Евгений Червоненко: «Так называемая новая оппозиция - это сбитые летчики - защищает только свое награбленное»

1,4 т.
Евгений Червоненко: «Так называемая новая оппозиция - это сбитые летчики - защищает только свое награбленное»

Встретиться с ны­нешним министром транспорта и связи 45-летним Евгением Червоненко, который был «тенью Ющенко» во время оранже­вых событий, мы до­говаривались давно. Но поймать человека, которого друзья в шутку называют «сумасшедшим Орла­ном», — задача не из легких. Получив при­глашение лететь с ним во Львов на пред­ставление нового на­чальника Львовской железной дороги, не могла не воспользо­ваться случаем.

Евгений Альфредович, представляя в 1997 г. кон­церн «Орлан», из рук экс-президента вы получили награду. Могли ли вы тог­да предположить, что в стране произойдет оран­жевая революция, а вы окажетесь в другой ко­манде?

— Конечно, нет. Тогда хо­телось верить, что первый негосударственный завод будет цениться. И Кучма еще оставлял надежды что-либо изменить. Я первым из биз­несменов получил орден и звание «Заслуженного ра­ботника промышленности». Построил 7 заводов, возро­див отечественные брэнды. И тогда же пережил самое страшное в своей жизни ра­зочарование.

Видео дня

Безусловно, я не мог себе даже представить, что будем с Тимошенко, Порошенко, Третьяковым, соратниками и друзьями. Но эти люди про­шли через очень серьезные испытания достойно. А так называемая новая оппози­ция — это сбитые летчики — защищает только свое на­грабленное.

Ваша команда дейст­вительно справится со всеми обязательствами?

— Если подковерный фак­тор игры, неоднократно гу­бившее Украину многогетманство, способность предавать, что многими восприни­мается как норма по­литической жизни, наконец, уйдет, — нам не будет дос­тойных соперников. И пото­му мне сегодня больно, когда Гапочка, Фельдман, Абдуллин входят во фракцию БЮТ: я не верю в их перерождение, они спасают свои шкуры. А Юлия Тимошенко, несмотря на все мифы, не чужой мне человек. Во время оранже­вой революции моя служба охраняла ее точно так же, как и Ющенко. И я горжусь одним днем в Кировограде, когда мы, я думаю, спасли ей жизнь...

Самая большая проб­лема, с которой сталкива­ется министр Червоненко...

— ...цейтнот времени. Неблагоприятная конъюнк­тура рынка, мирового в том числе, особенно по экспор­ту. Существующие в стране неформальные центры влия­ния. Мешает и то, что многие (из старой и новой власти!) начали играть по интересам.

Предшественник ос­тавил непростое «на­следие»: только автобан «Киев—Одесса» чего стоит!

— Это дорога 1-й катего­рии. Чтобы достроить ее, мы взяли самый дешевый в истории Украины кредит «Дойчебанка»: «LIBOR +2,7». Участок от Киева до Жашкова закончим до 22 августа, ос­тальное — до конца сентяб­ря. Платной она не будет — альтернативной дороги нет. Крейсерская скорость — 140 км в час, из Киева в Одессу можно будет попасть за 3,5 часа. Мой личный ре­корд (не люблю опазды­вать!) на этой трассе — 2 ча­са 32 минуты...

В стране есть дороги, существующие только на карте, а европейским нор­мам отвечает лишь бориспольская да небольшой участок одесской...

— Дороги — один из пра­вительственных приорите­тов, хоть и выделено лишь 30% требуемых на их капи­тальный ремонт средств. По­тому мы будем привлекать концессионные кредитные деньги. А за счет концессий, когда дороги передаются в частное строительство и экс­плуатацию, живет весь мир! Речь идет, в первую очередь, о европейских коридорах.

А как же быть с сель­ским бездорожьем, где пос­ле хорошего дождя и «джи­пы» застревают?

— Уже готовится програм­ма реформирования дорож­ного хозяйства. Чтобы день­ги не разворовывались, все областные «Автодоры», по­средством открытых тенде­ров, будут приватизированы.

Это позволит построить больше хороших дорог даже при существующем мизер­ном финансировании, и сельских в том числе.

— Есть еще и незавер­шенное строительство канала Дунай — Черное море, вызывающее бурный протест экологов.

— Безусловно, Украине, второму по величине пере­возчику на Дунае, нужен этот седьмой европейский транспортный коридор, по которому из Одессы можно попасть в Роттердам. Пере­возимые тут грузы ежегодно оцениваются в $100 млрд., и мы не имеем права терять рынки. Да и заложниками Румынии, отстаивающей свои финансовые интересы, быть не должны. Поэтому сейчас изыскиваются опти­мальные формы кредитова­ния его достройки.

Канал прекратит также браконьерский вылов в этой зоне осетровых и дунайской сельди, и выжигание трост­ника, когда гибнут тысячи животных. Мы на вертолете полностью облетели его, и я сам все это видел. И после этого мне кто-то посмеет рассказывать о своей «борь­бе за экологию»! Если по ка­налу регулярно начнут хо­дить 10-тысячники, Украина получит очень выгодный транзит. Правда, кому-то это перекроет нелегальную до­бычу черной икры!

Над Минтранссвязи постоянно дамокловым мечом нависает призрак разделения...

