-- Как формировался избирательный список ПОРА-ПРП?

Видео дня

-- Он формировался на паритетных началах, то есть 50% в этом списке – это представители ПОРЫ, 50% - ПРП, не считая первой пятерки. Наша часть списка – все парные номера, начиная от шести. И формировались они так не потому, что кто-то так придумал, не потому, что кому-то так хотелось. Во всем мире в демократических партиях формируют избирательные списки путем публичного обсуждения.

-- В первой десятке списка есть люди, которые когда-то абсолютно не ассоциировались с политикой: 1- й номер - боксер Виталий Кличко, 10 – й - книгоиздатель Иван Малкович. Как они попали в список?

-- До сих пор в Украине была не такая политика, и эти люди не считали необходимостью принимать в ней участие. В Украине, к сожалению, то, что мы называем политикой, человеческим языком называется грязным выяснением отношений между олигархами и финансово-промышленными группами. Мы надеемся изменить политику в Украине, поэтому в нее пришли такие люди, как Кличко, как Малкович, которые фактом своего присутствия в политике эту политику очищают. Они моральные авторитеты в обществе, и у этих людей нет других причин идти в политику, чем сделать ее лучшей. Они уже достигли успеха, донесли свои моральные ценности обществу. В другие партии такие люди не идут.

-- Не будет ли это своеобразным щитом-прикрытием, когда люди будут голосовать за одно имя, а не за партию?

-- Это наша общая партия. Суть того, что происходит в ПОРЕ, отображена в первой части названия – это гражданская партия. И Кличко, и Малкович, а также десятки и сотни других людей, пришли в партию не потому, что у этой партии есть вождь, и они пришли его обслуживать. Нет, у нас вождей нет. У нас есть общее дело, и мы команда.

-- Решение вступить в партию не принимают за один день.Когда Кличко начал сотрудничать с Порой?

-- Не за один день, но и не было времени этот вопрос долго обсуждать. Легче всего это объяснить на отличиях. ПОРА как политическая сила формировалась по другим правилам, чем другие партии. У нас как создавались партии? Есть вождь, конкретный человек с голубыми глазами, с красивой улыбкой или с кучей «бабла», и он себе создает партию. Эта партия может развиваться, а может и нет, зависит от того, хватит ли денег, попадешь ли в милость или в немилость к президенту. У нас партия единомышленников, поэтому нам очень легко привлекать таких людей, как Кличко, к сотрудничеству. Они сюда могут прийти как единомышленники, но никак иначе. И также понимают, что двери для сотрудничества открыты, равно как и мы заинтересованы в присутствии таких людей, которые являются символами. Для нас тот же Кличко – не вождь, а олицетворение характеристик, качеств ПОРЫ. Молодой, успешный, эффектный человек, он и в спорте, и в бизнесе, и в других вопросах достиг успеха, заработал все своими руками и головой, он не воровал и не понимает нечестных правил игры. Это наши символы и причина, почему мы стали одной командой.

-- Но вы не ответили, когда же начались переговоры с Кличко?

-- С Кличко мы общаемся давно, и первое общение было как раз не о том, как вместе идти в политику, а на предмет обсуждения каких-то ценностных вопросов. Какая ситуация в стране, что надо изменить, общие вещи. Кроме того, мы сотрудничали с ним в Секретариате Президента. Поэтому сначала было общение, а когда уже начался политический процесс и стало понятно, кто чего ожидает и кто чего хочет от выборов, то естественно, что пришли к обсуждению этой темы. Я думаю, Кличко достаточно внимательно следил за жизненным путем партии, и он ему импонировал, поэтому обсуждение об общем участии в выборах или в политике длилось недолго.

-- Сегодня большинство украинских партий привлекает к избирательному процессу известных людей. Какие могут быть последствия?

