В Украине Виктора Януковича считают пророссийским политиком. Почему после его назначения премьер-министром не произошло ощутимого потепления в российско-украинских отношениях?

Видео дня

— Прочитав статью Януковича в Wall Street Journal, я был впечатлен заявлениями премьера о том, что Украина выбрала курс на евроинтеграцию и вступление в НАТО. А если вспомнить, что еще до президентских выборов 2004 года в вашей стране фракция Партии регионов поддержала закон, предусматривающий вступление Украины в НАТО, то нетрудно сделать вывод — официальная российская пропаганда против евроинтегратора Виктора Ющенко не стоит ломаного гроша. Пророссийский политик в Украине — это тот, кто является членом глобальной корпорации, одна из дирекций которой находится в Москве, а другая — в Берлине.

Говоря о корпорации, вы намекаете на причастность президента РФ и экс-канцлера Германии к схемам поставок газа в Европу?

— Я не намекаю, а констатирую, что посредничество швейцарской компании РосУкрЭнерго в этих схемах обходится бюджету России в сотни миллионов недополученных долларов. Все разговоры о том, что РосУкрЭнерго продает Украине дешевый среднеазиатский газ — от лукавого. Попадая в ГТС РФ, газ меняет национальность, при пересечении границы между Казахстаном и РФ азиатский газ становится российским. Это очевидно.

Разве национальность газа не определяют межправительственные соглашения?

— В соглашения можно записать все что угодно, к примеру, что я являюсь Папой Римским. Разговоры о том, что азиатский газ дешевле российского, — софистика, прикрывающая глобальные коррупционные схемы.

Можете уточнить потери госбюджета РФ от посредничества РосУкрЭнерго в газовых схемах?

— Арифметика предельно проста. До 1 января 2006 г. Газпром поставлял газ в Украину по цене $50/тыс. куб. м, с 1 января — поставки газа переключили на тогда малоизвестное ООО, зарегистрированное в швейцарском кантоне Цуг, и установили новую цену на газ для Украины — $95/тыс. куб. м. Люди, стоящие за РосУкрЭнерго, от этого, безусловно, выиграли. Я прекрасно понимаю мотивы подписантов новых газовых соглашений со стороны Кремля — разорвать выгодную для Украины связку цена-транзит. Однако меня, с одной стороны, удивляет, что ваши власти согласились на это, а с другой — смущает то, что РосУкрЭнерго платит в госбюджет РФ всего EUR1 млн ежегодно. Газпром в свое время платил порядка $1,5 млрд. Впрочем, и нашего монополиста можно назвать государственным лишь условно — реально Газпром контролирует не государство.

А кто, по вашей информации?

— Это не суть важно.

Почему вы удивлены тем, что официальный Киев согласился пересмотреть газовые соглашения с РФ? Разве в январе 2006 г. у Украины был выбор?

— Еще бы! У транзитного государства, по территории которого в страны Западной Европы поставляется 85% газа, есть рычаги геополитического влияния, просто нужно уметь ими пользоваться. Убежден, что Газпром, даже если бы захотел, не смог бы приостановить поставки газа. Это было невозможно технологически. А значит, в январе 2006 г. Киеву нужно было стоять до победного конца. Ведь привязка цены на газ к цене на транзит абсолютно логична, хотя бы потому, что компрессорные станции, транспортирующие газ, его же и потребляют. За последние несколько лет объемы газа, получаемого Украиной за транзит, упали с 45% до 15% от прокачиваемого объема. Между тем Газпром взимает с российских трейдеров минимум 35% прокачиваемого газа. Причем, чтобы получить соответствующие квоты, российские компании стоят в очереди... В общем, существующая ставка транзита российского газа по территории Украины в 2,5 раза ниже той, по которой аналогичные услуги предоставляет Газпром.

Что посоветуете украинскому правительству, ведущему переговоры с Газпромом?

