Трамп подталкивает Канаду к Европе: как новый союз может укрепить Украину. Интервью с Безсмертным

Из-за многочисленных конфликтов с президентом Дональдом Трампом, Канада все активнее ищет новые рынки и партнёров за пределами США. Премьер-министр Марк Карни предлагает Евросоюзу более тесно сотрудничать в сфере торговли, обороны, энергетики, технологий и добычи критически важных минералов. В публичном пространстве уже появилась идея особого статуса Канады в отношениях с ЕС, хотя конкретного соглашения об этом нет.

Для Украины эта история имеет вполне практическую сторону. Канада уже поставляет Украине оружие, финансирует военные нужды и развивает совместные оборонные проекты. 10 сентября Киев и Оттава подписали декларацию о 100-летнем партнерстве. Среди договоренностей – сотрудничество в производстве беспилотников и боеприпасов, кибербезопасности, разведке и борьбе с дронами. Если канадские производители получат более широкий доступ к оборонным программам ЕС, Украина может попытаться присоединиться к совместным проектам вместе с Канадой и европейскими компаниями.

Для Европы, которая наращивает производство оружия и ищет партнеров, способных предоставить ресурсы и технологии, Канада является чрезвычайно важным фактором. Страна обладает запасами никеля, лития, кобальта, урана, графита, энергетическими ресурсами, оборонными предприятиями и большим опытом работы в Арктике. Для ЕС это способ получить дополнительные источники сырья, укрепить оборонное производство и безопасность.

Сможет ли Киев превратить канадско-европейское сближение в конкретные совместные производства, деньги и технологии для войны и восстановления? Своими мыслями по этим и другим вопросам в эксклюзивном интервью OBOZ.UA поделился украинский дипломат и политик Роман Безсмертный.

– Премьер-министр Канады Марк Карни вновь продвигает идею более тесного сотрудничества с ЕС – "уникального альянса" с Европейским союзом. Что за этим стоит и к чему это может привести?

– На самом деле, сейчас Европейскому Союзу нужно демонстрировать динамику расширения. И это касается стран Западных Балкан, Турции, Украины. Потому что мы видим, что Вашингтон и Москва делают все, чтобы разгромить Евросоюз. Поэтому динамика, о которой мы говорим, и особенно инициативы Карни, ассоциированное членство, другие разговоры на эту тему – это очень позитивная вещь. И я бы, наоборот, предпринимал как можно больше шагов по углублению интеграции, вплоть до заключения специального соглашения. Почему бы, например, не создать зону свободной торговли между Европейским Союзом и Канадой? Это возможно. Ведь Канада и европейские страны после всей этой таможенно-тарифной суеты Дональда Трампа теряют рынки. Поэтому взаимное проникновение и сближение очень полезны для обеих сторон. Но над этим необходимо работать.

Обратите внимание, как эмоционально на это реагируют Дональд Трамп и Путин. Они понимают, что это укрепляет Европейский Союз. Их цель – раздробить блок, чтобы затем каждого по отдельности поставить в зависимость. Вашингтон думает об экономической зависимости европейских стран от Соединенных Штатов. Москва думает о том, как восстановить через Варшавский договор или какой-то другой механизм влияние на Восточную и Центральную Европу. В этом отношении интересы Трампа и Путина совпадают.

Что касается Карни и Европейского Союза, то здесь очевидно, что и Канада, и страны ЕС заинтересованы во сближении. Потому что это единый рынок, потому что это снижение финансового давления и так далее. И эта тема будет развиваться, она будет продвигаться дальше, я в этом не сомневаюсь. Более того, это пример конструктивных действий в нынешней ситуации, которые могут восполнить определенные пробелы. К тому же страны могут объединяться не только экономически, но и в военно-политическом плане.

Если обратиться к истории, то во время Первой мировой войны, во время Второй мировой войны первыми, кто приходил на помощь европейцам, была Канада. Известны материалы о так называемых канадских лесорубах, которые первыми прибыли на европейский континент осенью 1914 года, а позже – в 1940 году.

