Олег Рыбачук: «Меня больше волнует вопрос: почему в Украине сахар стоит дороже, чем в Швейцарии?»

853
Олег Рыбачук: «Меня больше волнует вопрос: почему в Украине сахар стоит дороже, чем в Швейцарии?»

Буквально с больничной койки на днях пришел в парламент вице-премьер по вопросам европейской интеграции Олег Рыбачук. Неудивительно: на кону стоял вопрос, который отраслевой вице-премьер считает приоритетным в своей работе, — быть или не быть Украине во Всемирной торговой организации. И хотя «сотовские» законы проходили не так легко и быстро, как хотелось бы членам правительства, Олег Борисович был преисполнен оптимизма. Пытаясь перекричать вой сирен и гудение мегафонов, он поведал корреспонденту «СН» о ближайших евроинтеграционных планах Украины.

— Олег Борисович, наверняка эти вопросы вам уже надоели. И все-таки: вы, профильный вице-премьер, довольны тем, как Верховная Рада заботится об интересах Украины в плане возможного вступления в ВТО?

— Скажу так: меня по-прежнему удивляет специфика подхода к решению вопросов нынешнего поколения политиков. Впрочем, сейчас же сам себе и возражу. Как так можно было поступить с пакетом законов о ВТО? Я еще несколько месяцев назад бил тревогу и говорил: давайте рассматривать эти законопроекты. Я прекрасно понимал: для прохождения «сотовских» законов в Верховной Раде нужно добиться определенного консенсуса. Все страны — участницы ВТО проходили через это. Поэтому, руководствуясь их опытом, нужно было сначала достичь компромисса с политическими, экономическими, бизнес-элитами и так далее. Возьмите наших братьев поляков. У них было 19 круглых столов, в которых участвовали самые разные политические силы. В конце концов они пришли к выводу, что главная цель для них — членство в Европейском Союзе. И уже в ближайшее время начали решать этот вопрос законодательно. Поэтому законы у них принимались «по короткой дорожке». У нас этого не произошло. Впрочем, по-другому и быть не могло. В нынешнем парламенте, часть которого деморализована результатами президентских выборов и никак не может определиться — где «наши», где «немцы», бессмысленно ставить вопрос о достижении консенсуса.

Видео дня

— Так почему же у вступления Украины в ВТО столько противников?

— У Симоненко и его ребят были свои аргументы. Они старательно отрабатывали деньги своего спонсора и намертво стояли, пытаясь не допустить прохождения Закона об интеллектуальной собственности. С ними все понятно. Что касается остальных противников, с ними сложнее. Например, аграрная фракция. Впрочем, ничего нового здесь нет: у всех стран, которые принимали решение о вступлении в ВТО, были проблемы с аграриями. Вспомните позицию фермеров в Польше по этому вопросу и их методы борьбы. Но ведь ничего, вступили в ВТО и процветают. Нам почему-то кажется, что на следующий же день после вступления Украины во Всемирную торговую организацию нас начнут давить, уничтожать, заваливать никому не нужной продукцией, превращать в свалку... Во всех странах это было. Они пережили, и мы переживем. Самое главное — это понять и принять правила ВТО. Поймите: почти 150 стран, которые входят в ВТО, — не идиоты. Они готовы нам открывать свои рынки, а мы 12 лет ведем дискуссии: вступать или не вступать. Одно из главных преимуществ — зона свободной торговли с Европейским Союзом. Но без вступления в ВТО нам об этом нечего и мечтать. Каждая страна продвигает и защищает свои торговые интересы. Украине нужно больше продавать. Но ведь так не бывает, что ты только продаешь, ничего не покупая.

— И все-таки, наверное, нельзя отметать аргументы оппонентов законов? Есть здравый смысл в их опасениях?

— Знаете, если вы — беременная женщина, пьете и курите, то у вас родится больной ребенок. Это факт. А утверждения скептиков, что случится непоправимое, если мы начнем продавать свой подсолнух, шкуры, рога и копыта за рубеж, — это как раз не факт. Меня больше волнует вопрос: почему в Украине сахар стоит дороже, чем в Швейцарии? Я не хочу покупать такой дорогой сахар. Но у нас думают не об этом, а пытаются решать какие-то надуманные проблемы. Я уже не говорю о законе об интеллектуальной собственности. Ведь это вопиющая наглость со стороны государства — отказываться принимать законы, направленные на борьбу с пиратством. Мы только имитируем борьбу с этой проблемой: провели налеты на рынках, подавили бульдозерами пиратские диски. Я не устаю говорить: ребята, вы, как власть, отказываетесь бороться с пиратством. Что я мог сказать торговому комиссару ЕС? Что у нас на всю страну всего 17 инспекторов в Министерстве образования занимаются борьбой с пиратством? А Верховная Рада упорно и цинично не хочет принимать закон, который вводит уголовную ответственность за производство нелицензионных дисков. Наше нежелание законодательно бороться с пиратством вывело из себя весь мир. Представьте себе, какой может быть имидж у страны, которая на что-то претендует, но при этом не желает принимать соответствующие законы!

— А почему такая спешка? Столько лет раскачивались, и тут за неделю нужно было принять все законы, позволяющие нам вступить в ВТО?

