Каспаров: Си Цзиньпин предлагает Байдену сделку – мы сдаем Путина, вы сдаете Тайвань

12 минут
158,6 т.
Каспаров: Си Цзиньпин предлагает Байдену сделку – мы сдаем Путина, вы сдаете Тайвань

Победа Украины в войне против России кардинально изменит облик последней. Путинский режим обречен и не переживет поражение. Дальше же многое будет зависеть от Запада, который до сих пор не сформулировал для себя видение нового мироустройства после краха путинского режима. Именно поэтому США пока медлят с поставками вооружений Украине и ведут внутреннюю дискуссию относительно того, что делать с разваливающейся Россией.

Видео дня

Об этом в интервью программе "Орестократия" рассказал российский оппозиционер и 13-й чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров. По его мнению, уже к весне ситуация в России станет критической – начиная от развала системы управления, заканчивая экономическими проблемами. А к концу весны ВСУ могут закончить эту войну победой. Для России в таком случае будет две развилки – стать колонией Китая или сбросить некоторые регионы и любым способом стать частью Европы.

Британский премьер понимает, что сегодня лидер свободного мира – не Байден, а Зеленский

– Давайте ответим господину Маску, который бурно отреагировал на прошлый ваш комментарий на одном из американских телеканалов. В частности, вы отметили: почему люди, сидящие в комфортных особняках в Силиконовой долине, рассказывают Украине, как вести дела? В той ситуации Маск повел себя неадекватно и ответил вам практически бранью. Что бы вы сказали ему сегодня?

– Сегодня он уже стал владельцем Twitter, в его руках – одна из самых популярных социальных сетей, одна из наиболее эффективных с точки зрения контроля за информационными потоками в свободном мире, и поэтому, конечно, нужно посмотреть, как он будет себя вести. Мне интересно, насколько его разглагольствования о свободе слова будут применимы к той политике, которую он станет в Twitter проводить.

44 млрд долларов, уплаченные за эту соцсеть, – огромные деньги, даже для Маска. Среди его партнеров есть саудиты и катарцы, имеющие давние связи в России. Поэтому один из моих вопросов, которые я задавал Илону Маску через тот же Twitter еще до его покупки, касался как раз того, есть ли в этом 44-миллиардном пакете какие-то российские деньги. И пока ответа на этот вопрос я не получил.

Следует еще раз отметить, что позиция, которую озвучивает Маск, – это не только его позиция. Надо понимать, что мы имеем дело не с одним эксцентричным миллиардером. Эта позиция имеет довольно устойчивую поддержку и в Силиконовой долине, и в части американского истеблишмента. В основном – того, который находится ближе к Трампу. Тем не менее такие голоса по-прежнему звучат внутри администрации. То есть мы должны быть абсолютно объективны: идея найти какое-то мирное, в кавычках, решение проблемы не является идеей лично Маска. Другое дело, что он изложил ее в наиболее путинской форме. Разумные люди понимают, что о таких вариантах говорить бессмысленно.

Украина сейчас на подъеме, но у некоторых есть очень важное "но". Невозможно разгромить ядерную державу. То есть все равно в какой-то момент придется о чем-то договариваться, и мы сейчас должны контуры этого мирного процесса продумывать. Эта позиция существует, она есть и в экспертном сообществе, например, в RAND Corp. Не стоит забывать и о том, что эта самая корпорация, экспертная в области вооружения и оборонных тем, в январе выпустила доклад, где говорилось, что Украине нельзя давать оружие, потому что украинская армия рухнет через неделю, а все оружие достанется россиянам.

Просто часть американского истеблишмента неадекватно оценивает сегодняшнюю ситуацию в мире. Они продолжают мыслить категориями холодной войны, Советский Союз и все такое. Они не понимают, что мир изменился. Индикатор нынешнего мира – то, что премьер-министр Великобритании первый звонок делает в Киев. Старая традиция – звонить лидеру свободного мира, и Риши Сунак понимает, что сегодня лидер свободного мира – не Байден, а Зеленский. Это на самом деле уже индикатор того, что произошли изменения, совершенно необратимые.

