Блокада Донбасса: Украину предупредили о непоправимых последствиях

20,4 т.
Уголь Донбасса

Железнодорожная блокада Донбасса грозит Украине верными отключениями света, энергетическим коллапсом в некоторых городах, сбоями в работе крупнейших промышленных предприятий, скачком курса гривни и ростом тарифов для потребителей.

Об этом написала волонтер, народный депутат (БПП) Татьяна Рычкова на своей странице в Facebook.

Парламентарий отметила, что по состоянию на 10 февраля 2017 года на Трипильской ТЭЦ, которая снабжает теплом Киев и область, угля осталось на 14 дней. Запасов Змиевской ТЭЦ, обеспечивающей Харьков и область хватит на 20 дней.

"При условии отключения Трипольской и Змиевской ТЭЦ технических решений поддержки частоты без веерных отключений по всей стране нет", — отметила она.

Видео дня

Что касается Славянской ТЭС ПАО "Донбассэнерго", то там используется уголь марки А, добываемый на временно неподконтрольной территории и которому сейчас нет альтернативы замещения. Для работы ТЭС на одном из корпусов необходимо около 4 тыс. т в сутки, на обоих корпусах блока № 7 — порядка 8 тыс.тонн. Для работы турбогенератора ТГ-3 необходимо около 1 тыс. т в сутки.

"Славянская ТЭС поставляет тепло и горячую воду жителям города Николаевка. В случае остановки станции существует угроза замораживания системы станции и города. Прекращение отопления в морозную погоду означает разрыв труб теплосетей и водоснабжения. Если водоканал обесточить, то подача холодной воды прекратится навсегда, наступит коллапс, финал. Система водоснабжения на морозе просто замерзнет и восстановить ее не получится, можно будет только заменить ее новой. По состоянию на 10 февраля на Славянской ТЭС угля осталось на 10 дней", — предупредила Рычкова.

Она также добавила, что на угле марки А и Д, которые добываются только в отдельных районах Донецкой и Луганской областей (ОРДЛО) работает Мироновская ТЭС ПАО "ДТЭК Донецкоблэнерго". Максимальное количество угля в сутки для ее работы — 1,4 тыс. т, минимальная — 0,6 тыс. тонн. Данный объект обеспечивает теплом бытовых потребителей и социальную сферу села Мироновский, находящегося в прифронтовой зоне.

Аналогичная ситуация складывается и на Краматорской ТЭЦ, работающей на угле марки А. Максимальное количество энергоресурса, которое она требует, — 800 т в сутки, минимальное — 400 тонн. Рычкова подчеркнула, что данная ТЭЦ снабжает теплом примерно 70% жителей Краматорска, но по состоянию на 10 февраля ее запасов угля хватит на 10 дней.

Не менее серьезными последствиями блокада может обернуться и для прифронтового Мариуполя, который также получает воду и электроэнергию с оккупированных районов Донецкой области. В частности, его питает электроэнергией Старобешевская ТЭЦ. В случае ее отключения могут остановиться заводы города, и сотни тысяч его жителей останутся без работы.

Более того, Рычкова напомнила, что блокировка железной дороги в Донецкой области может негативно повлиять на работу промышленных предприятий горно-металлургического комплекса. "Если блокаду не остановить, первыми пострадают металлургические гиганты города Мариуполь. Нарушится технологическая цепочка, которая десятилетиями формировалась на Донбассе", — сказала она.

По словам парламентария, коксующийся уголь в ЧАО "Авдеевский коксохимический завод" поступал из шахт, которые сейчас находятся на неподконтрольной Украине территории, а кокс предприятие отгружало на мариупольские комбинаты и Енакиевский металлургический завод. Однако металлургические, коксохимические, химические заводы, шахты и заводы тяжелого машиностроения, которые находятся по обе стороны линии разграничения, без железнодорожного сообщения функционировать не смогут, а автомобильными перевозками эту проблему решить невозможно.

Сейчас на мариупольские предприятия с территории, неподконтрольной Украине, ежемесячно поставляется:

- 70 тыс.т флюсов;

- 60 тыс. т коксующегося угля;

- 35 тыс.т кокса (Алчевский металлургический комбинат);

- около 40 тыс.т антрацита.

Таким образом, если металлургические комбинаты останутся без сырья, его придется импортировать, а это негативно отразится на себестоимости готовой продукции.

Рычкова добавила, что в ЧАО "Енакиевский коксохимпром", ПАО "Макеевкокс" и ЧАО "Ясиновский коксохимический завод" коксующегося угля осталось на 5-7 дней при повышенном цикле коксования (уголь на предприятия поставляется из шахты имени Засядько и шахтоуправления "Покровское").