— Да потому что другого шанса у нас уже не будет. Раньше ведь как было: мы перед Европой имитировали реформы, а Европа имитировала позитивные переговоры с нами. Сейчас, впервые за многие годы, нам сказали: мы поддерживаем ваше желание стать членом ВТО. Даже есть соответствующие заявления, начиная от руководства ВТО и заканчивая всеми мировыми лидерами. Во время зарубежных визитов Виктора Ющенко все его встречи с представителями западной элиты заканчивались словами: мы поддерживаем ваше стремление вступить в ВТО. Нам протянули руку. И Украина должна сделать все, чтобы пожать эту руку. Так вот, возвращаясь к вашему вопросу. Мы спешили принять законы для того, чтобы осенью на собрании стран — членов ВТО появилась возможность поставить отдельный вопрос о вступлении Украины в эту организацию. И если мы этот шанс упускаем, все. О нас просто забудут. Мы никак не можем понять, что это нужно прежде всего нам, а не Всемирной торговой организации. Нас никто никуда не тянет. Кроме того, нельзя забывать, что с каждым годом правила вступления во Всемирную торговую организацию ужесточаются. В следующем году нам уже будет гораздо сложнее вступить в ВТО. И этот процесс будет проходить куда болезненнее, чем сейчас.

— Олег Борисович, а нет ли еще одной причины спешки? Ведь многие аналитики утверждают, что нам крайне важно вступить в ВТО раньше России...

— Ну, я не отношусь к той части политической элиты, которая действует по принципу: пусть мне хоть глаз выколют, лишь бы соседу — два. Я не считаю, что в этом смысле между нашими странами существует какая-то конкуренция. Соперничество у нас есть, допустим, между киевским «Динамо» и московским «Спартаком». Это исторически сложилось. Но это никак не применимо к ВТО. Все просто и закономерно: Украина сейчас резко и контрастно вырвалась вперед по сравнению с теми процессами, которые происходят в России. Наши соседи занимаются упорядочиванием демократии, усилением роли государства, контролем над СМИ и так далее. Все это мы уже проходили. Украину же со времен прошлой осени воспринимают совершенно по-другому, с нами стали иначе разговаривать в мире. Нам идут навстречу, нас ждут в европейских структурах. И у нас есть возможность этим воспользоваться.

— Вы говорите, что нас ждут в Евросоюзе. Но ведь после известных событий во Франции и Нидерландах начали поговаривать о том, что идея объединенной Европы потерпела крах. А руководство ЕС вроде даже заявило о приостановке рассмотрения вопросов о новых членах...

— Да нет, Тони Блэр уже сделал опровержение по этому поводу. Никто ничего не будет приостанавливать. В Европе существует отличная пятидесятилетняя система, которая с каждым годом самосовершенствуется. Она доказывает, что все проблемы решаемы, нужно только найти единственно правильное решение, которое удовлетворит всех. Даже тот факт, что одна страна смогла повлиять на то, чтобы Конституция ЕС не была принята, о чем-то говорит! Правда, в провале Конституции я усматриваю вполне банальную причину. Если по единой валюте во всех странах Европы велась очень серьезная работа, аргументированная агитация, то с единой Конституцией недоработали. Так вот: модель объединенной Европы, ее система, действительно нам очень подходит. И они готовы нам презентовать эту систему, проводить любые тренинги, делиться опытом. Европейские страны, некоторые из которых сами являются бывшими жертвами соцлагеря, как никто понимают, какие проблемы есть у нас в Украине. Конечно, мы начали свой путь в Европу в не совсем удачное время. Если бы наша «оранжевая революция» произошла лет десять назад, мы бы давно были в Европейском Союзе. Но у нас и сейчас есть свои преимущества. Как вы знаете, подписана программа действий на три года. Большие надежды я возлагаю на помощь и поддержку стран, которые только недавно вошли в ЕС. Ведь те государства, которые в этом союзе давным-давно, довольно консервативны в вопросах вступления новых участников. Но все равно, я уверен: они не будут препятствовать вступлению Украины в ЕС. А то, что этот проект для нас очень перспективен, думаю, поняли все. Даже политики внутри страны.

— Вы говорили, что Европа стала по-другому смотреть на Украину после «оранжевой революции». Но и мы, и европейцы уже слегка отрезвели от декабрьских событий. И наверняка у наших европейских коллег появились вопросы к Украине...

— Да, в Европе по достоинству оценили феномен «оранжевой революции». Все убедились, что демократия может победить. Теперь их интересуют другие вопросы. Они не всегда понимают позиции нашего главы Фонда госимущества по поводу вопросов приватизации или отдельных министров, особенно когда они отрицают частную собственность на землю. Но нельзя забывать, что наше правительство образовалось не после того, как определенные политические силы, выиграв парламентские выборы, создали коалицию, а в результате политических договоренностей. Неудивительно, что происходят постоянные притирки. Наши политики разделились на две части: на тех, кто считает, что Украина должна идти европейским путем, и тех, кто выступает исключительно за союз с ближайшими соседями. Правда, даже те деятели, которые не видят перспектив в европейской интеграции, почему-то по поводу и без повода обращаются за помощью именно в европейские структуры. Тот же Шуфрич куда обратился, когда его «прижали»? В Москву? К Лукашенко? Нет, в Европейский суд. И правильно! Только не надо лицемерить. Мы все хотим, чтобы у нас была правовая держава, с демократическими правилами, со справедливым судом. И Европа хотела бы не только слышать декларации по поводу нашего стремления войти в европейские структуры, но и видеть реальные шаги в этом направлении.

— А премьер-министр довольна вашей работой? Ходят слухи, что между вами возник какой-то конфликт...

— Да нет, там дело совсем в другом. Я был недоволен, что в составе украинской делегации в Брюсселе не было достаточного представительства министров, вплоть до самой главы правительства. Я считаю, что на конференцию, которая проходит раз в год и от которой многое зависит, можно было и приехать. Юлия Владимировна согласилась со мной и приняла решение на будущее возглавить совет «Украина — ЕС», что для меня является большим подспорьем. Ведь уровень представительства очень важен для страны, это понимаю и я, и Президент, и премьер-министр. Так что никакого конфликта нет...

Беседовала Виктория Чирва

http://cn.com.ua/