-- Разные для разных партий. Это явление не настолько новое. Всегда старались привлечь звезд, если не в список, то, по крайней мере, на поддержку. Это традиция. Я не могу сказать, хорошая она или плохая, просто она делится на два подхода – когда тем артистам или спортсменам "по барабану", кого они поддерживают, главное, чтобы за это платили деньги. А совсем другой подход, когда мировоззрение таких авторитетных людей совпадает с видением той политической силы. У нас в блоке нет таких людей, которыми мы бы торговали - это все наши единомышленники. Возьмите Кличко, и он вам объяснит, почему он пришел сюда, он является титульным лицом, он является реальным политиком сегодня. То самое можно сказать о Малковиче или журналисте Вахтанге Кипиани – о ком угодно. Это люди с твердой жизненной позицией, которая возникла не сегодня, а значительно раньше, развивалась, укреплялась. Это не просто люди из журнала, которых перенесли, и теперь они у нас, а завтра будут еще где-то, а потом еще где-то. И гражданская позиция Кличко была известна со времени Майдана, Вахтанга Кипиани – тоже , а Малкович – это вообще символ новой украинской интеллектуальной элиты. Другие же партии пусть сами рассказывают, почему у них певцы, общественные деятели и журналисты.

-- 23 февраля была годовщина создания Секретариата Президента. Когда была Администрация, учреждение работало четко и слаженно. Стал Секретариат - система управления страной стала разваливаться, и разваливать ее начали члены оранжевой команды. Вы были советником в Секретариате Президента.Что вы скажете по этому поводу?

-- Можно и так сказать. Всегда надо искать причину в мотивации. Раньше, в период Кучмы, там люди сидели для того, чтобы узурпировать всю власть и за счет Администрации получать для себя какие-то дивиденды. И под это была построена вся система. Если у вас есть персональныйстимул, то вы заинтересованы создать эффективный механизм, чтобы все работало в вашу пользу. И это было действительно так. Чтобы украсть деньги и узурпировать власть, для этого система была построена максимально эффективно. Что случилось после того, как изменилась власть? Я не скажу, что это что-то хорошее, так как там должен был бы воцариться другой механизм и люди должны были бы начать работать в интересах граждан. На самом деле этого не случилось. Не случилось по нескольким причинам. Первая и главная причина - те люди, которые туда пришли, не знали, что они делают и для чего они делают. Никакого конкретного плана действий не было. А если нет плана действий, то через неделю люди начинают сами себе создавать задачи. Каждый начинает находить для себя какой-то интерес, и эта система разваливается сама по себе. Вторая причина: если система была построена под меркантильный интерес одного человека, то система не может работать на общественные интересы, и потому она также развалилась. Третья причина: абсолютно неэффективная кадровая политика. Люди, которые попали на ключевые позиции, может, сами по себе и красивые люди, но абсолютно неэффективные для того, чтобы выполнить работу, на которую они назначены.

Поэтому главная задача – это изменить структуру государственного аппарата, чтобы он начал работать на общество, а не на интересы отдельных людей. Изменить процедуру принятия решений, чтобы не было таких ситуаций, когда можно на колене подписать документ. Чтобы изменить подход к формированию кадровой политики, к назначению людей нужно создать независимую систему тестовой квалификационной комиссии. Тогда первое – мы знаем, что выбираем из наилучших специалистов, а второе – ломаем позвоночник коррупции, и не надо будет увеличивать полномочия милиции, СБУ и прокуратуры.

Валентина ЛЮЛЯ, специально для «Час. ua»

Анонсы журнала « Час.ua» от 4 марта 2006 года

Тема номера – «Скрытая война. Кто командует украинскими «командос»?

Среди других тем – «Взлет или падение? Ожидает министра внутренних дел Юрия Луценко?»;

- "Два друга для Ющенко? Какой будет дальнейшая политика Польши по отношению к Украине»;

- «Владислав Каськив: «Для нас Кличко не вождь»;

- «Проколы» Александра Омельченко»;

- «Павел Качур: «… Тот, кто ожидает быстрых результатов в жилищно-коммунальной отрасли, не просто оптимист, а непроинформированный оптимист»;

- «Террористы у власти. Нужно бояться»;

- «Воспитание армией»;

- «Не к тем бежали.Украина не настолько независима, чтобы предоставлять убежище людям, спасающимся от преследования»;

- «Сколько ни обнажайся… Берлинский международный кинофестиваль констатировал: кинематографисты боятся реальности»;- «Что видно сквозь дырку в бронзе?»