"В результате металлургические предприятия по обе стороны не получают кокса, и это, в лучшем случае, приведет к снижению объемов. А в худшем — к полной и необратимой остановке доменных и коксовых печей", — заявила народный депутат.

Кроме того, из-за блокады ОРДЛО, останавливаются предприятия в Днепропетровской области. По данным СМИ, уже нарушена технологическая цепочка на украинских предприятиях "Индустриальный Союз Донбасса" (ИСД).

"Одна из главных проблем — отсутствие поставок коксующегося угля в Днепропетровской области из Алчевска. Катастрофически упали объемы сбыта продукции (заготовки для железнодорожного транспорта, сваи, контактные рельсы для метрополитена, трубные заготовки)", — пишет Рычкова.

Согласно ее информации, из трех доменных печей Днепровского меткомбината (Днепропетровская область) в первую неделю февраля работала, по сути, одна. В этой связи руководство пятнадцатитысячного коллектива завода вынуждено задерживать выплату авансов и зарплат работникам.

"Блокировка железной дороги может привести к остановке украинских заводов, потере рабочих мест, как следствие — к падению гривни, повышению тарифов для украинских потребителей в случае закупки угля из-за границы", — считает парламентарий.

Говоря о вопросе "торговли с оккупантами", Рычкова пояснила, что Украина не ведет такой деятельности. Ведь на самом деле есть украинские компании, которые зарегистрированы в Украине и платят налоги здесь. А в ОРДЛО лишь находятся их производственные площадки. Они ничего ни у кого не покупают, а самостоятельно занимаются добычей и производством и вывозят свою продукцию на контролируемую территорию. Поэтому единственные деньги, которые попадают на неконтролируемую территорию — это зарплаты работников.

Ссылаясь на данные "Укринформ" Рычкова подчеркнула, что за 2016 года угольными, металлургическими и машиностроительными компаниями, которые расположены на временно неподконтрольных территориях в Государственный бюджет Украины было уплачено 31,6 млрд гривен.

"Это цифра сопоставима со всеми расходами на субсидирование коммунальных услуг для населения или соответствующая половине военного бюджета Украины. Блокада приведет к дыре в бюджете более, чем в 30 млрд гривен", — рассказала она.

Еще одним фактом, подтверждающим нецелесообразность блокады, парламентарий назвала то, что Украина потребляет 24 млн т энергетического угля в год. Это все марки угля, которые условно можно разбить на две группы: А (антрацит) и Г (газовый уголь). Указанные марки угля не взаимозаменяемы. Часть блоков украинских ТЭЦ и ТЭС спроектированы и работают на газовом угле, часть на антраците. Ежегодная потребность в антраците, который используется на ТЭС — 9,2 млн тонн. И главная проблема заключается в том, что в связи с агрессией России все украинские антрацитовые шахты оказались на неконтролируемой территории.

"Переход антрацитовых блоков на уголь марки Г является длительным (9-12 месяцев) и очень дорогостоящим процессом ($100 млн для одного блока). Тем не менее, Украина уже идет по этому пути — в процессе реконструкции находится ряд блоков компании "Центрэнерго". Однако главная проблема не в том — в Украине уголь марки Г хоть и добывается, но его не хватает даже для существующих энергоблоков, ориентированных на эту марку. В прошлом и текущем году энергетические компании вынуждены перекрывать дефицит угля марки Г импортом из Польши. То есть, переход от антрацита на газовый уголь не решает проблему зависимости от импорта", — объяснила Рычкова.

Кроме того, отказ от антрацита из ОРДЛО приведет к его вынужденной закупке у России. Импорт антрацита будет осуществляться не только исходя из факторов цены и его наличия в подобных гигантских объемах. Не менее значимым будет фактор логистики — пропускная способность украинских портов. Сейчас они теоретически способны обеспечить перевалку до 400 тыс. т в месяц (около 4-5 млн т в год). С расчетом того, что украинским энергетикам необходимо больше 9 млн т в год, то получается что не менее половины объемов Украина вынуждена будет ввозить по железной дороге. А здесь лишь одна альтернатива — российский уголь. Таким образом, отказ от украинского угля с неконтролируемых территорий приведет к необходимости покупать его непосредственно у фактического агрессора, за доллары, по ценам значительно выше внутренних.

К тому же, нужно учитывать и то, что с момента заключения соглашения до поставки импортного антрацита в порты Украины должно пройти 80 дней. Сейчас объемы антрацита на украинских ТЭС не превышают трехнедельного запаса и постепенно снижаются.

