Выборы в Венгрии как фактор войны: что решают для будущего Украины, ЕС, США и России

Сегодняшние парламентские выборы в Венгрии выходят далеко за пределы обычной внутренней политической борьбы. Они превратились в тест не только для венгерской демократии, но и для всей архитектуры европейской безопасности, единства ЕС и способности Запада противостоять внешним влияниям. Кампания, построенная на страхах, манипуляциях и поиске "удобного врага", в очередной раз демонстрирует, как легко внутренние проблемы могут маскироваться внешними угрозами. В этом случае таким врагом стала Украина – не как реальный фактор опасности, а как политический инструмент мобилизации избирателя.

Если Орбан остается, при таком сценарии все очевидно – США и Россия радуются, ведь "друг Виктор" еще больше укрепит свои позиции относительно внутренних процессов ЕС, Украины, России, российской нефти и газа. ЕС по-прежнему будет застревать на критически важных политических вопросах, таких как поддержка Украины. Путин сохраняет позиции в ЕС, доступ к важной разведывательной информации и является рычагом давления, который препятствует существенным изменениям политики Брюсселя, включая санкции. Влияние Москвы на Венгрию будет только расти, чтобы удержать ее в своей сфере влияния.

Поэтому эти выборы – это и о будущей роли Венгрии. Останется ли она инструментом блокирования решений в пользу Москвы, или изменит курс в сторону большей интеграции и предсказуемости – зависит от результата голосования. Именно поэтому результаты выборов - высокие ставки не только для Будапешта, но и для всей Европы.

О том, что происходит накануне выборов в Венгрии и как их результаты повлияют на Украину, ЕС, Россию и США – в материале OBOZ.UA

Антиукраинская кампания как план спасения

Сегодня, когда венгры придут на избирательные участки проголосовать на парламентских выборах, они, пожалуй, удивятся, не увидев в списках кандидата "Владимира Зеленского".

Шутки шутками, но Виктор Орбан сознательно сделал ставку на украинскую тему как на главный мотор кампании партии Fidesz. Этот сценарий уже сработал четыре года назад: страх войны, "внешний враг" и лидер, который якобы спасает нацию от чужих конфликтов. Теперь Орбан впервые прямо назвал Украину врагом из-за требования отказа от российских энергоносителей и пообещал не предоставлять Киеву военной или финансовой помощи.

Резкая риторика Орбана в адрес Киева была частью его политической линии из-за исторических обид и тесных связей Будапешта с Москвой. Фактически украинский фактор позволил Орбану отвлекать внимание от внутренних проблем – инфляции, социального напряжения и экономических вызовов. Накануне выборов эта риторика только усилилась. К традиционным "страшилкам" о вступлении Украины в ЕС добавились обвинения во вмешательстве Киева во внутреннюю политику и поддержке оппозиции.

Расчет прост: если оппозиционная партия Tisza поддерживает Украину, то Fidesz продает избирателю сюжет "нас втянут в войну и Украина лишила вас дешевых российских энергоресурсов". Отсюда петиции вроде "Мы не будем умирать за Украину", ролики о мобилизованных родителях и цифры о "800 миллиардах для Киева", после которых венграм якобы не хватит на социальные программы. Когда рейтинги падают, всегда находится удобный враг за границей и еще более удобный трубопровод, который надо "героически защищать".

Удалось ли Орбану насадить антиукраинские настроения в середине венгерского общества? Частично, да, но не критично. Венгрия не монолитная. В Будапеште, среди молодежи и бизнеса, поддержка Украины сохраняется, страна принимала беженцев, и массовой бытовой враждебности нет.

Чего ждать в случае победы Мадьяра

Это откроет доступ к внешнеполитическим решениям ЕС по Украине и санкциям против России. Мадьяр, вероятно, пересмотрит кредит Украине в размере 90 миллиардов евро. Во внешней политике он четко называет Россию государством-агрессором, хотя занимает осторожную позицию по военной помощи Украине, подчеркивая ограниченные ресурсы Венгрии. Лидер Tisza уже очертил в своем программном интервью Путина как угрозу Венгрии и европейской цивилизации в целом. Так или иначе, но Москва потеряет своего сильнейшего союзника в Европейском союзе и рычаг давления на Брюссель для сдерживания важных шагов, особенно в отношении Украины.