— Я действительно вы­ступал против такого разде­ления: нельзя, чтобы тене­вые игроки использовали рост показателей этой от­расли (а они в этом году до­стигли 47%) для финансиро­вания своих политических игр. К тому же, опыт боль­шинства стран, имеющих ми­нистерство инфраструктуры (аналог Минтранссвязи Ук­раины. — Авт.),показыва­ет, что два звена — транс­порт и связь — тесно связа­ны по функциям.

Но я — солдат, как поло­жено министру и менеджеру, и приму любое решение Президента.

До сих пор наши поез­да приходится «переобу­вать» на границе, что долго и неудобно. Как же быть в таком случае с евроинтеграцией?

— Железная дорога, по решению Совета европей­ских министров транспорта, будет одним из главных при­оритетов в развитии Европы. Интеграция Украины, имею­щей 80% грузовых и 50% пассажирских железнодо­рожных перевозок, в ЕС без решения этой проблемы не­возможна. Менять рельсы в данном случае — глупая за­тея: надо модернизировать саму перестановку. Есть спе­циальные подвески-тележ­ки, когда ширина между ко­лесами регулируется автома­тически. Другой вопрос, что такой вагон стоит 3 млн! Сра­зу обеспечить ими все наши железные дороги нереально, но мы будем приобретать их по лизинговой схеме. Пой­мите, на транспорте надо не спонсорством заниматься, не Гуты (дача.Кучмы, постро­енная на средства Львов­ской железной дороги. — Авт.)оборудовать, а оптими­зировать транспортные по­токи, что позволит зарабаты­вать реальные деньги.

Вы лично опекаетесь судьбой «Майбаха» покой­ного министра Кирпы. Но у некоторых директоров заводов не то что машины такого класса имеются, —целые самолеты! Нор­мально ли это для страны, где 90% жителей счита­ют себя людьми бедными?

— В Интернете даже была информация, что на этом «Майбахе» ездит в Москве Бакай. Неправда: автомо­биль стоит в гараже под ох­раной. У него трудная судь­ба, но, даю слово, продан или обменен он будет неде­шево (думаю, не менее $500 тыс.), но я никогда не назову имени его нового владельца.

А директор, о котором вы говорите, мог бы быть по­скромнее. Если он купил са­молет за собственные день­ги, и у него есть декларация, — пожалуйста. Но лично я никогда не сяду в «Майбах», даже если жена и вздумает подарить мне что-либо по­добное... Знаете, почему? Нет острова счастья в море несчастья: я не хочу ехать в шикарном автомобиле, окруженном энергетикой бедных людей, которые стоят на ос­тановке и ждут старый трол­лейбус.

— Президент Виктор Ющенко создал уникаль­ный этнографический му­зей. А чем увлекаетесь вы?

— Собираю морские пей­зажи: не всегда дорогие, эти картины удивительно энергетичны. Очень люблю яхты: полчаса в штормовом море снимают любую усталость. Увлекаюсь горными лыжами, автомобилями, автогонками, пилотированием самолета (если бы сейчас в салоне не было столько людей, я сидел бы за штурвалом!) и охотой.

— Но Президент...

— Да, мы с ним спорим по этому поводу. Он: ну как ты можешь убивать животных? А как в селе выращивают поро­сенка, нежно называют Ма­нечкой, а потом цинично перерезают горло! Я же говорю о тяжелой охоте, о борьбе. Это даже не хобби, а стиль жизни, заложенный в геноти­пе мужчины. Помню трудную охоту на кабана. Однажды двое суток шел за волком, но таки достал... Правда, сейчас времени нет. Иногда лишь к ружьям своим (а их у меня 12) подхожу, поглажу...

— Вы их сами все поку­пали?

— Подарков много. У каж­дого — своя судьба. Есть пи­столет, с которым я прошел революцию: его мне когда-то подарил Шеварднадзе. У нас в те дни было всего три пистолета: у Плюты — ны­нешнего главы Госуправле­ния охраны, у лейтенанта госохраны, а теперь начальни­ка президентской охраны Павла Алешина, и у меня...

А еще я коллекционирую сабли — их у меня около со­рока. Самая интересная (ее мне подарили во Львове) ко­гда-то принадлежала коман­дующему спецназом у Петлюры!

Автогонщик — это скорее не профессия, а со­стояние души: какие автомобили вы любите?

— Наверное, вы удиви­тесь, но не «майбахи»! К ма­шинам я отношусь как к жи­вым существам: предпочи­таю те, которые приносят ра­дость. Сегодня — это моя раллийная «Мицубиси ЕВ08», 340 лошадок, легко идет 230 км. Но она недоро­гая — около $45 тыс.

Каков ваш личный ре­корд скорости?

— Недавно я, будучи в ко­мандировке, на одной спор­тивной машине на коротком участке сделал 275! Даже ее хозяин был удивлен.

Намеченные вами пла­ны поистине грандиозны: хватит ли времени, чтобы все успеть?

— Думаю, что Ющенко бу­дет 10 лет главой государст­ва, а Юлия Владимировна еще долго будет премьером. Я знаю, что мы имеем кредит народного доверия и, уве­рен, не обманем. По крайней мере, мы с Виктором Андрее­вичем договорились уйти на пенсию в январе 2015 г., еще до инаугурации. И — зани­маться любимыми делами, на которые сейчас не хватает времени...

Беседовала Лариса ВЫШИНСКАЯ, «ВВ»