– Почему Канада сейчас так резко поворачивается в сторону Европы? Это лишь реакция на политику Трампа или за этим стоит гораздо более глубокое изменение стратегии?

– Здесь совпало сразу несколько факторов. Первый и, пожалуй, самый очевидный – Канада поняла, насколько опасна ее зависимость от американского рынка. В 2025 году более 70 процентов канадского товарного экспорта приходилось на США. То есть десятилетиями канадская экономика фактически строилась вокруг одного главного партнера. Пока между Оттавой и Вашингтоном были стабильные отношения, эта модель работала. Но когда торговая политика США стала инструментом политического давления, Канада увидела слабое место этой системы. Теперь задача Карни – не просто ответить Трампу, а постепенно добиться того, чтобы у Канады были другие рынки, другие цепочки поставок и больше пространства для собственной политики. Именно поэтому сейчас заговорили об "уникальном альянсе" с Европейским союзом.

Но есть и вторая, гораздо более важная причина. Меняется сама международная система. Канада и Европа оказались в ситуации, когда обе стремятся к большей самостоятельности в мире, где Соединенные Штаты, Китай и Россия оказывают всё более сильное давление. И здесь они увидели друг в друге то, чего им не хватает. Европе нужны надежные источники энергии, критически важные минералы, технологии и партнеры в сфере обороны. Канада обладает значительными ресурсами, технологическими возможностями, финансовым потенциалом, оборонной промышленностью и стратегическим положением в Арктике. Для Канады же Европа – это огромный рынок, доступ к технологиям и возможность диверсифицировать внешнюю торговлю. Поэтому это уже не просто демонстративный жест против Трампа. Это попытка Канады перестроить собственную систему экономических и политических связей так, чтобы ее будущее не зависело настолько сильно от решения одного соседа. То есть, это сближение двух сторон, которые поняли: в новом мире им выгоднее иметь больше общих опор, а не оставаться зависимыми от одного центра силы.

– Чем именно Канада интересна Европе и что она может предложить ЕС?

– У Канады есть то, в чем сейчас особенно нуждается Европа – ресурсы, энергия, технологии и возможности для сотрудничества в области обороны. Особый интерес представляют критически важные минералы. Канада обладает значительными запасами и производственными возможностями в сфере никеля, кобальта, лития, графита, меди, урана и других ресурсов, необходимых для производства батарей, электроники, вооружений и развития новой энергетики. Для Европы это еще и вопрос зависимости от Китая. Брюссель пытается диверсифицировать поставки критически важного сырья и ищет партнеров, с которыми можно выстраивать долгосрочные цепочки поставок. Канада здесь выглядит естественным партнером – она располагает необходимыми ресурсами и в то же время входит в западное политическое и экономическое пространство.

Второе направление – энергетика. Канада может увеличить поставки в Европу нефти, газа, урана, а в перспективе и водорода. Для европейцев это означает больше вариантов и меньшую зависимость от отдельных поставщиков.

Есть еще одна сфера, где интересы Канады и Европы все больше совпадают – оборона. Европейские страны после начала полномасштабной войны России против Украины значительно активнее наращивают собственное производство оружия и ищут партнеров для совместных проектов. Канада может быть полезна здесь в сфере производства, военных технологий, космической отрасли, кибербезопасности и систем наблюдения. Причем здесь уже существует конкретный механизм. В мае 2026 года Канада стала первой неевропейской страной, присоединившейся к оборонной инициативе ЕС SAFE. Это открывает канадским компаниям возможности для участия в европейских оборонных проектах и создает основу для более тесного сотрудничества между промышленностью Канады и Европы.

– Отдельный фактор – Арктика...