"Таким образом, в случае продолжения блокады, уже к концу февраля энергетическая система будет испытывать дефицит электроэнергии, что выльется в веерные отключения потребителей. Аварийный запуск газо-мазутных блоков ТЭС для замещения дефицита угля является крайне финансово неэффективным и политически рискованным. Электроэнергия из газа будет стоить потребителям в два раза дороже, чем из угля. Кроме того, следует помнить, что запасы газа в украинских ПХГ рекордно низкие, и его внеплановый отбор в ситуации возможных высоких морозов может поставить на грань коллапса всю энергетическую системы страны", — предостерегает Рычкова.

Она также подчеркнула, что если поставки антрацита с неконтролируемой территории на украинские ТЭС будут заблокированы, то генерирующим компаниям придется закупать его за рубежом. В мировой угледобыче доля антрацитовой группы составляет не более 10%. Такой уголь производят Южноафриканская республика (ЮАР), Австралия, Вьетнам и США. Теоретически весь объем угля антрацитовой группы, необходимой для ТЭС, можно было бы завозить оттуда, если бы не целый комплекс ограничений.

Уголь перевозится морем большими сухогрузными судами. Его транспортировка на большие расстояния малогабаритными судами будет очень дорогой. Обычно уголь доставляют в Украину судами типа Panamax, способными перевозить до 80 тыс. т угля или судами типа Capesize, которые перевозят 175 тыс. т груза.

Осадка таких гигантов достигает 15 и 20 метров соответственно, и не каждый порт может принять такой корабль. Например, в порты Азовского моря Бердянск и Мариуполь он не войдет вообще. На Черном море такие корабли могут принять только Николаевский Черноморский (бывший Ильичевский) и порт "Южный". В Николаевский порт такие суда могут зайти только с "протяжкой", то есть, после того, как часть угля будет разгружена на рейде — до подхода к причалу. Главная проблема заключается в том, что инфраструктура украинских портов не рассчитана на прием такого количества угля. Кроме того, помимо угля они переваливают из вагонов на суда и обратно железную руду, зерно, металл, а также множество других грузов. Максимальная пропускная способность украинских морских портов по перевалке сухих навалочных грузов — около 3 млн т в месяц. При этом они могут обеспечить перевалку всего лишь 450 тыс. т угля в месяц. Правительство пытается увеличить этот лимит, необходимы работы по дноуглублению в портах и увеличению пропускной мощности железнодорожных подъездных путей. Также Украина может завозить импортный уголь в черноморские порты Болгарии и Румынии, а затем по железной дороге доставлять его на свою территорию. Теоретически это возможно, однако стоимость логистики увеличится в разы. Более того, здесь есть еще одна проблема, которая значительно увеличит стоимость доставки — это разная ширина железнодорожной колеи в Европе и Украине.

Еще одной проблемой, на которую обратила внимание Рычкова является манипуляция инициаторов так называемой блокады вымышленной информацией о том, что в Украине якобы введена формула "Роттердам +", которая включает в тариф стоимость импортного угля, и олигархи берут деньги с потребителей электроэнергии за уголь из Роттердама, а на самом деле якобы везут дешевый уголь из ОРДЛО, присваивая разницу.

"На самом деле принятый НКРЭКУ весной 2016 года порядок расчета оптовой рыночной цены электроэнергии (ОРЦ) с привязкой цены украинского угля к крупнейшему европейскому угольному хабу ARA (Амстердам, Роттердам, Антверпен), (так называемый "Роттердам +") не позволяет покупать уголь по мировым ценам", — разъяснила она.

По ее словам, под давлением критиков НКРЭКУ установила "смягчающий" порядок расчета — за основу определения стоимости украинского угля берутся не актуальные котировки в Роттердаме, а среднегодовые (за 12 календарных месяцев). С учетом того, что в первом полугодии 2016 года цены были низкими, сейчас возникла ситуация, при которой цену украинского угля в тарифе по формуле "Роттердам +" определено на уровне 1730 грн/т, а реальная цена на мировом рынке с доставкой в ??порт Украины — более 2700 грн/тонна.

Покупать импортный уголь по реальной цене станет возможно в том случае, если будет изменен порядок применения формулы "Роттердам +". Но в таком случае придется существенно повышать тариф для конечных потребителей. Инициаторы блокады скрывают от населения, что замещение украинского антрацита с ОРДЛО импортным приведет к существенному скачку цен на электричество.

"Люди, которые зимой при минус 22 блокируют железнодорожную колею, в том числе и эшелоны с украинским углем, ставят страну на грань энергетической катастрофы. Замечу, это в условиях российской агрессии! Организаторы блокады не смогли или не захотели проанализировать катастрофические последствия своих действий", — уверена Рычкова.

Как сообщал "Обозреватель", руководитель Луганской военно-гражданской администрации Юрий Гарбуз заявил, что блокада Донбасса выгодна России как очередной информационный повод.