Блог | Какие уступки и по какому праву? Главный вопрос вокруг переговоров с Кремлем
Будьте первыми в курсе главного – подпишитесь на Новини на OBOZ.UA в Google
Когда международное право мешает политическим планам, его начинают не соблюдать, а обходить.
Именно это сегодня выглядит как одна из самых опасных тенденций в контексте российско-украинской войны.
В период президентства Дональда Трампа мы наблюдаем многочисленные телефонные разговоры с путиным, прием арестованного преступника на собственной территории вопреки международному праву, заявления о дружбе с диктатором, неоднократно сообщалось о различных неофициальных контактах относительно возможных переговоров между Украиной и Россией. Независимо от того, кто именно был их участником, возникает принципиальный вопрос: почему всё чаще акцент делается не на соблюдении международного права, а на поиске политического компромисса с государством-агрессором? Ответ может быть очевидным.
Еще в 2017 году сам Дональд Трамп подписал закон CAATSA. С тех пор он стал федеральным законом США и частью американского национального законодательства. Его логика проста – привлечение России к ответственности и системное санкционное давление за агрессивную политику.
В то же время Устав ООН, многочисленные резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, решения Международного Суда ООН и другие международно-правовые акты также требуют не переговоров о разделе украинской территории, а прекращения агрессии и полного восстановления территориальной целостности Украины.
Именно поэтому официально поручить кому-либо вести переговоры, результатом которых могли бы стать уступки агрессору вопреки международному праву, означало бы поставить под сомнение собственные законодательные и международные обязательства. В связи с этим Трампом была предложена закулисная работа в виде "консультаций" Стива Виткоффа и Джарольда Кушнера, не имевших официального государственного мандата – цель которых была очевидна всему миру – их сплошные консультации с путинским режимом с целью оказания давления на Украину, чтобы она подписала "мирное соглашение" с Кремлем, уступила территории, с тем чтобы в будущем путин развернул кампанию по "отбеливанию" своего имиджа, заявляя, что Украина – не жертва агрессии, а "стороной" конфликта, поскольку пошла на уступки, признала свою "вину" и подписала мирное соглашение на условиях Кремля. Ожидаемые последствия такого финала – были бы очевидны.
И вот теперь, после словесной бомбардировки, достижения цели, когда мир уже привык к такому раскладу вне рамок права, мы видим новый, но уже более опасный этап.
Марко Рубио, который сегодня занимает пост государственного секретаря США, понимая абсурдность инициатив – уже официально говорит не о необходимости выполнения решений международных судов, не о выполнении резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, не о принуждении агрессора к прекращению войны, а о необходимости "возобновления переговоров", а это уже не "частные лица", а официальный представитель.
Одновременно Дональд Трамп заявляет, что и Зеленский, и путин должны пойти на уступки, и, как по сценарию, такую же риторику поддерживает Марко Рубио.
Возникает вопрос.
Какие именно уступки и по какому праву?
Речь идет об уступках государства, которое защищается в соответствии со статьёй 51 Устава ООН?
Или об уступках территориями?
Или об отказе от жертв агрессии, от миллионов украинских граждан, находящихся под оккупацией или в вынужденной миграции, от десятков тысяч сирот, похищенных детей, пленных, над которыми продолжаются непрерывные пытки?
Или о фактическом признании результатов агрессии?
Если имеется в виду именно это, то миру предлагают не мир.
Миру предлагают легализовать последствия агрессии.
История уже знает подобные примеры.
В 1938 году также говорили о компромиссе ради мира.
Тоже предлагали уступить территории.
Также объясняли это необходимостью "сохранить мир".
Результатом стала самая масштабная война в истории человечества.
Именно после этого было создано современное международное право, чтобы ни одно государство больше не могло получить вознаграждение за агрессию.
Именно поэтому в Кампале были приняты поправки к Римскому статуту, которые определили преступление агрессии и установили уголовную ответственность за планирование, подготовку, инициирование или совершение акта агрессии лидерами стран, контролирующими или руководящими политическими или военными действиями государства.
Кроме того, международное уголовное право предусматривает ответственность лидеров стран за отдельные формы содействия, подстрекательства или иной помощи в совершении международных преступлений.
Именно поэтому каждый мировой лидер должен осознавать: политическая целесообразность никогда не может заменить международное право.
Сегодня речь идет уже не только об Украине.
Речь идет о том, получает ли агрессор вознаграждение за оккупацию, а жертву принуждают к "уступкам".
Ведь если сегодня заставить Украину уступить агрессору, – это станет крахом международного права и преступлением перед миром!
Мы предостерегаем от содействия агрессору.
История имеет свойство через годы возвращаться к позорным поступкам и преступлениям, отменять все без исключения противоправные решения, принятые под давлением, и привлекать виновных к ответственности.
Не позволим одному человеку поставить крест на международном праве.