– Да, для Европы этот регион становится все более важным из-за изменения ситуации с безопасностью и роста интереса со стороны России, Китая и США. Канада располагает огромной территорией в Арктике, военной инфраструктурой, опытом работы в сложных климатических условиях и доступом к будущим транспортным маршрутам. Поэтому сотрудничество с Оттавой дает европейцам возможность активнее работать в регионе, который постепенно превращается в одну из важных зон глобального соперничества.

И, наконец, есть политический фактор. Европе нужны партнеры за пределами самого ЕС, с которыми можно совместно реагировать на торговое давление, санкционные риски, проблемы с цепочками поставок и новую конкуренцию со стороны великих держав. Современная Канада для Европы – это не только большой рынок. Это страна с ресурсами, энергией, технологиями, оборонными возможностями и стратегическим положением. А для Канады Европа может стать одним из главных направлений диверсификации, если отношения с США и в дальнейшем будут оставаться нестабильными.

– Насколько быстро может произойти это сближение и насколько тесным оно может быть? То, что Канада не станет членом Европейского Союза, по крайней мере в ближайшей перспективе, понятно. Но что может произойти дальше?

– С моей точки зрения, в первую очередь активно начнут развиваться экономические связи. Канаде, как и Европе, некуда девать целый ряд товарных позиций. И поэтому в этом отношении все наладится. Во-вторых, существует потребность с обеих сторон. Потому что после реформ Дональда Трампа на рынке, в частности в Европе, не хватает сжиженного газа, не хватает нефти. Все забывают о том, что Канада – одна из ключевых стран в этом вопросе. Страна может поступить очень просто: перенаправить эти потоки в Европу, снизив цены, в частности на рынке сжиженного газа и нефти. И здесь европейцы поступают, понимаете, очень корректно. Они дождутся, пока контракты с Соединёнными Штатами истекут, чтобы заключить их с Канадой. Ну, с моей точки зрения, при нынешнем нечестном, морально сомнительном поведении Трампа их следовало бы просто отрезать и переориентироваться на канадский рынок. Хотя у канадцев есть проблема с дефицитом газовозов и танкеров – их недостаточно, чтобы покрыть потребности. Но я думаю, что европейцы найдут здесь механизмы. Важно, чтобы они этого хотели. А насколько видно из ситуации, и Европейский Союз, и страны ЕС склоняются к сотрудничеству с Канадой.

– Трамп реагирует на все это сближение довольно негативно, что очевидно. Каким будет противодействие со стороны нынешней администрации Соединенных Штатов и других "заинтересованных" сторон, например, РФ?

– Противодействие будет, и оно будет очень серьезным. Поездка Трампа в Ирландию показала, что он будет действовать через праворадикальные и правопопулистские силы и влиять на политические процессы в Европе. По сути, могу сказать так: они будут координировать с Путиным свои действия для того, чтобы развалить Европейский Союз путем поддержки таких политических сил, как "Альтернатива для Германии". Это то, что будет делать Трамп.

Путин будет атаковать прямо в лоб. Мы же видим, что количество диверсий растет, и количество решений, которые принимают европейские страны, также увеличивается. Литва уже присоединилась, внедрила те изменения, которые в свое время приняла Румыния. То есть постепенно становится видно, что интересы Трампа и Путина сближаются. Это не интересы Соединенных Штатов и России. Это интересы Трампа и Путина. Поэтому они будут взаимодействовать в давлении на Европу.

Задача Европы очень проста – противостоять гибридным операциям. И я бы сказал так: организованными действиями поставить на место как агентов Кремля в Европе, так и агентов Трампа. Агенты Heritage Foundation, Фонда "Наследие", постоянно находятся в Европе и подстрекают правые силы, которые ранее молились Орбану, к ведению подрывной деятельности в Европе. И обратите внимание на этот меморандум, который был принят лидерами праворадикальных сил в Северной Ирландии в момент приезда Дональда Трампа по вопросу независимости. То есть, это не случайность. Это скоординированные действия.

– Может ли Канада в некотором роде стать для Европы "заменителем" Соединенных Штатов в оборонно-промышленном секторе? Достаточно ли у нее возможностей для этого?