Я не знаю, стоит ли подозревать Маска в какой-то сознательной игре в пользу Путина. Я повторяю, это позиция, требующая постоянной борьбы. Мы ведем кампанию по всему миру, и в первую очередь, конечно, в Соединенных Штатах и Германии, где постоянно работаем со СМИ, чтобы бороться именно с этим нарративом. Это самый опасный нарратив: да, мы за Украину, надо помогать, Путин неправ, но Украина не может выиграть. Вот это "но" перечеркивает все остальное. Когда человек исходит с позиции, что вариант окончательного разгрома российской армии невозможен. Мы отвечаем: нет, не просто возможен, он необходим, и никакого другого способа завершить войну, кроме тотального разгрома путинских армий в Украине, изгнания их из Украины и возвращения всей территории, не существует.

Пока украинский флаг не будет поднят в Севастополе, война не окончена. На самом деле эта война не только украинская, это война за возрождение нового мирового порядка. XXI век должен перейти в новое качество, потому что итог холодной войны, к сожалению, не был зафиксирован. Остались нерешенные вопросы, и главный вопрос не был решен: как быть с российской империей. Не может в ХХІ веке существовать империя, нацеленная на агрессию. Мы уже поняли, что можно убрать советскую власть, ликвидировать компартию на время, а потом она возродится, но главное – остается суть. Агрессивная суть империи, которая столетиями возрождалась в разных формах, – источник всех проблем. Поэтому эта война должна стать последней войной РФ. Тогда мы сможем говорить о том, что мир начнет меняться в лучшую сторону.

– Может ли Маск использовать Твиттер для корректировки президентских выборов в пользу условного Трампа?

– Мне кажется, что напрямую Маск этого делать не будет. Я, честно говоря, считаю, что Трамп даже не будет баллотироваться. С моей точки зрения, это маловероятно, потому что Трамп обладает колоссальным негативным рейтингом. И если республиканцы хотят гарантированно выиграть, надо брать кого угодно, но не Трампа.

Помощь при республиканцах может даже вырасти

– Из лагеря республиканцев звучат такие же месседжи, как и со стороны Маска. Они заявили, что когда победят на выборах, пересмотрят политику поддержки Украины.

– Это сказал только Маккарти. Лидер меньшинства в конгрессе, который наверняка станет спикером, если они выиграют промежуточные выборы. Его уже поправили многие старшие товарищи, он сам уже свои слова взял назад. Он хочет стать спикером, ему нужны голоса. Никаких вариантов сокращения военной помощи Украине при республиканцах не будет. Более того, я думаю, она может вырасти. Уже Макконнелл сказал об этом, который, может, будет главой Сената. Уже об этом сказал Майк Пенс – бывший вице-президент, и ряд ведущих конгрессменов уже поправили Маккарти.

Просто надо понимать, что идет борьба между рейганистами и трампистами. Дух партии все-таки сохраняется, но трампизм сегодня – доминирующий политический тренд. Поэтому там идут постоянные выяснения отношений. Но я на сегодняшний день не вижу угроз сокращения военной помощи Украины.

Я не уверен, что украинцы могут получить оружие, необходимое для победы. В первую очередь это касается танков и американских дронов. Это уже настоящие дроны, не иранские и даже не "Байрактары", это дроны, каждый из которых может почти в одиночку закрывать киевское небо.

– Почему идет торможение помощи? Белый дом говорит, что готов помогать и хочет победы Украины, но в тоже время растягивает помощь во времени.

– Во-первых, это все-таки внутренняя борьба. И постепенно мы видим, что дают чуть больше. Борьба не заканчивается, есть результат внутренних компромиссов – постепенное увеличение поставок, но этого явно недостаточно для того, чтобы окончательно переломить ситуацию на фронте.

Но есть и фактор геополитический. Здесь, мне кажется, американский истеблишмент пока не пришел к согласию. Что будет потом? Ну, разгромили Путина, украинский флаг – в Севастополе. Разгромленная российская армия, обманутая и обозленная, вернется домой. Экономическая ситуация катастрофическая. Скорее всего, начнутся центробежные процессы, стихийный распад страны. Что делать в этой ситуации, они не знают. Россия начинает разваливаться – насколько это усилит Китай? Поскольку на эти вопросы ответов нет, этим также объясняется медлительность американского истеблишмента в вопросе поставок вооружения.

– Все равно рано или поздно им придется решать российский вопрос.