Что касается двусторонних отношений с Украиной, то будем иметь большие шансы на их постепенное улучшение.

"Одна из моих первых поездок будет в Закарпатье. Орбан с 2015 года не был в Закарпатье и никогда не спрашивал закарпатских венгров, в чем именно он может помочь", – это одно из последних заявлений Мадьяра. В отличие от Орбана, Мадьяр не эксплуатирует тему венгерского меньшинства в Закарпатье, признавая, что конфликт на этой основе вредит самим венграм. Он выступает за спокойный диалог с Украиной, что потенциально означает снижение напряжения в гуманитарных и пограничных вопросах.

В вопросе евроинтеграции Украины Мадьяр имеет умеренную позицию. Он не против самого вступления как Орбан, но не поддерживает ускоренного варианта такого развития событий.

Почему Орбан должен проиграть:

Венгры

Главная проблема – усталость от самого Виктора Орбана, который в венгерской политике еще с 1989 года. Много лет Виктор Орбан достаточно эффективно смешивал внутреннюю и внешнюю политику. Он поклялся защищать венгров от иммиграции, ислама и ЛГБТ, параллельно провозгласив единство всех этнических венгров, включая тех, кто живет в соседних странах. Пропаганда проекта Великой Венгрии – одна из главных составляющих успеха друга Москвы. Орбан умело играет на струнах души каждого венгра, напоминая, что когда-то Венгрия была мощным европейским государством, которое уважала вся Европа и которое имело огромные территории. Разжигание национализма и заявления о "коварных иностранных врагах", против которых надо сплотиться, нетерпимость к иноверцам и гомофобия под видом семейных ценностей помогли ему победить на выборах. Довольно долго эти факторы приносили успех Виктору Орбану, но в последнее время что-то сильно изменилось в его восприятии венграми.

Людей разочаровывают темпы экономического роста и уровень жизни, особенно на фоне других стран Вышеградской четверки: Польши, Чехии и Словакии. В последние годы Венгрия им заметно уступает. Перекрыть все это антиукраинскими лозунгами и новыми врагами уже не удается. В последние годы произошло огромное сокращение социальных выплат вместе с повышением налогов, чтобы преодолеть дефицит бюджета. В то время, как правительство обещало, что "2025 год будет фантастическим", эти заявления выглядят пустыми после того, как то же самое Орбан произносил и по 2023 и 2024 годам. Инфляция, слабый форинт, высокие цены – все это венгры чувствуют все больше. Проблемы в экономике, коррупция, авторитарные методы управления и противоречивые реформы создали внутри Венгрии значительную прослойку недовольного общества. На этом фоне почти союз с Кремлем и открытая вражда с Брюсселем с намеком на выход из ЕС – все это еще больше раздражает венгров.

Украина

Венгрия остается единственной страной ЕС, которая системно блокирует продвижение Украины к членству в Евросоюзе и регулярно тормозит решение о помощи Киеву. Позиция Виктора Орбана носит не только прагматический, но и выразительный идеологический характер, что все сложнее объяснить рационально. Показательным стало его заявление о том, что "в течение ближайших ста лет Венгрия не позволит Украине вступить в ЕС".

Традиционным аргументом Будапешта является якобы ущемление прав венгерского меньшинства на Закарпатье из-за языкового закона 2017 года. Впрочем, в декабре 2023 года Верховная Рада приняла закон, подготовленный с учетом рекомендаций Совета Европы, который снял все ключевые замечания относительно прав нацменьшинств. Это признали и в европейских институтах, и сами украинские венгры. Несмотря на это, власти Венгрии продолжают эксплуатировать тему и подпитывать антиукраинские настроения.