— Я так долго работал советником, что мне претит давать советы. Могу сказать, что я не верю в то, что Москва допустит НАК «Нефтегаз Украины» или другие украинские компании к разработке российских газовых месторождений. Во всяком случае, всем европейским и американским ТНК в этом было отказано. Вряд ли у Украины получится убедить Кремль ратифицировать Европейскую энергетическую хартию, исключающую необоснованное повышение цен на транзитные тарифы — неоднократные попытки ЕС на этом фронте были безуспешными. Думаю, что с руководством Газпрома нужно разговаривать на понятном им языке — «мы вам, вы нам». Главное при этом — вывести за рамки переговоров претензии нашего монополиста на вашу ГТС. Иначе в ходе следующих переговоров Киеву торговать будет нечем.

Газпром готов вложить в развитие ГТС Украины миллиарды долларов. Разве нет?

— Если бы кто-то в России был заинтересован в создании эффективной транзитной системы, мощности нашей ГТС давно бы приватизировали, а транспортные лимиты распределяли бы на конкурсной основе между газовыми трейдерами.

Правда ли, что российские газовые трейдеры в 2005 г. убеждали премьера Юлию Тимошенко, используя транзитное положение Украины, склонить Кремль к либерализации газового рынка РФ?

— Люди, делающие подобные заявления, не имеют ни малейшего представления о том, как принимают решения в Кремле.

И каким же образом принимают решения в Кремле?

— Долго рассказывать.

Почему РФ повышает цены на газ для дружественной Беларуси?

— РФ не просто повышает цены. Экономический блок нашего правительства, по моей информации, готовится ввести экономические санкции против Беларуси. Не удивлюсь, если в результате переговоров в соседней комнате будет зарегистрировано РосБелЭнерго.

Кремль использует газовые схемы в качестве инструмента геополитического влияния?

— Это в теории. В действительности к власти в РФ пришли товарищи, рассматривающие государство как инструмент решения своих проблем. Начиная в 1992 году экономические реформы, Егор Гайдар перевел Россию на рыночные рельсы (и это, кстати говоря, во многом предопределило направление развития стран, находящихся в орбите российского влияния). Но это не значит, что в РФ автоматически возник капитализм и либеральное общество. Султаны Турции, шахи Персии в средние века торговали не хуже европейцев. В экономиках России, Беларуси и даже Украины (хотя и в меньшей степени) присутствуют характерные азиатские черты. Группа кремлевских товарищей, в частности, использует инструментарий государства (в том числе — арсенал внешней экономической политики) для собственного обогащения. По большому счету, цель газового конфликта с Украиной — защита не национальных интересов РФ, а частных.

Можете назвать кого-то из «кремлевских товарищей»?

— Я не судья, чтобы выносить приговор кому бы то ни было.

Тем не менее западные инвесторы говорят, что им комфортно работать в России, где правила игры меняются реже, чем, к примеру, в Украине. Не так ли?

— В СССР также были магазины «Березка». Но я бы не судил о бизнес-климате той или иной страны, основывая свое мнение на ощущениях эксклюзивных инвесторов. Поверьте, что ощущения хозяев бензоколонок, парикмахерских, ларьков и других мелких бизнесменов менее радужны. Хотя нужно отдать Кремлю должное — за последнее время сделано немало для создания нормальных условий для ведения бизнеса в стране. Однако никто, как и раньше, не застрахован от самоуправства налоговой, пожарной, СЭС и других служб. Под раздачу в России может попасть каждый. К несчастью, наша страна обладает слишком большими запасами нефти и газа, чтобы проблемы малого и среднего бизнеса всерьез интересовали политиков, борющихся за рычаги влияния на госмонополии и крупные предприятия. Похожим образом ведут себя элиты Саудовской Аравии, Ирана, Венесуэлы и ряда других нефтедобывающих стран. Однако глубоко ошибаются те, кто рассчитывает, что сверхприбыли на газе и нефти можно будет получать вечно.

Какие факторы (кроме ограниченности энергоресурсов и растущего спроса на них) формируют цены на газ и нефть?