– В некоторых аспектах – да. Но нужно понимать, что для Европы в этом отношении ключевой темой являются стандарты. Ведь если взять, например, стрелковое оружие, то до сих пор, несмотря на то, что страны Европейского Союза являются членами НАТО, там насчитывается более 40 стандартов стрелкового оружия. Это неприятная ситуация, хотя канадцы имеют определенные серьезные достижения. Особенно в космической сфере есть хорошие наработки. В том числе, в области беспилотников у них есть свои качественные разработки. То есть здесь есть над чем работать. Нужно понимать, что канадцы готовы инвестировать в эту сферу. У них достаточно ресурсов, и они планируют это делать. Поэтому, по моему убеждению, здесь есть о чем говорить.

– Что означает для Украины сближение Канады и Европейского Союза? На фоне нынешней политики США это для нас безусловный плюс или здесь есть свои нюансы?

– Для Украины это важное направление. Но я бы не сводил все лишь к тому, что Канада теперь ближе к Европе. Гораздо важнее то, что сама Канада стремится стать частью более широкой европейской системы безопасности и экономического сотрудничества. 10 сентября Украина и Канада подписали декларацию о 100-летнем партнерстве. В ней обозначены конкретные направления – оборона, совместное производство вооружений, беспилотники, боеприпасы, кибербезопасность, разведка, энергетика, критические минералы. Отдельно предусмотрено создание долгосрочного оборонно-промышленного партнерства.

Для Украины это интересно еще и потому, что мы можем дать Канаде то, чего у нее нет – реальный боевой опыт и технологии, проверенные войной. Канада, со своей стороны, обладает финансовыми и промышленными возможностями, технологиями и доступом к западным рынкам. Поэтому речь идет уже не только о поставках оружия, но и о совместном производстве и передаче технологий. Если Канада одновременно углубляет отношения с ЕС и развивает стратегическое партнерство с Украиной, у нас появляется дополнительный канал для вхождения в европейские производственные и оборонные цепочки. Это гораздо более широкая история, чем очередной пакет военной помощи.

– А что Украина может получить непосредственно уже сейчас от этой новой роли Канады? Речь идет только о военной помощи или здесь может быть гораздо более широкий спектр возможностей – от кредитов и совместного производства до участия в европейских проектах?

– Военная помощь – лишь одна из составляющих. Канада уже показала, что готова её увеличивать. После встречи с Владимиром Зеленским Марк Карни объявил о новом пакете помощи для противовоздушной обороны на сумму 350 миллионов канадских долларов. Кроме того, Канада планирует наращивать производство дронов, часть из которых будут передавать Украине. Но для Украины гораздо интереснее долгосрочная перспектива. Если канадские предприятия начнут работать вместе с украинскими, мы получим не просто готовое оружие, а производственные мощности, технологии, инвестиции и доступ к новым рынкам. Именно поэтому совместные оборонные проекты, предусмотренные декларацией, имеют для нас особое значение.

Есть и финансовая составляющая. Канада ведет переговоры об участии в европейской кредитной программе на 90 миллиардов евро для Украины. Оттава рассматривает это также как способ углубить связи с ЕС и взять на себя большую часть европейской ответственности за поддержку Украины. Для Киева здесь важен сам принцип. Если Канада вступает в европейские механизмы поддержки Украины, а параллельно развивает с Киевом собственное оборонно-промышленное партнерство, эти два процесса могут усиливать друг друга.

Есть и политическая составляющая. Канада официально подтвердила поддержку членства Украины в НАТО и вступления в Европейский Союз. В декларации стороны также договорились о более тесной координации в G7, НАТО, ООН и других международных форматах. Поэтому для Украины здесь сразу несколько направлений – деньги, оружие, совместное производство, технологии, энергетика и политическая поддержка. Главное, что если канадско-европейское сближение пойдет дальше, Украина может получить возможность быть не просто получателем помощи, а и участником новой системы экономического и безопасностного сотрудничества.