Есть мнение...

 Есть мнение...

Но века завтрашнего зов

Могущественнее, чем тризна.

Не только край твоих отцов,

Но край твоих детей – отчизна.

И.Сельвинский «Отчизна»

В уже кажущиеся старинными коммунистические времена существовала анонимная формула: «Товарищи, есть мнение…»

Так вот «есть мнение», вроде погудки такой, что, «где три хохла, там четыре гетмана».

А если к этим трем добавить еще и хохлушку с косой, то число гетманов уже не будет подаваться точному исчислению. Это я все по поводу сегодняшних оппозиционных гетманов, которые никак не могут определить, кто из них более люб народу.

Видео дня

Но кто кому, а главное, чему противостоит? Кто и за что рубится дымовыми шашками, не щадя яиц? Что происходит с родной Украиной сегодня? И что нас ждет завтра? Про послезавтра я молчу. У нас нет политиков, которые могут мыслить столь отдаленными во времени категориями.

Для начала заглянем во вчера, далекое вчера. Заглянем в середину XVII века. Его сердцевину.

«Жители Южной Руси, не желая быть порабощенными у панов, во множестве бежали в Московское государство на слободы. Уже в прежние годы совершались такие переселения и появились слободы около Рыльска, Путивля, Белгорода. В этот год переселение произошло в несравненно большем размере. Первый пример показали волынцы. Казаки возникшего было Острожского полка под предводительством Ивана Дзинковского основали с царского дозволения на берегу реки Тихой Сосны Острогожск и перенесли с собой все казацкое устройство... Отряды польского войска заступали им дорогу; украинцы пробивались с ружьями и даже пушками на новое жительство. Тогда менее, чем в полгода, появились в пограничных областях многие малорусские слободы, из которых некоторые дали начало значительным городам: так основаны были Сумы, Короча, Белополье, Ахтырка, Лебедин, Харьков и другие...» Это мнение замечательного историка XIX века Николая Ивановича Костомарова - отрывок из его «Исторического портрета малороссийского гетмана Зиновия-Богдана Хмельницкого». Признаюсь, тяжелое это чтение.

Горела вся Украина, раскалялась и раскалывалась. Простой люд бил поляков, где только мог. Проявил себя корсунский полковник Мозыра, миргородский полковник Гладкий. Возле Лубен мятежники выбрали некоего Бугая вместо не устраивавшего их Хмельницкого, которого считали изменником, предавшим Украину ляхам. По требованию польского короля Хмельницкий подписал смертный приговор и Гладкому, и Мозыре. Их буйные головы, чересчур перегруженные думами о муках родного народа, покатились с плахи с тем, чтобы уже не воскреснуть даже в камне. В камне запечатлеют того, кто, по мнению Костомарова, «снова стал заодно с народом». Так повернулись обстоятельства под неудержимым давлением народного мнения. Было тогда такое мощное мнение.

И Хмельницкий, сам донельзя измученный собственной многовекторной политикой, повернул в сторону Москвы - деспотичной, непредсказуемой, кичливой, своенравной, но более родной, нежели все другие не православные земли, повернул туда, куда уже тянулся тысячами народ в поисках свобод и слобод.

8 января 1654 года в 11 часов утра Хмельницкий произнес историческое:

«Господа полковники, асаулы, сотники, все войско запорожское! Бог освободил нас из рук врагов нашего восточного православия, хотевших искоренить нас так, чтобы и имя русское не упоминалось в нашей земле. Но нам нельзя более жить без государя…»

Из четырех государей (по нашему, гетманов) был выбран один – царь христианский Великой Руси. «… а буде кто с нами теперь не в совете, тот куда хочет: вольная дорога», - так закончил свое выступление на казацком «митинге» Зиновий-Богдан.

И снова мнение Костомарова: «Народ присягал без сопротивления, однако и не без недоверия: малоруссы боялись, что москали станут принуждать их к усвоению московских обычаев, запретят носить сапоги и черевики, а заставят носить лапти».

К чему я решил вдруг вспомнить эти известные всем, но в то же время не известные многим, события? Да потому что играем мы сегодня всю ту же историческую драму, что и наши далекие предки. Далекие? Да, потому что недалекими их назвать трудно. Историческое чутье у них было отменное. И на роковой вопрос - Быть или не быть? – они всегда отвечали: Быть! И знали с кем Быть и во имя чего. Благодаря им мы и живем сегодня и снова ищем украинский ответ на датский вопрос: Быть или не быть?

Вот и вернулись мы из вчера в наш день, нынешний денечек.

«В мире после «холодной войны»… для большинства людей культурная идентификация – самая важная вещь… Возникает мировой порядок, основанный на цивилизациях: общества, имеющие культурные сходства сотрудничают друг с другом… страны группируются вокруг ведущих или стрежневых стран своих цивилизаций».

Это мы прыгнули от уже принадлежащего истории Николая Костомарова к современному политическому философу Самюэлю Хантингтону. Да, да, именно тому, кто написал прорывную книгу «Столкновение цивилизаций». Цитата оттуда.

