить сериал "Сваты" – значит, актер Добронравов будет в списке. Остальное не имеет значения.

– Если человек попал в этот список, то что?

– Значит, у нас в стране есть лица, которых запрещено показывать, и это прямая цензура. Например, попасть на этот карандаш Нацсовета можно лишь на том основании, что в отношении тебя открыли уголовное дело. Чтобы дело открыли, достаточно заявления, поданного в правоохранительные органы. Но исключат человека из этого списка, лишь когда будет оправдательный приговор суда.

– То есть, может, и года через два?

– А если оправдательного приговора не будет вообще? Начали дело, закрыли дело, а оправдательного приговора нет?

– Еще один важный момент касается советского прошлого. О первом секретаре ЦК КПУ Владимире Щербицком, например, воспоминания можно будет писать?

– Лучше не нужно. А если вам кто-то хорошо о нем скажет, то есть в положительном ключе, то точно нельзя.

– Ясно. Значит, такая телепрограмма, как "Намедни" (появись в Украине ее аналог, допустим, о жизни нашей страны в ХХ веке), не могла бы в украинском эфире существовать?

– Где гарантия, что какой-нибудь гражданин, посмотрев ее, не напишет в Нацсовет, что вы оправдываете советский тоталитарный режим или, наоборот, нацистскую оккупацию Украины? А ведь после этого начнутся проверки, которые приведут к баснословным штрафам...

– То есть фактически новый законопроект – это запрет на журналистскую профессию?

– Цензура – не только чей-то запрет на вашу профессию, со стороны или свыше. Прежде всего это самоцензура, то есть ты должен очень хорошо подумать, прежде чем в принципе распространять информацию. А это влечет за собой цензуру на ее получение, что, в свою очередь, означает меньше общественных дискуссий, меньше плюрализма, меньше демократии... Тот же Европейский суд неоднократно заявлял, что все имеют право на получение информации. Государство может ограничивать распространение информации, которая представляет невероятную общественную опасность, такую, которую невозможно устранить путем общественной дискуссии. Например, если в переполненном театре кто-то заорет: "Пожар!", моментально начнется паника. Не будет времени разбираться, горит или нет, люди побегут к выходу и передавят друг друга. Вот причина ограничивать распространение информации, понимаете?

А в случае с законопроектом, который мы обсуждаем, включается непосредственно цензура со стороны государства. Первый ее этап: тебя могут не зарегистрировать. Подал не все документы, не успел подать, еще что-то случилось… Или все отправил, но проверили и сказали: "Не-а. Не верим". Второй этап: написал или снял что-то не то – и отменили регистрацию. Третий: ты все-таки выходишь без регистрации – и к тебе претензии. А на каких, мол, основаниях ты распространяешь что-то?

По-моему, невооруженным глазом видно: закон направлен на создание цензуры. Порадовала реакция блогера и депутата от "Слуги народа" Александра Дубинского, который написал, что ни за закон Ткаченко, ни за закон Бородянского голосовать не будет.

– Чувствует, что не Шарием единым?

– Не могу знать, что он чувствует, но я тоже за такое не голосовала бы. Вывод ГНЭУ – Главного научно-экспертного управления аппарата Верховной Рады – четко дает понять, чего стоит этот законопроект...

– И какой же вывод?

– Отправить авторам на доработку. Этот закон идет вразрез с Конституцией, нарушает примат международного права перед национальным, верховенство права, презумпцию невиновности, то, что только суд, а никак не Нацсовет, может решать, кого и за что привлекать к ответственности…

И вы представляете, что нужно будет делать средствам массовой информации, чтобы соблюдать этот закон?

– Думаю, штат раздуть до невероятных размеров...

– ...Совершенно верно. Нанять аудитора либо заключить договор с аудиторской компанией. Кроме того, что вы подаете налоговую отчетность и обязаны вести бухгалтерскую, вы должны будете всю эту информацию предоставлять еще и в Нацсовет, а на это тоже нужны люди. К тому же вы должны иметь юриста, который занимался бы финансовыми делами, плюс хозяйственными делами, плюс взаимодействием с Нацсоветом, юриста, который будет вычитывать контент и отстаивать право на него... Как минимум три юриста в штате у вас должны быть, а то и четыре. Думаю, не стоит особо расписывать, как это повлияет на экономическое развитие СМИ. В частности, маленьких местных газет, независимых изданий. Выживут только олигархические. Монопольное ограничение этот законопроект устанавливает в размере 35% на рынке, то есть, по мнению авторов, трех (!) телекомпаний нам будет достаточно. Для примера, в США монопольное ограничение – 5%.

