УкраїнськаУКР
EnglishENG
PolskiPOL
русскийРУС

У каждой страны свой персональный выход из кризиса

У каждой страны свой персональный выход из кризиса

Василий Юрчишин, директор экономических программ Центра Разумкова специально для "Обозревателя":

Видео дня

 - Закончилась острая фаза кризиса, но прогнозы по поводу будущего мировой экономики противоречивы. Быстрый рост под вопросом, мировая экономика в последние несколько лет росла за счет американского потребителя, которому давали доступные кредиты. Больше их раздавать не будут, поэтому американский потребительский спрос будет низким еще несколько лет.

Многие ждут появления новых «центров роста». Например, в Китае.

Действительно, Китай легче справился с глобальным кризисом. Китай стал второй по величине экономикой мира после США, отодвинув на третье место Японию. У них огромные резервы, и они много потратили на стимулирование экономики. Но они по-прежнему зависят от экспорта. Произведут больше товаров - и куда они будут их отправлять? На Луну? Китай станет новыми США, только когда сможет развиваться за счет внутреннего рынка. Тогда они будут диктовать ситуацию в мировой экономике. Но когда это случится, и случится ли вообще?

Что еще могло бы подстегнуть мировую экономику? Инновационный прорыв. Такой, как изобретение парового двигателя, железных дорог... Последнее - интернет. Но в последние десять лет ничего такого не изобрели. Так что прорыва ждать не приходится. Более того, победив кризис, мировые правительства испугаются инфляции и будут раздавать меньше денег. И тогда цена нефти и фондовые рынки могут припасть. Никакого взрывного роста в этом случае ожидать не приходится. Поэтому, сегодня еще нет однозначных оценок, как будет развиваться мировая экономика.

Довольно долго мировая экономика развивалась достаточно устойчиво, и это формировало иллюзию, что все и у всех будет хорошо. Но вот «пришел» кризис, и, кстати, мне кажется, что есть некоторые проблемы понимания выхода из кризиса – это связано с тем, что некоторые риски мы недооцениваем и преувеличиваем значения других. Но главное - происходит падение. А что дальше? Есть резкий спад экономики, каково будет при этом поведение, например, инвесторов, экономических агентов, потребителей и т.д.? Тем более, что после того, как наше благосостояние упало, мы хотим, чтобы оно вернулось на прежний уровень. Интересную интерпретацию динамики выхода из кризиса я увидел в одном из аналитических обзоров Credit Suisse.

Для того чтобы возвратиться на прежний экономический уровень после падения, нужно иметь более высокую динамику, что связано с рисками. Находясь внизу, невозможно получить высокую динамику, и, имея, высокие риски мы остаемся на достаточно низком уровне экономического роста. Это порождает новую волну разочарования, новую волну пессимизма: все-таки, что будет дальше с экономикой? Прогнозы, которые сегодня есть, говорят, что уже в этом году американская экономика отобьет падение, которое произошло, а европейская – пока нет.

Сегодня, мир выходит на какой-то уровень приемлемой экономической динамики, хотя и находится в U-образной модели кризиса. Главная проблема сегодня, с моей точки зрения, в том, что абсолютно разные составляющие роста экономик для развитых и развивающихся стран.

Риски для развитых стран – это, прежде всего, занятость, безработица высокая и пока нет приемлемого решения, что с ней делать. Это, прежде всего политические решения, поскольку, если Барак Обама «войдет» в следующий год с 9% безработицы, то очень высока вероятность того, что это будет последний период его президентства. Основные усилия развитых экономик будут направлены именно на занятость населения.

Развивающиеся страны пока не могут уйти от экспортно-ориентированной модели экономики, несмотря на то, что у них увеличилась доля внутреннего потребления

Именно эта экономика создала им тот запас и богатство, которое они накопили в предыдущие годы. Т.е. уже сегодня можно увидеть противоречия, разные цели, разные задачи, разные инструменты для разных групп стран. У каждой страны в этой общей картине есть свой сюжет, свой «персональный» кризис, обнаживший более отчетливо накопившиеся индивидуальные проблемы.

Отсюда два следствия. Во-первых, несмотря на все призывы к совместным действиям, каждая страна будет выходить из кризиса своим путем. Внутри страны политическая ответственность выше благородных интернациональных устремлений. Во-вторых, в посткризисном выигрыше останется тот, кто основные усилия приложит не для возврата в удобное прошлое состояние, а пойдет на серьезные внутренние трансформации ради повышения эффективности использования всех социально-экономических ресурсов. Это расширение возможностей для новых продуктов, технологий и бизнесов, что является главным историческим оправданием кризисов в рыночной экономике.

Кстати, у меня весьма оптимистический взгляд на так называемые «валютные войны». Когда мы говорим о валютах, то, как правило, имеем в виду либо деньги, либо потоки товаров. Давайте посмотрим на активы, это более мощное средство, и при резком снижении доллара (если такое вообще возможно) капитал устремится в США, чтобы эти активы захватить. Это сразу даст обратный эффект: приток капитала и укрепление доллара. Никто не будет расходовать свое богатство только в угоду тем или иным валютным текущим приоритетам. И понятно, что те экономики, которые более активно развиваются, имеют тенденции ее «доукрепления». Экономика Китая развивается быстро, тенденция «доукрепления» юаня должна присутствовать, Америка и Европа идут пока медленно, соответственно, их валюты должны снижаться.