Венгерское общество сейчас демонстрирует скепсис или умеренное сопротивление вступлению Украины в ЕС, преимущественно из-за страхов относительно финансов, миграции и рисков безопасности войны. Орбану удалось закрепить эти нарративы: по социологии, противников членства Украины в ЕС больше, чем сторонников. В то же время Венгрия не является монолитной. Поддержка или отрицание украинской евроинтеграции сильно коррелируют с тем, за какую партию голосует человек. Например, у сторонников "Фидес" очень высокое противодействие вступлению Украины в ЕС, а у сторонников оппозиционных партий уровень поддержки значительно выше. Это свидетельствует, что проблема заключается не в венгерском обществе в целом, а в политическом курсе действующей власти.

Европейский Союз

Длительное доминирование Орбана в венгерской политике не по душе не только венграм и украинцам, это все больше раздражает истеблишмент ЕС, поскольку Орбан соглашается с диктатором России Путиным о необходимости невмешательства Запада в войну в Украине и с мантрами президента США Дональда Трампа о национальном суверенитете внутри ЕС. И вопрос не только в противодействии украинской помощи. Уже давно предметом обсуждения евродепутатов является отклонение Орбана от европейских стандартов демократии, узурпация власти, противопоставление Венгрии политике ЕС и отступление от общеевропейских норм. И уже Эстония открыто призывает приостановить право голоса Венгрии в Совете Европейского Союза за систематические действия против общих интересов Европы.

Брюссель уже не первый год пытается нейтрализовать венгерское вето, предлагая финансовые уступки, замораживая или размораживая средства из европейских фондов, однако эта игра в "кнут и пряник" практически исчерпала себя. Многие европейские политики и дипломаты говорят, что Венгрию следовало бы лишить права голоса в Евросоюзе. Но на практике это оказалось крайне затруднительно. Наиболее реалистичным выходом из этой ситуации сегодня считается смена власти в самой Венгрии после парламентских выборов.

Путин и Трамп: почему эти выборы важны для них

Для Кремля режим Орбана – не просто "дружественное правительство" в ЕС, а стратегический актив системного уровня. В ситуации войны против Украины и длительной конфронтации с Западом Москва нуждается не в союзниках в классическом смысле, а во внутренних блокаторах – государств, способных парализовать коллективные решения Союза изнутри. Венгрия Орбана идеально выполняет эту роль.

Во-первых, Будапешт регулярно тормозит или размывает санкционные пакеты против России. Даже если санкции в конце концов принимаются, сама процедура шантажа и торга работает на Кремль: она демонстрирует слабость европейского единства и дает Москве время для адаптации. Орбан – это постоянное напоминание, что ЕС не является монолитным, а значит, его давление можно пережить. Во-вторых, Венгрия является инструментом легитимации российских нарративов. Когда антиукраинские или "примирительные" по отношению к Кремлю тезисы звучат не из Москвы, а из страны-члена ЕС и НАТО, они приобретают совсем другой вес. В-третьих, для России принципиально важно блокировать европейскую интеграцию Киева. И здесь Венгрия – ключевой рычаг. Реальная цель – не допустить стратегического закрепления Украины в европейских и евроатлантических структурах.

Сохранение власти Орбана – это инвестиция России в долгосрочную эрозию западной модели изнутри. Именно поэтому Москва заинтересована в стабильности его режима. Потому что каждый его политический цикл – это еще один цикл европейских сомнений, задержек и внутренних конфликтов, которые работают против Украины и в пользу Кремля.

Для президента США Дональда Трампа Виктор Орбан олицетворяет ту Европу, которую он готов признавать: Европу национальных лидеров, суверенных решений и скепсиса к наднациональным институтам. Поддержка именно такого режима в Венгрии позволяет Трампу продвигать собственную модель международных отношений, где сильные лидеры договариваются напрямую, а коллективные структуры теряют значение. В этой логике премьер Венгрии удобный союзник, способный подрывать европейское единство изнутри через саботаж стратегических решений. Для Трампа это идеальная модель: слабый, расслоенный Евросоюз легче игнорировать, давить на него тарифами, ультиматумами по безопасности или политическим шантажом.