По мнению Хантингтона («есть такое мнение»), преемником царской и коммунистической империй стал цивилизационный блок, во многом схожий с западным блоком в Европе. Ядром этого блока является Россия, тесно связанная с кольцом стран, которое образуют преимущественно славянские православные республики, плюс Казахстан, где 40% населения составляют русские, плюс исторически верный союзник России Армения. Книгу свою Хантингтон писал в середине 90-ых и тогда уже отдельной строкой отметил Украину и Грузию: «обе эти страны обладают сильным чувством национальной идентичности и помнят былую независимость».

Сделав кратенький исторический экскурс и вспомнив «казака Богдана Хмельницкого» и 1654 год, геополитический гуру современности пишет открыто и откровенно:

«Украина – это расколотая страна с двумя различными культурами. Линия разлома между цивилизациями, отделяющая запад от православия, проходит прямо по ее центру вот уже несколько столетий... Исторически западные украинцы говорили по-украински и были весьма националистичны в своих взглядах. Население Восточной Украины, с другой стороны, было в массе своей православным, и значительная его часть говорила по-русски… Крым в подавляющем большинстве населения является русским и был частью Российской Федерации до 1954 года, когда Хрущев, якобы в честь принятого Хмельницким 300 лет назад решения, передал его Украине».

Хантингтон проталкивал в умы свою теорию столкновения цивилизаций, наблюдая, в том числе, и президентские выборы 1994 года в Украине. Тогда, напомню молодым, победил с незначительным перевесом Кучма, который, как едко замечает американский исследователь, «во время предвыборной кампании брал уроки разговорного украинского языка». Леонид Данилович одержал победу в тринадцати областях, Леонид Макарович - в двенадцати, преимущественно западных. Хантингтон бесстрастно констатирует: «Украинская общественность с очень небольшим перевесом голосов подтвердила выбор Хмельницкого1654 года».

Американский эксперт еще не видел того «столкновения цивилизаций», которое выплеснется в яростное визуальное противостояние горячечно-пламенного оранжевого цвета с безрассудно-холодным бело-синим (еще бы одну краску - и получился бы полноценный российский триколор). Тогда, напомню старикам, победил Ющенко, но очень быстро проиграл, грубо и недальновидно интерпретируя Майдан, как победу «западной цивилизации», как однозначно европейское и натовское свято (Свят! Свят! Свят!). Феерия Майдана заключала куда более сложные смыслы и потенциальные сценарии. Она не была дурацким выбором между черевиками и лаптями.

Самюэль Хантингтон в своей работе предсказывал три варианта развития отношений между Украиной и Россией.

Первый – вооруженный конфликт. Хантингтон называет его самым невероятным, хотя бы потому что, «оба эти народа славянские, преимущественно православные; между ними на протяжении столетий существовали тесные связи, а смешанные браки – обычное дело».

Второй « и более вероятный вариант развития ситуации – это раскол Украины по линии разлома на две части, восточная из которых войдет в состав России». Но Хантингтон тут же делает оговорку: «Такой «обрезок» униатской и прозападной Украины может стать жизнеспособным только при активной и серьезной поддержке Запада. Такая поддержка, в свою очередь, может быть оказана только в случае значительного ухудшения отношений между Россией и Западом, вплоть до уровня противостояния времен «холодной войны».

И, наконец, третий вариант. «Украина останется расколотой, останется независимой и в целом будет тесно сотрудничать с Россией… наиболее серьезной проблемой станут экономические вопросы, решение которых будет отчасти облегчаться общей культурой и тесными личными связями». Вот такое мнение было у Хантингтона в середине 90-ых.

А теперь подумайте, какой из вариантов выбрали западные лидеры для своих отношений с Украиной и Россией.

«Прозападно-цивилизованные» силы со своим «демократическим» множеством гетманов и гетманш на последних президентских выборах проиграли восточным «варварам», у которых был только один потенциальный гетман. Он, несмотря на биографические сложности своей «казацкой» молодости, о которой он не любит вспоминать, и весьма своеобразные воспоминания о русской литературе, победил, потому что подтвердил цивилизационный выбор Хмельницкого. Но вот будет ли он в будущем «заодно с народом»?

И снова Хантингтон: «Будущее и мира, и Цивилизации зависит от понимания и сотрудничества между политическими, духовными и интеллектуальными лидерами главных мировых цивилизаций». За выбор главной для нас мировой цивилизации и идет сегодня борьба. И сквозь театрально-опереточный дым Верховной Рады нужно успеть увидеть главное

У нашей отчизны сложное будущее. Свою цивилизацию я выбрал. А буде кто со мной теперь не в совете, «тот куда хочет: вольная дорога». Есть такое мнение. Лично у меня.

P.S. Не знаю, читал ли Евгений Кушнарев Самюэля Хантингттона или ему его пересказывали его помощники, но он был единственным из политиков первой линии, кто связно говорил о цивилизационном столкновении на родных просторах Украины, на которых он так легкомысленно любил охотиться.

С Юлией Тимошенко, которую более интересовало не Будущее, а БЮТущее обстоятельно поговорить на эту тему мне никак не удавалось. А после ее статьи «Inhibition of Russia» в журнале «Foreign Affairs» уже и не имело смысла. Кстати, именно в этом журнале летом 1993 года и была опубликована статья Хантингтона «Столкновение цивилизаций?», вызвавшая неимоверный ажиотаж. Книгу он написал, уже не ставя знак вопроса в ее заглавии. Ему было уже все ясно.