– Они думают об этом. Мы находимся на историческом переломе, и сегодняшние решения будут влиять на мировую политику десятилетиями. Создается новая инфраструктура мира, а люди, которые сегодня эти решения принимают, морально к ним не были готовы. Одни – потому что не имели опыта, Байден – потому что он старый. Он понимает, что не годится на роль человека, который будет перестраивать мир. Поэтому давайте отдадим должное тому, что он хоть что-то начал делать, двигаться в нужную сторону.

Этот же вопрос стоит и перед европейцами, причем интересно, что они быстрее начали понимать, что к этому надо готовиться. Европа, бюрократическая Европа начинает опережать Америку. Война еще и девяти месяцев не идет, а мир уже изменился. Мир сегодня и мир 24 февраля – совсем разные. Даже если мы посмотрим на мир в мае, когда началось российское наступление на востоке Украины и многие ждали, что там фронт будет прорван и российские войска дойдут до Днепра, – сейчас все по-другому.

Си Цзиньпин не поздравил Путина с 70-летием, но поздравил таджикского президента Рахмона с тем же 70-летием. Для Путина – более чем очевидный сигнал

– Си Цзиньпин сказал, что Китай готов договариваться с США по ключевым вопросам, в том числе по Тайваню и России. Значит ли это, что они готовы конкретно договариваться о судьбе мира и заниматься строительством новых институтов безопасности?

– Если посмотреть на решение последнего съезда Компартии Китая, на котором Си Цзиньпин получил абсолютную власть, какой не было со времен Мао Цзедуна, и понятно, что он с ней расставаться не собирается, то надо как бы зафиксировать, что его власть базируется на том политическом курсе, который сегодня доминирует. Это агрессивный курс на оккупацию Тайваня. Они называют это воссоединением, но это оккупация. Потому что Тайвань – независимая страна. Сделать это, не вступив в конфликт с Америкой, нельзя, и Си Цзиньпин прямым текстом предлагает сделку: мы сдаем Путина, вы сдаете Тайвань. Это довольно очевидный текст, который прочитывается практически напрямую. Не думаю, что Байден в состоянии эту сделку заключить. Сдача Тайваня для Америки мне кажется крайне болезненной.

Кстати, вопрос: а почему они не знают, что делать с Россией? Потому что это перестройка всей мировой инфраструктуры. Тайвань еще, помимо всего прочего, – это не только геополитический вопрос, это еще вопрос экономический – крупнейший в мире производитель полупроводников. Сегодня американская индустрия зависит от Тайваня. Если в руки Китая попадает этот экономический приз, то Китай резко усиливается, а крах России означает, что у Китая появляется возможность поживиться добром в виде российских земель на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири. Американцы к этому не готовы.

Поэтому я думаю, что это предложение зафиксировано, но реализовано сразу не будет, так как вот этот риск, безусловно, существует. С моей точки зрения, у России есть только одна развилка – это либо китайский сателлит с какими-то отколовшимися на западе образованиями, наподобие современной Новгородской республики, либо попытка сохранить основную часть России, может быть, без Чечни и так далее, но любой ценой найти возможность воссоединиться с Европой. Естественно, после выплаты репараций, наказания военных преступников и прочего. Никаких других вариантов не существует. Я полагаю, что американцы тоже это понимают, и поэтому пока к китайской сделке они не готовы, а Си Цзиньпин очень здраво подходит к этому вопросу и понимает, что Путин уже реально проиграл, сдать Путина в обмен на Тайвань – крайне выгодный обмен для китайцев. Потому что Тайвань – это то, что их реально интересует, а с россиянами потом можно разбираться.

– Путин понимает, что его сдают?

– Судя по последней речи, он уже ничего не понимает. Полагаю, тот факт, что Си Цзиньпин его не поздравил с 70-летием, а через 2-3 дня поздравил таджикского президента Рахмона с тем же 70-летием, для Путина был более чем очевидным сигналом, что его уже списали.

– Вы верите в нелинейное завершение войны? Я имею в виду, что победа будет получена не столько на поле сражения, сколько благодаря какому-то событию в Кремле, появлению нового начальника Кремля, который займет другую позицию?