— Один из важнейших — ситуация на Ближнем Востоке, в случае обострения которой цены обычно растут. Обнаружив и зафиксировав эту эмпирическую связь, можно прийти к двум выводам. Первый — экономический — нужно быть готовым к тому, что нефть в любой момент может перестать стремительно дорожать (России в этой связи нужно всерьез задуматься над диверсификацией направлений развития национальной экономики). Второй вывод — геополитический, реализацию которого мы время от времени наблюдаем, — поддержание нестабильности на Ближнем Востоке и периодическое обострение ситуации, что толкает вверх цены на энергоресурсы.

Что вы советовали в этой связи президенту РФ Владимиру Путину?

— Я не буду рассказывать, о чем говорил с президентом. Это просто некорректно. Но я не был советником, ретранслирующим идеи возрождения империи. В России есть две различных стратегии развития, если хотите — два разных образа жизни. Суть первой в том, что если соседям и партнерам россиян будет хорошо, то самим россиянам будет еще лучше. Вторая стратегия — разработка хитроумных планов, в том числе, экономической экспансии. Лично я не готов строить партнерские отношения на обмане.

Кто будет преемником Владимира Путина?

— Маховик преемственности уже запущен. Властью выдвинуты два кандидата на пост главы государства, они как бы противостоят друг другу, по крайней мере, создавая иллюзию противостояния.

Владимир Владимирович сможет контролировать преемника?

— Естественно, нет. Влияние экс-президента ослабнет в тот же день, когда полнота власти и контроль над силовыми органами перейдут к новому главе государства.

Вы сторонник политреформы в РФ?

— Путь к парламентской республике, выбранный Украиной, абсолютно верен. В странах, где основные рычаги власти сосредоточены в руках парламента и формируемого им Кабмина, экономика развивается динамичнее, чем в президентских республиках. Причем в идеале парламентское большинство не должно быть стабильным, тогда степень вмешательства государства в экономику стремится к оптимальному нулевому уровню. Демократия не является блестящим способом решения всяческих проблем и имеет свои недостатки, но именно такая форма правления препятствует реализации глупых инициатив. Это не значит, что среди президентов (обладающих максимально широкими полномочиями) нет умных людей, способных делать конструктивные и взвешенные выводы. Однако именно коллегиальное принятие решений может предотвратить чудовищные ошибки, пусть даже и в ущерб каким бы то ни было грандиозным проектам.

Роман КУЛЬЧИНСКИЙ, «Контракты»

Анонсы делового еженедельника «Контракты» №50 от 11.12.06

Пустые гнезда. Почему украинские аэропорты неинтересны ни государству, ни частным инвесторам.

В мире аэропортовый бизнес приносит хорошую прибыль. Ирландский оператор трех аэропортов DDA заработал в прошлом году $50 млн, а чистая прибыль Пражского аэропорта превысила $100 млн. Большинство отечественных аэропортов убыточны с первых лет независимости Украины. Похвастаться положительным финансовым результатом могут лишь крупнейшие из воздушных ворот страны.

Бонд. Евробонд. Занять средства за границей можно без наличия отчетности по международным стандартам и дорогих кредитных рейтингов. Цена вопроса - $250-300 тыс. и 11-13% процентов годовых. Украинские компании охотнее берут в долг за рубежом. Объемы внешних заимствований отечественных компаний растут, несмотря на дороговизну денег на международных рынках. К традиционным заемщикам – банкам – в последнее время подключились и промышленные предприятия.

Спекулятивный заработок. Собственник Дельта Банка Николай Лагун самыми перспективными сегментами финансового рынка считает потребительское кредитование, выбивание долгов и страхование жизни

В интервью Контрактам Николай Лагун рассказал о том, что:

- спасение мелких и средних украинских банков – в специализации бизнеса

- «Укрпошта» – полувоенная организация

- журналы и газеты – хороший источник идей.

Все хорошо, прекрасная франшиза! Бизнесом по франчайзинговой схеме может заниматься даже дилетант. За год количество предприятий-франчайзи увеличилось в 6 раз. Но, выбирая себе франчайзера-партнера, следует помнить, что звучное имя не спасает от сложностей и проблем, связанных с особенностями ведения бизнеса в любой из отраслей.