Есть тенденции существенного снижения потребления в США, но доля большой семерки в мировом ВВП снизилась с 70% до 50%, т.е такое ощутимое падение, а доля США уменьшилась всего с 25% до 20%. Риски, связанные с американской экономикой существенно преувеличены, и я не разделяю такой распространенной точки зрения, что через 20-30 лет американская экономика будет значительно ниже, например, китайской.

Китайская экономика еще не прошла те жесткие кризисы, через которые уже прошла американская, им еще предстоит решать проблемы, связанные и с бюджетом, и с экологией, с технологиями, с вывозом капитала, который сейчас запрещен.По состоянию на сегодняшний день, Китай остается все же «развивающейся страной». В самой экономике Китая существует ряд серьезных проблем. И главная из них – это ускоренная переориентация на внутренний спрос. Последние десятилетия китайская экономика развивалась как экспортно-ориентированная, и это позволяло сдерживать сверхвысокие темпы роста. Но сейчас это действительно стало проблемой: западные партнеры – США и Европа – испытывают весьма серьезные экономические трудности. Соответственно, спрос там остается слабым.

Да, растет доля экспорта между развивающимися странами, есть стремительный рост внутриазиатских рынков, прежде всего за счет США, но все это не есть признаки того, что американская экономика находится на краю пропасти.

Те свидетельства восстановления экономики США, которые есть сегодня , подтверждаются целым рядом других факторов. Скажем индексы ожидания финансовых стрессов в США, сегодня крайне низкие. Американский бизнес не ожидает на сегодняшний день проблем, связанных со своим развитием.

Более того, если мы посмотрим на емкость рынка труда – отработанного времени и стоимости рабочей силы - то увидим, что этот рынок мало по малу, но все же начинает расти.

Да , занятость на незначительном уровне, но стоимость труда растет, что является фактором потенциального роста экономики.

Проблемы, связанные с внешним сектором: хотя мы видим слабое ухудшение дефицита счета текущих операций, однако этот дефицит существенно ниже чем был в докризисный период.

Говоря о долгах, мы часто акцентируем внимание на валовых долгах, государства, но мне представляется, что более важно, говорить о чистых долгах. Они для США относительно небольшие и не создают критические проблемы для американской экономики.

Будет ли снижаться доля американской экономики в мире? Думаю, что нет, по крайней мере, в обозримые семь – десять лет. Напоминаю, что пока еще не включены механизмы монетарного стимулирования американской экономики. Процентная ставка почти нулевая, что не позволяет использовать процентную политику для поддержки роста. Но есть и другие монетарные инструменты, скажем, резервные требования, операции с ценными бумагами. Обратите внимание, что избыточные резервы банковской системы США сейчас чрезвычайно высоки.

По сути, это те ресурсы (причем достаточно дешевые ресурсы), которые могут быть запущены в бизнес и которые могут дать дополнительный толчок американской экономике. В равной степени выкуп больших активов, который уже происходил в прошлом году, когда федеральная резервная система выкупала так называемые «плохие долги», сейчас повторится – ФЕД готова к покупкам больших объемов облигаций Министерства финансов. Это как раз говорит о том, что страна, которая имеет свой печатный станок, конечно, не будет испытывать проблем с источниками финансирования и роста. Поэтому ослабление доллара для Украины, может выявиться позитивом, поскольку ослабление доллара, а с ним и некоторое ослабление гривны, это тот стимулятор, который поможет Украине в борьбе за рынки, как Европы, так и Азии.

Теперь об Украине. Доминирующим вектором действий властей остается оборона старой крепости, а не строительство нового города. Никакие кризисы ничему нас не научили, пост-кризисный период так и не стал источником нового роста. Если мы посмотрим на структуру нашего товарного экспорта, (в двузначной классификации) то увидим: 2007 год и 2010 год, что нет никаких изменений по сути. Основные товарные группы – те же, в 2007 году доля первой пятерки экспортных товаров составляла 56%, в нынешнем – 54%. Т.е. Украина не использовала «преимущества» кризиса. Власть ничего не хочет изменять, и это, конечно, большой минус, потому что структура мировой экономики существенно меняется, меняются географические товарные потоки, так же будут изменяться инвестиционные потоки.

Есть смысл напомнить о тех рисках, которые связаны со столь пассивной позицией: она ориентирована, в первую очередь, на ожидание преодоления кризиса другими странами, после чего мы, якобы, встанем на путь выхода из кризиса. Но рассчитывать на то, что после нынешнего кризиса в мире восстановится привычная для нас экономическая среда, что для нас найдутся комфортные места во вновь побежавшем глобальном поезде — опасная иллюзия.

Потому-то нынешняя консервация в экономической структуре и есть самый большой риск для Украины. Создается впечатление, что наша власть ничего лучшего - кроме возвращения в докризисную экономику – придумать не может, что, с моей точки зрения, лишено каких-либо рациональных перспектив.

Вряд ли американцам легко далось банкротство предприятий GM и «Крайслер». Это и утрата великих символов, и необходимость смены рабочих мест для сотен тысяч человек. А до этого были банкротства телекоммуникационной компании WorldCom и одного из крупнейших инвестиционных банков США Leman Brothers. Но США пошли на это ради оздоровления экономики. В Украине же до сих пор не намечено ни одной серьезной реорганизации. А ведь есть простая формула прогресса: «Вовремя расставайтесь со старыми башмаками». (Правда, надо не полениться, сходить в магазин за новыми, и какое-то время потерпеть - пока они не разносятся).