– На самом деле я бы эти события не разделял. Безусловно, если что-то произойдет в Кремле в бункере, это станет результатом украинской военной победы. Поэтому Путин так держится за Херсон. Путин пытается что-то сделать, наверное, попробует все-таки перейти в наступление на севере. Ему нужны хоть какие-то результаты, чтобы он не выглядел полным лузером. Диктатор, который терпит поражение, обречен. Рано или поздно кто-то начнет замышлять против него, даже те импотенты, которыми он себя окружил. Те же Пригожин и Кадыров, вероятно, с поддержкой Золотова, уже начинают думать о жизни после Путина, готовят себе частные армии. Изначальной вертикали власти уже нет, а диктатура не может существовать без этого.

Взятие Херсона, вторжение украинских войск в Крым создают предпосылки, в которых происходит государственный переворот. Более того, санкции на самом деле работают. Да, возможно, и медленнее, чем хотелось бы, но работают, российская экономика погружается на дно. Хотя Украине предстоит очень тяжелая, страшная зима, но ситуация в России будет хуже. Если посмотреть по данным, которые мы сейчас можем анализировать, полагаю, к следующей весне реальная российская промышленность не сможет поддерживать военные действия. Обо всем остальном я не говорю. Это означает, что будет создана ситуация, в которой накладываются хаос управления, экономический коллапс, проигранная война, рост преступности. Если это все – не ингредиенты революционного взрыва, то я не знаю, что это такое.

– Как вы видите такой переворот? Зачем тем же Пригожину и Кадырову собственные войска?

– Думаю, никто не знает точного сценария, но все понимают, что что-то случится. Режим обречен, а конкретный сценарий вторичен. Кадыров, Пригожин и все остальные понимают, что что-то случится и надо к этому готовиться, и в условиях, когда страна погружается в хаос, надо иметь собственную армию, надо иметь свой ресурс, который можно использовать. Но они не понимают, что стабильная власть в России возможна будет только в том случае, если будут сняты санкции. Поэтому никакие Пригожины и Кадыровы не смогут удержаться, если не получат поддержки Запада в вопросе снятия санкций.

С моей точки зрения, единственным стабильным правительством в России может стать то, которое добьется снятия санкций, выполнения всех условий, включая выдачу военных преступников, к числу которых относятся Пригожин, Кадыров и многие другие люди. Рассчитывать на то, что военные силы будут держать страну, которая находится в тотальном хаосе, не стоит.

– Если распад России неизбежен, Кадырову нужна большая дееспособная армия, которая защитит границы новой республики. Он, скорее всего, станет первым сепаратистом нынешней России.

– Здесь я не совсем уверен, потому что Кадыров без поддержки Москвы может столкнуться с несогласием большого числа чеченцев на собственное лидерство. Кадыров держит Чечню в узде, потому что имеет поддержку Путина, имеет неограниченный финансовый кредит. За счет этого он и собрал такую силу вокруг себя.

– Мы понимаем, что следующим руководителем России будет человек, скорее всего, из окружения Путина, наверное, менее токсичный. Вы допускаете, что это будет совершенно другой человек, из либеральной оппозиции?

– Никто не знает, как будущее сложится. Допустим, власть может оказаться в руках людей, близких к Путину. Так всегда бывает, а вот дальше все зависит уже от Запада. Я хочу эту мысль еще раз зафиксировать: в России не может сложиться устойчивое политическое равновесие без снятия санкций. И здесь мы возвращаемся к началу нашего разговора – к тому, что американский истеблишмент, да и европейский тоже, пока не готовы к кардинальным изменениям. Не просто к кардинальным изменениям, а просто к переустройству всей мировой конфигурации.

Ясно, что Россия будет совсем иной. Думаю, географические границы также изменятся, потому что и Чечня, и Татарстан, и Якутия будут разбираться, но главный вопрос – готов ли Запад фиксировать ключевые положения украинской победы для окончания войны? Первое – это полное освобождение всех украинских территорий до Севастополя включительно. Пока никто на Западе этого так четко не артикулировал. Второе – выплата всех репараций в соответствии с оценками международных экспертов. Мы говорим о 500 млрд долларов. Третье условие, важнейшее, на мой взгляд, – это привлечение к суду военных преступников. Если эти требования будут зафиксированы, то никакие приближенные Путина у власти не останутся.