Борис Колесников: «Не думаю, что новая власть хочет сделать хуже Украине»

1,3 т.
Борис Колесников: «Не думаю, что новая власть хочет сделать хуже Украине»

Экипаж самолета «Airbus А320» компании «Донбассаэро» попросил присвоить ему имя председателя Донецкого облсовета Бориса Колеснико­ва. А сам Колесников - чело­век и самолет - еще в шоке от освобождения. Но он не соби­рается ехать «на лечение» в Москву и ждет, когда его друг Ринат Ахметов вернется из от­пуска.

-Вы рассчитывали на ос­вобождение?

- Честно говоря, нет. Для меня это было даже неболь­шим шоком. Я предполагал, что меня продержат до самого суда. Хотя самого дела как бы нет, и все деньги кому надо уп­лачены. Проблема в том, что правоохранительные органы с самого начала допустили ошибку. И теперь не знают, как из всего этого выпутаться.

- Был некий таинственный друг, который предупреждал вас о возможном аресте. Что сейчас этот ваш друг говорит? Есть мнение, что ваше осво­бождение может стоить Пис­куну должности.,.

Видео дня

- С этим другом я еще не виделся. А о Пискуне мне сложно судить. Мною занимался не Пискун, а лично Шокин. Этот человек слабо знает закон. Я думаю, что ему не ме­сто в Генпрокуратуре - в совет­ское время его бы не взяли и юрисконсультом на завод.

- Но вы-то сами что думае­те? Какие прогнозы?

- Вы знаете, с нашей проку­ратурой возможны любые сце­нарии. В Уголовно-процессу­альном кодексе четко написа­но, что прокуратура не имеет права опротестовывать реше­ние суда. Но они все равно по­дают в высшую инстанцию - в Верховный Суд - и ждут собра­ния палаты в сентябре. Если прокуратура ведет себя вне рамок закона, то чего можно ожидать?

- Может, так вас пытаются вынудить сбежать в Россию, где уже «лечится» немало ук­раинских политиков?

-У меня крепкие нервы. Я остаюсь. И останусь в любом случае.

- Вы будете подавать встречный иск на Пенчуков, которые свидетельствуют против вас?

- Несомненно. В понедель­ник-вторник. Хотя мы уже ме­сяц назад подавали заявление - когда нашли деньги на счетах Пенчуков, - чтоб их привлекли за дачу ложных показаний.

- Пока вы сидели в СИЗО, предпринимались еще какие-то попытки «нарыть» против вас что-нибудь?

- Была известная история с «минированием дамбы»: мол, если Колесникова не освободят - взорвут дамбу. Од­нако звонок с предупреждени­ем о взрыве дамбы организовал УБОП. Двух полковников уже в этом обвиняли. И еще - все компании, в которых я ра­ботал, или которые мне при­надлежат, были тотально про­верены. Но четыре месяца прошло, и ничего они не на­шли. А я, кстати, говорил Шокину - даже если вы что-то там и нароете 5-6-летней давнос­ти, ничего у вас не получится - сроки-то прошли...

- С кем вы встречались по возвращении в Донбасс? С Ахметовым встречались? Гово­рят, он сбежал куда-то...

- Нет, он сейчас в отпуске.

Вы поймите, Ахметов - это че­ловек, который не пропадет. Он торжественно вернется из отпуска, встретится с журнали­стами. Ему нет смысла куда-то бежать. Он останется здесь. Уж я-то его знаю.

- Ваш арест и освобожде­ние чем-то напоминают исто­рию с премьером Тимошенко. Не хотите попробовать и даль­ше двинуться по ее пути?

- Посмотрим. Вообще, я согласен с президентом, Вик­тором Андреевичем, который спрашивает: где идеи? Оппози­цию должен возглавить чело­век, у которого есть идеи, как принести пользу Украине. Я всю жизнь проработал в биз­несе, в жесткой конкуренции, поэтому мне интересны идеи. У нашей оппозиции пока их нет.

- А у вас есть?

- Как бизнесмен могу ска­зать: я сейчас в инвестицион­ном плане не вижу никаких преимуществ у Украины. Поче­му в нас должны вложить деньги, а не в Китай или Че­хию? Президент старается, а правительство простоотталкивает инвесторов. Тут нужен грамотный маркетинг. Прави­тельство должно произвести оценку бренда «Украина». Нужно оценить рынок и найти нашу нишу. И еще - все должно быть просто и прозрачно. А когда приходит инвестор, а че­рез 20 минут после начала ра­боты к нему через забор пере­лезает спецназ в масках, чтоб ткнуть его лицом в пол - такой инвестор немедля покинет Ук­раину. Пока еще самолеты ле­тают...

- Так все-таки имеется же­лание идти в парламент, ста­новиться оппозиционным по­литиком?

- Возможно, и пойду. Но оппозиционность моя будет зависеть от расстановки сил в парламенте. Я вижу себя в ря­дах сил, которые могут прине­сти пользу украинскому обществу. А будет это оппозиция или конституционное боль­шинство - это не принципиаль­но для меня.

- То есть вы, в принципе, готовы работать с новой влас­тью?

- Я не думаю, что новая власть хочет сделать хуже Ук­раине. Просто у них не все получается. Хочу, чтобы «регионалы» и «нашеукраинцы» про­тянули друг другу руку.

- Насчет СИЗО можно спросить? Как к вам относи­лись тюремщики?

- С уважением. Плохого с них сказать не могу. Самое плохое в тюрьме - отсутствие информации. Когда сидишь непонятно за что, очень поддерживают гражданские акции, реакция прессы...

- А за время вашего отсутствия возникли какие-нибудь проблемы в области?

- Это было бы очень плохое предприятие, если бы из-за отсутствия одного человек; возникли проблемы. Я же н незаменимый человек. Незаменимый человек - всегда плохо. К тому же, тут у нас толковая команда.

- Как вас супруга встречала?

- Мы не готовы к освобождению были, так что она ветретила меня уже в Донецке. Так скажу: встреча была очень трогательной...

Михаил ГАННИЦКИЙ, «Газета по-киевски»