Законы и обычаи племени людоедов

3,0 т.
Законы и обычаи племени людоедов

Эксклюзивный репортаж из Папуа, где в лесу живут совершенно дикие аборигены

Голый вождь племени пристально посмотрел на меня, недовольно покачал головой и что-то презрительно сказал переводчику. «Он говорит, что у вас должны быть неплохие груди, – обрадовал меня переводчик. – Если снимете с себя одежду, то, может, он и сумеет найти вам мужа в своей деревне». Я нервно рассмеялась: съесть меня не хочет – и за это спасибо.

Едят редко – католики все-таки

Маленький пропеллерный самолет приземлился на самом краю света – в поселке Вамена индонезийской провинции Папуа. Здесь компактно проживают первобытные племена папуасов, которые прославились тем, что некогда очень любили поедать человечину. Гид и переводчик Джордж встретил меня у трапа и сразу повез на рынок: «Если не хотите, чтобы вас съели, надо купить им поросенка». Милый визжащий подсвинок был без сожаления засунут в мешок и заброшен в багажник джипа.

«Я отвезу вас в племя дани, – рассказывал мне Джордж по дороге. – Не бойтесь, они людей не едят – католики все-таки». Выяснилось, что уже лет 50, как папуасы не наслаждаются вкусом человечины просто так – все сожранные ими за последние годы люди были взятыми в плен врагами.

Вскоре на дороге показался совершенно голый мелкий мужчинка, на член которого был надет футляр из полой внутри палки рыжего цвета (холим – как объяснил мне гид). Дабы он не болтался между ног, хозяин привязал его к пояснице.

– Я же говорю, дани очень цивилизованные, – пояснил мне Джордж. – Они спокойно ходят в Вамену, чтобы прикупить чего-нибудь на рынке.

Один нож на всю деревню

В папуасских селениях строгое разделение по половому признаку: вместе дамы и кавалеры могут находиться только на кухне или в домике для секса. В деревне на 200 человек было три дома свиданий – парочки могут уединяться там в любое время суток и заниматься увеличением численности своего племени. Каждый уважающий себя дани имеет право делать это только с женой. Впрочем, последних у него может быть сколько угодно. «Но многоженство у дани все равно не сильно процветает, – продолжает мой проводник. – Ибо женитьба – это дорого. Невеста стоит минимум одну свинью, которую нужно отдать в качестве выкупа ее родителям. Иногда предки девушки просят и двух-трех поросей – если видят, что жених богатый». Оказалось, больше всего супружниц у вождя – целых четыре. Остальные мужчины из деревни имеют одну-две, а то и вообще ходят холостыми чуть не до старости.

Визги поросенка, доносившиеся из мешка, заставили вождя показаться передо мной. Джордж тут же протянул ему мешок. Тот закивал и взял из моих рук заранее купленный для него блок сигарет. Пачка тут же разошлась по кругу – оказалось, в деревне курят даже дети. «Это они так приобщаются к цивилизации», – пояснил мне Джордж.

Цивилизация семимильными шагами входит в племена дани. У них уже имеется один нож (который мне радостно продемонстрировали перед тем, как начать разделывать поросенка) – раньше папуасы все резали остро заточенными бамбуковыми палками.

Есть свинья – можешь жениться

Одна из жен вождя подошла ко мне, приобняла и начала ощупывать. Я нервно покосилась на сопровождающего – еще три часа назад он точно так же выбирал поросенка на рынке. Вождь начал успокаивать: «Не бойтесь, она просто смотрит, не подойдете ли вы в качестве второй жены для ее брата». «А первая не будет против?» – попыталась отшутиться я. Оказалось, у женщин здесь о таких вещах не спрашивают. У дани все просто: есть свинья – можешь жениться.

Насытившись поросенком (сначала его ели мужчины, затем косточки обглодали женщины), вождь подобрел и начал рассказывать о других обычаях дани. По его словам, холим представители сильного пола носят не только для того, чтобы уберечь свой член от острых колючек в лесу, а как кастовый знак. По длине, цвету веревки и украшающим его перышкам можно определить, к какому племени принадлежит папуас, богат он или беден, вождь или охотник.

Кроме женщин, в деревнях дани все общее – как при коммунизме. Все овощи, выращенные на полях, складываются в одну кучу. Вся дичь, пойманная на общей охоте, готовится женщинами на всех жителей.

К счастью, никто так и не захотел меня съесть, поэтому под вечер я спокойно покинула деревню. Я не понравилась ни одному из мужчин дани – со своим ростом метр семьдесят оказалась дылдой, к тому же прятала свои сиськи за футболкой и носила брюки. А такая страшила в этих местах никому не нужна.