УкрРус

Герой из концлагеря

14.5т

Из концлагеря Маутхаузен умирающего подростка Теда Рубина спасли американские солдаты. После войны он решил их отблагодарить, добровольцем отправившись на Корейскую войну. В одиночку отстояв холм у 200 корейских солдат, Рубин попал в плен к китайцам – всего через пять лет после пережитого Холокоста. Его вызволили, но о подвиге надолго забыли – высшую военную награду США он получил только в 80 лет.

У него было обычное детство в маленьком венгерском городке Пасто. Как и положено, 13-летний Тибор прошёл бар-мицву – достигнув совершеннолетия и приняв на себя ответственность за свои поступки, он дал обещание служить семье, ближнему и, прежде всего, Богу. Никто не подозревал, как много сил понадобится ему, чтобы выполнить это обещание.

Был июнь 1943 года. Вокруг говорили о войне, Венгрия воевала на стороне Германии, радио и газеты сообщали о жестоких боях с русскими на Восточном фронте. Ходили слухи, что венгерских евреев с восточных границ похищают и отправляют в трудовые лагеря. Семья Рубинов думала, как уберечь детей-подростков. Старших – дочь Ирэн и сына Имре – отправили из Пасто первыми. В октябре 1944 года правительство Милоша Хорти было свергнуто, власть перешла к лидеру нацистской прогерманской партии "Скрещенные стрелы" Ференцу Салаши, и это было очень плохой новостью для евреев.

Однажды в дом Рубинов пришли польские евреи, которые уже несколько лет были в бегах. Они убедили родителей Тибора отправить мальчика с ними прочь из Венгрии. План был идти на юго-запад, в Италию, потом пересечь границу со Швейцарией и оказаться на нейтральной территории. Так Тибор впервые покинул дом, полный страха и странного ощущения, что назад дороги нет. Несколько недель они шли ночью и отдыхали днём. Когда они останавливались на привал, Тибор уходил в поисках еды – собирал и приносил товарищам дикие ягоды, кукурузу, картофель. А тем временем в Пасто его семью уже выгнали из города. Из Будапешта пришёл приказ о переселении всех евреев, этнических меньшинств и других лиц сомнительного происхождения, которые, как считалось, могут легко поддаться вражескому влиянию.

Приблизившись к границе, группа поляков дождалась темноты, мужчины и мальчик помолились и отправились вниз по холму. Но лучи прожектора нашли их очень быстро, их задержали, а вскоре подъехал грузовик с немецкими солдатами. Те приказали спустить штаны, чтобы наверняка определить национальность. Пленников затолкали в грузовик и повезли в Маутхаузен, немецкий концлагерь на территории Австрии.

В лагере Тибор никак не мог понять новые правила и приспособиться. Он не работал, сидел в бараке, мёрз и голодал. Нельзя было разговаривать с охранниками, ходить в другие бараки, подходить близко к колючей проволоке, заглядывать в ров за бараками. Внезапно ему повезло: его друзья поляки получили особое строительное задание за пределами лагеря и договорились, что смогут взять с собой Тибора, сказав, что он знает плотничье дело. Это дало ему некоторую передышку от лагеря: он жил с поляками в палатке, где был керосиновый калорифер, вокруг не было колючей проволоки и заборов, и казалось, что стало легче дышать.

Его друзья придумали, как подкормить мальчика. Недалеко от кухни, где готовили еду офицерам, стояли бочки из-под смазки. Туда каждый вечер приносили мусор из кухни. Тибора спрятали в груду дров неподалёку. Он должен был ночью, улучив момент, когда никого не будет рядом, поискать в отходах еду. Впервые за долгое время Тибор действительно наелся – он нашел огрызки яблока, куски мяса, корки хлеба. Он вернулся в своё "убежище" и заснул, опьянев от еды.

Мальчик хотел накормить своих товарищей и постепенно отработал технику добычи еды до совершенства: научился избегать охранников, складывать объедки в куртку и штаны, завязывать рукава рубашки узлами и набивать их съестным. Он гордился тем, что приносит друзьям еду, был осторожным, ловким и бесшумным. Но строительство закончилось, пришлось возвращаться в лагерь, который стал ещё ужаснее. Крематорий был забит трупами, тела умерших сваливали прямо за бараками. Увеличилось число суицидов, погибали друзья поляки. Последние дни апреля 1945 года прошли для Тибора как в забытьи, он почти не двигался, голод перестал его беспокоить, и он не вставал с койки.

Американские войска пришли в лагерь 5 мая, они обнаружили в Маутхаузене десять тысяч трупов в общей могиле возле тюремных стен и ещё примерно пять тысяч похороненных на метровой глубине под футбольным полем. Внутри бараков мёртвые и живые лежали рядом. Тибора отправили в армейский полевой госпиталь. Он не помнил, как его принесли на носилках в палату. У него была лихорадка от запущенной дизентерии, он был обезвожен, истощён и бредил. Но он выжил.