Ситуация накануне: агитатор из Белого дома и российская провокация

Очевидно, что победа оппозиции может не только изменить внутреннюю политику, но и пересмотреть стратегические ориентиры Венгрии в ЕС и отношения с США и Россией. Поэтому неудивительно, что Москва и Вашингтон бросились помочь "другу Виктору".

Инцидент со взрывчаткой на газопроводе Венгрия-Сербия и визит вице-президента США Джей Ди Венса в Будапешт сложились в единую политическую конструкцию, которая работает на одну цель – стабилизацию позиций Орбана накануне выборов. Газопровод, транспортирующий российский газ, стал не столько объектом потенциальной диверсии, сколько инструментом информационной операции: Россия мгновенно обвинила Украину, Будапешт подхватил эту версию, тогда как Сербия ее опровергла. Классический набор признаков "false flag" – отсутствие доказательств и политическая целесообразность – указывает на то, что главная цель заключалась не в подрыве инфраструктуры, а в формировании страха и мобилизации избирателя через образ "внешней угрозы". Для Орбана это возможность снова продать себя как единственного гаранта стабильности и энергетической безопасности.

На этом фоне визит Вэнса выглядит не просто дипломатическим жестом, а элементом открытого вмешательства в политическую жизнь Венгрии. Для провластных медиа это сигнал: администрация Трампа фактически легитимизирует Орбана как своего партнера в Европе. Для оппозиции – прямое вмешательство в выборы, что смещает баланс в пользу Fidesz. Таким образом, внешний фактор работает в двух измерениях: российский – через дестабилизацию и страх, американский – через символическую поддержку и демонстрацию "большой игры", в которой Орбан якобы является важным игроком.

В итоге, история с газопроводом и визитом Венса демонстрирует синхронизацию различных центров влияния вокруг венгерских выборов. Россия создает кризис, США – политический сигнал стабильности, а Орбан конвертирует оба фактора во внутренний рейтинг.

Как Орбан может удержать власть, даже проиграв

Даже в случае яркой победы оппозиционной "Тисы", сценарий, в котором Виктор Орбан сохраняет влияние на политику страны, вполне реалистичен. Социологические прогнозы показывают, что Tisza может набрать около 50% голосов, а Fidesz – 38%. Есть еще ультраправая "Наша Родина", которая как бы преодолевают порог 5%, а остальные не проходит. По подсчету мандатов в списочной системе: Tisza получает 50, Fidesz – 38, "Наша Батькивщина" – 5.

На округах ситуация осложняет однозначное доминирование Tisza: из 106 округов она, по оптимистичным оценкам, может взять около 45%, то есть 47-49 мандатов. Остальное уходит Fidesz, а другие партии почти не одерживают побед. В результате парламент оказывается фактически поделенным: Tisza 97-99 мандатов, Fidesz 97-99, "Наша Родина" 5. Именно эта малая партия может стать ключевым союзником Орбана: "мягкая" коалиция позволяет сохранить премьерский пост Орбана, одновременно радикализируя внешнюю политику в отношении Брюсселя благодаря позиции "Нашей Родины".

Еще один стратегический сценарий – "президентское отступление". По данным Bloomberg, Орбан рассматривает переход на должность президента, которая формально является церемониальной, но с новыми полномочиями: вето на законы, влияние на Конституционный суд и законодательный процесс. Нынешний президент – лояльный к Орбану Тамаш Шуйок, а изменения в декабре 2025 года усложнили устранение главы государства. В случае победы Fidesz Орбан может сосредоточиться на внешней политике, а в случае поражения – контролировать правительство Мадьяра, блокируя быстрое восстановление интеграции с ЕС.

Однако оба сценария имеют серьезные риски: они могут быть восприняты в ЕС как попытка обойти волю избирателей, что подорвет политическую легитимность Орбана.