Прекратят свое существование коммунальные ТРК. Почему? В законе пытаются прописать, что полностью все содержание: оплату труда, обновление техники – все-все должно финансироваться местным советом. И я не представляю, как эти люди скажут на сессии: мы выделим миллион, сто, семьсот (а это огромные суммы будут) на содержание местной телекомпании, которая будет транслировать наши заседания, но у нас нет средств для садиков, школ, больниц… Другого пути, кроме как ликвидировать ТРК, просто не будет. А их, на минуточку, сейчас около 700 субъектов.

С газетами тоже будет печальная песня. Печатные СМИ, которые хотят перерегистрироваться по новому закону, должны подать заявку об этом не позже чем через полгода после начала действия закона. И сделать это через электронный кабинет в Нацсовете. А электронные кабинеты Нацсовет должен создать аж через год после начала действия закона...

– …Абсурд какой-то...

– …А если печатные СМИ не перерегистрируются в течение года после начала действия закона, их свидетельства будут аннулированы. Это все, что вам надо знать о качестве законопроекта "О медиа" и его авторах. И о том, как "долго и упорно" этот законопроект обсуждался со всеми индустриями, как утверждают авторы Ткаченко и Потураев. И о том, как все индустрии согласились с законом и сказали, что его легко можно доработать между первым и вторым чтениями. То есть надо лишь расставить запятые и исправить опечатки...

Вы вот знаете, как проводились обсуждения?

– Увы, нет.

– Приходим на заседание комитета по вопросам гуманитарной и информационной политики оживленной толпой, на комитете закон не рассматривается, а потом председатель комитета Александр Ткаченко говорит: прошу всех выйти, остаются только те, кого мы пригласили на обсуждение. Человек 10, может, десятка полтора. Я была свидетелем этого дважды.

– Доводилось слышать и такое мнение: медийная инициатива Бородянского, которую "засветили" и которой всех шокировали, лишь прикрытие для этого закона. Впоследствии ее отбросят, его примут.

– А я не думаю, что они идут вразрез. Это ветви одного дерева. Закон Ткаченко все, что шевелится, сводит к медиа, а предлагаемый Бородянским регулирует работу журналистов. Могут принять и тот и другой.

Хотя я вижу лишь один юридически правильный выход – выполнить решение Главного научно-экспертного управления. Начать подготовку законов о работе СМИ с нуля, отозвав законопроект "О медиа". ГНЭУ же четко высказалось: нужно переделать структуру и содержание. Ну а что еще есть в законе?

Надо либо упростить уже имеющиеся профильные законы, либо отозвать этот и начать его подготовку именно со структуры законопроекта. И конечно же, важна цель. На мой взгляд, целью нового закона "О медиа" или "О СМИ" (как в РФ, кстати, там тоже в одном законе обо всех) должно быть упрощение процедуры регистрации и четко прописанные нормы по поводу ограничения деятельности журналистов и СМИ. Если уж хочется создать единый закон, в нем также должны быть положения об общественном вещателе (сейчас это отдельный закон, в который вносят изменения), об иновещании (также отдельный закон, в который тоже изменения вносят), о государственной поддержке СМИ, об обязанностях чиновников немедленно отвечать на запрос журналиста о комментарии или предоставлении информации. Печатные СМИ должны увидеть нормы о беспрепятственном распространении газет и обязанностях государственной почты.

Один из авторов законопроекта "О медиа" Никита Потураев сказал, что в этом проекте минимум государства. Идея правильная – давайте ее реализуем. Пока законопроект о прямо противоположном…

Не пропусти молнию! Подписывайся на нас в Telegram

Автор
1
Комментарии
9
6
Смешно
2
Интересно
14
Печально
1
Трэш
Чтобы проголосовать за комментарий или оставить свой комментарий на сайте, в свою учетную запись MyOboz или зарегистрируйтесь, если её ещё нет.
Зарегистрироваться
Показать комментарии
Новые
Старые
Лучшие
Худшие
Комментарии на сайте не модерированы
Трубицын Александр
Трубицын Александр
Внаукраине - министр культуры... В Чехии - военно-морской министр... В Эфиопии - министр космических исследований... В Эквадоре - министр Арктики и Антарктики... :-))))
Показать комментарий полностью

Новости права

Топ-публикации

Топ-блоги