Блог | Где грань между европейскими реформами и государственным суверенитетом Украины?
Будьте первыми в курсе главного – подпишитесь на Новини на OBOZ.UA в Google
Западные партнеры Украины и институты Европейского Союза настаивают на дальнейшем реформировании правоохранительной системы, антикоррупционных органов и судебной власти. Часть этих изменений предусматривает механизмы, которые существенно ограничивают влияние Президента Украины и других национальных институтов на кадровые решения в сфере правосудия и правопорядка.
Сторонники такого подхода объясняют это просто: украинская система власти коррумпирована, поэтому дополнительные внешние предохранители якобы являются гарантией независимости и добропорядочности. Но давайте будем честны.
То, что система сегодня коррумпирована, очевидно для всех. Это одна из самых серьезных проблем украинского государства. Однако факт коррупции сам по себе не отменяет другого фундаментального принципа — г —, каждое государство борется за свой государственный суверенитет.
Украина пока не является членом Европейского Союза. Мы можем и должны прислушиваться к рекомендациям наших европейских партнеров, учитывать их опыт и выполнять взятые на себя обязательства. Но это не означает, что Конституция Украины должна отходить на второй план. К сожалению, создается впечатление, что сегодня Основной Закон все меньше принимается во внимание как внутри страны, так и нашими внешними партнерами.
Скажем, когда мы говорим о руководстве САП и антикоррупционной прокуратуры, то нельзя обойти стороной вопрос, на который я обращала внимание неоднократно: отдельные механизмы формирования и функционирования этих структур, по моему убеждению, не в полной мере согласуются с конституционной моделью прокуратуры, определенной статьей 131-1 Конституции Украины. Но об этой проблеме сегодня предпочитают не говорить ни внутри страны, ни наши внешние партнеры.
Украина ведет чрезвычайно тяжелую войну, давая отпор российской агрессии. И в первую очередь речь идет о защите государственного, территориального и национального суверенитета. Президент Владимир Зеленский неоднократно заявлял, что Украина не может уступить свой территориальный суверенитет. Я считаю, что Украина не может уступить и государственный суверенитет.
Да, мы должны проводить реформы. Мы должны очищать судебную власть, правоохранительную систему и антикоррупционные структуры от корпоративных, партийных влияний, от чрезмерного влияния исполнительной власти или президентской вертикали. Но это вовсе не означает, что в Украине должны появляться структуры надгосударственного характера, которые, по большому счету, получают возможность оценивать законодательную власть, исполнительную власть, Президента, судебную систему и правоохранительные органы.
Мы уже пришли к ситуации, когда доступ к судейской профессии и назначение на отдельные должности в судебной власти в значительной степени происходят при участии иностранных экспертов. Возникает закономерный вопрос: насколько люди, которые часто не знают украинского языка, не имеют институциональной памяти о развитии украинского государства и украинской судебной системы, могут определять будущее украинского правосудия?
Более того, само присутствие иностранных представителей не стало гарантией эффективности тех реформ, которые проводились в последние годы. Антикоррупционная инфраструктура функционирует уже много лет. Все это время обществу объясняли, что именно внешний контроль станет гарантией прозрачности и эффективности. Но обеспечил ли он надлежащий аудит этих структур? Стал ли он предохранителем от скандалов? Очевидно, что нет.
То же самое касается и судебной системы. Мы уже видели ситуации, когда люди, которых активно поддерживали представители так называемой грантовой среды, впоследствии становились фигурантами громких скандалов. Это означает только одно: само по себе внешнее влияние не является гарантией добропорядочности.
Сегодня навязывается еще одна формула. Речь идет о том, чтобы определенный узкий круг лиц фактически рекомендовал Президенту кандидатуры на должность Генерального прокурора Украины. Но Конституция четко определяет: кандидатуру Генерального прокурора вносит Президент Украины. Это его конституционное полномочие. Да, существуют критерии к кандидату. Да, парламент участвует в процедуре назначения. Но право определять кандидатуру принадлежит главе государства.
Еще один вопрос о роли грантовой среды в украинской политике и кадровых процессах. В последние годы отдельные общественные организации и структуры, финансируемые западными партнерами, все активнее претендуют не только на общественный контроль, но и на реальное влияние на кадровую политику государства.
По большому счету возникает простая проблема: где проходит грань между общественным контролем и политическим влиянием? Неужели коррупция является исключительно украинской проблемой?
Достаточно вспомнить многочисленные коррупционные скандалы вокруг бывших еврокомиссаров и должностных лиц европейских институтов, расследования деятельности руководства Еврокомиссии в период пандемии COVID-19, дискуссии вокруг отношений европейских структур с международными организациями и фармацевтическими компаниями.
Или возьмем Францию. Бывший президент Николя Саркози был осужден по делам, связанным с коррупцией и незаконным финансированием избирательной кампании. Более того, вокруг него продолжают возникать новые юридические претензии и расследования. И это происходит в одной из ведущих стран Европейского Союза.
Поэтому было бы наивно полагать, что сама по себе принадлежность к европейским институтам или участие иностранных экспертов автоматически гарантирует отсутствие коррупции. Коррупция остается вызовом для многих государств мира, независимо от уровня их экономического развития или интеграции в международные структуры.
Поэтому сотрудничество с Европой — это хорошо. Достижение европейских стандартов в сфере права, экономики и государственного управления — это необходимо. Но такое сотрудничество должно иметь предел. И этим пределом является государственный суверенитет Украины. Именно украинский народ в соответствии со статьей 5 Конституции Украины является носителем суверенитета и единственным источником власти.
Отдельно стоит сказать и о демографической политике. Сегодня глобалисты фактически навязывают Украине политику открытой миграции. Нам объясняют, что без привлечения сотен тысяч мигрантов у Украины не будет будущего.
Но так ли это на самом деле? Может быть, сначала нужно создать условия для украинцев? Прежде всего, необходимо создать условия для нормальной и достойной жизни украинского народа, для его развития и преодоления тех демографических проблем, с которыми мы сталкиваемся сегодня.
Вместо того чтобы искать замену украинскому населению, государство должно думать о возвращении миллионов граждан, которые были вынуждены уехать из-за полномасштабной войны. Возможно, мы обойдемся собственным трудовым капиталом. Возможно, именно украинцы, которые вернутся из Европы со своим опытом, знаниями и навыками, станут основой восстановления государства.
Украине все чаще предлагают модели, которые, по большому счету, меняют традиционные принципы организации государственной власти. И происходит это без каких-либо гарантий быстрого вступления в Европейский Союз и без понимания того, какой будет сама Европа через десять лет.
Поэтому главный вопрос остается открытым. Где проходит граница между необходимыми реформами и постепенной утратой государственного суверенитета?
По моему убеждению, все балансы власти в любом демократическом государстве должны формироваться внутри государства. Именно этому учит и конституционная теория, и международный опыт. И когда нам предлагают другую модель, мы должны очень хорошо осознавать, какие последствия она может иметь для будущего Украины.