Если разница будет минимальной, риск политического кризиса в Венгрии – вполне реален

Орбан сделал Украину главным врагом – и это, как ни странно звучит, логично. В 2022 году это уже сработало: он удержался у власти, постоянно поднимая "украинский вопрос" и позиционируя себя как гаранта мира для Венгрии. Но сейчас ситуация значительно сложнее. Его главный оппонент Петер Мадьяр имеет фактически "тефлоновый" имидж: попытки дискредитации проваливаются – даже скандалы из личной жизни не повлияли на рейтинг. Более того, венгерское общество восприняло эти атаки как возвращение к КГБ-шным методам, что ударило уже по самому Орбану. Поэтому он меняет тактику: если не получается сломать оппонента – надо сменить объект атаки и сделать врагом Владимира Зеленского и Украину – такое мнение в эксклюзивном комментарии OBOZ.UA высказал Александр Леонов, исполнительный директор Центра прикладных политических исследований "Пента".

По словам Леонова, кампания с билбордами, где вся страна фактически "заклеена" образом Зеленского, – это не юмор, а долгосрочная проблема для двусторонних отношений. Подобные кейсы уже были, в частности в Польше, где украинская тема годами использовалась в избирательных кампаниях и усиливала радикальные силы. В то же время чрезмерно жесткие ответы Киева некоторое время только играли на руку Орбану, что подтверждала социология. Перелом произошел тогда, когда Украина снизила уровень ответа и вместо первых лиц начали реагировать на уровне МИД, с четким экономическим аргументом: в случае газовых ограничений потеряет прежде всего сама Венгрия, и потеряет миллиарды. Это начало разрушать образ Орбана как "защитника от эскалации".

"Почему же настолько принципиально, чтобы Виктор Орбан потерял власть? Для Украины это вопрос не только риторики, а практики: Орбан системно использует двусторонние отношения как инструмент давления – блокирует решения ЕС, тормозит санкции, манипулирует темой национальных меньшинств и фактически работает в логике ослабления Украины на международной арене. Для Европейский Союз это еще более глубокая проблема – Орбан разрушает механизм единства, злоупотребляя правом вето и создавая ситуацию, когда стратегические решения становятся заложниками одной политической позиции. Фактически речь идет о внутреннем канале влияния России внутри ЕС. И если Орбан остается, это означает продолжение блокирования санкций, торможение энергетической диверсификации и подрыв доверия между союзниками. Зато его поражение открывает возможность для возобновления диалога, более прагматичных отношений с Украиной и постепенного возвращения Венгрии в европейский консенсус", – отмечает Александр Леонов.

По мнению эксперта, во время всей кампании Орбану активно помогают российские технологи или даже спецслужбы. Их почерк очевиден: игра на расколе, эскалации, создании кризисных ситуаций. История со взрывчаткой возле энергетической инфраструктуры, заявления об "украинском следе", которые быстро подхватывает Россия, – все это выглядит как попытка искусственно создать угрозу. Но парадокс в том, что такая эскалация входит в противоречие с самим образом Орбана, который годами строился как образ политика, "защищающего от конфликтов". И в то же время мы видим другую линию поддержки – уже со стороны США: визит Джей Ди Вэнс, фактически беспрецедентный накануне выборов, выглядит как политический сигнал.

"Интерес здесь общий: и Владимир Путин, и Дональд Трамп заинтересованы в ослаблении ЕС, а Орбан – один из ключевых инструментов этого процесса. Поэтому и произошло прямое или косвенное вмешательство в избирательную кампанию. Но вопрос в эффективности. В Венгрии исторически сложное отношение к России еще со времен подавления Будапештского восстания, и это ограничивает возможности Кремля. Более того, серия истоков – от контактов Сергея Лаврова и Петера Сийярто до историй о договоренностях с Москвой – могла быть не случайной, а частью противодействия со стороны европейских элит. В то же время ключевая интрига – в избирательной системе: несмотря на отставание по партийным рейтингам, Орбан может попытаться удержаться через мажоритарную составляющую, административный ресурс или даже сценарии непризнания результатов. И именно здесь решающей будет позиция ЕС: готов ли он к жесткому ответу в случае нарушений. Потому что если разница будет минимальной, риск политического кризиса в Венгрии – вполне реален", – констатировал Александр Леонов.