Красный Крест помог Тибору найти старшего брата Имре, американцы выдали им официальные бумаги, которые заменяли удостоверение личности, и братья поехали в родной город Пасто, где их ждала сестра Ирэн. Евреев в Пасто больше не было, их дом был занят. В Венгрии Тибора больше ничего не держало, наоборот, страна выталкивала его. Ходили слухи, что русские планируют закрыть границу. Тибор все чаще вспоминал американцев, освободивших и вылечивших его, все больше думал об Америке, тем более что в Нью-Йорке жили родственники. Услышав, что в Нижней Баварии есть лагерь для беженцев, который финансировала ООН, братья и сестра сели в поезд.

Путь в Америку оказался долгим. Вначале всех венгров классифицировали "врагами", ведь Венгрия была союзником Германии. И даже для венгерских евреев квот не было. Но в 1948 году правила потихоньку стали меняться, квоты повысили, и Тибор попал в страну своей мечты. Английский язык он почти не знал, шансы найти работу были невелики. Родственники и знакомые по случаю устраивали ему подработки, но Тибор стал думать о том, чтобы записаться в американскую армию. "С тех самых пор, как американские солдаты спасли меня от нацистов, я пообещал себе, что верну им долг", – говорил он удивлённым родственникам. Плохое знание английского и ужасный акцент не смогли помешать ему, и с третьей попытки весной 1950 года он был принят в вооружённые силы США. После "учебки" его направили на дополнительную подготовку на Окинаву. Он стал стрелком-пехотинцем Тедом Рубиным.

Ему нравилась армия, он легко сдавал нормативы, получил значок "снайпер", а армейская дисциплина была ерундой по сравнению с тем, через что он прошёл в концлагере. Он отличался от других солдат – баптистов и методистов из южных американских городков, но его это мало беспокоило. К сожалению, в его роте появился ветеран из Техаса, ненавидящий все меньшинства и особенно евреев. Старшина невзлюбил Тибора.

25 июня 1950 года Корейская народная армия вторглась в Южную Корею. Президент США Гарри Трумэн заявил, что отправляет в Корею американские войска под флагом ООН. Рубина вызвал к себе командир роты и сказал, что он может не ехать в Корею, если не хочет. Он не был рождён в Америке и не имел гражданства, это была не его война. Но Тибор попросил отправить его в Корею, и его полк в составе знаменитой 1-й кавалерийской дивизии покинул Окинаву. Как только они прибыли в Корею, старшина перестал сдерживаться и начал открыто издеваться над Рубиным, раздавая указания в духе "Привести сюда этого гребаного еврея!" и "Где, бл..., этот венгерский жид?"

И вот наступил день, который Тибор запомнил на всю жизнь. Его отряд с внушительным арсеналом и снаряжением занял холм, но из-за высокого риска нападения из долины было приказано отступать. Однако Рубину старшина велел остаться и караулить оружие, пока отряд отходит в безопасное место. Штаб-сержант Рэндалл Бриер хотел вступиться за венгра, но был младше по званию. Рота покинула холм после обеда, старшина обещал вернуться за Рубиным до заката.

Последний взвод спустился с холма, и Тибор остался один. Он внимательно оглядел всё, что было в его распоряжении. Потом стал таскать ящики с гранатами в пустые окопы. Положил пулемётные обоймы к лучшей точке обстрела, захватил побольше мин и отправился с ними к миномёту, собрал карабиновые обоймы. Так он забил оружием передние окопы и стал ждать. Из-за облаков вышла луна и осветила две сотни солдат в долине. Они с криком рванули на холм.

Позже Тибор рассказывал, что превратился в автомат, который швырял и швырял гранаты одну за другой. Потом стрелял из пулемёта и снова бросал гранаты. Он не видел нападавших, но слышал их крики. Опять стрелял и швырял гранаты. С наступлением дня появился какой-то новый шум – это истребители "Корсары" ВВС США вступили в бой. И Рубин понял, что наконец может оставить холм. Чудом он нашёл дорогу к своему отряду и сразу же потребовал командира роты.

Слишком много было вокруг свидетелей, и старшина не смог проигнорировать его слова. Командир заинтересовался рассказом и приказал вернуться на холм – проверить рассказ Тибора, а заодно забрать оружие и амуницию. Дальняя сторона холма была усыпана телами корейских солдат. Тибор впервые осознал, что это он убил всех этих людей, и заплакал. Командующий положил ему руку на плечо: "У тебя не было выбора, Рубин. Если бы ты не убил их, они бы убили тебя". Он повернулся к старшине и приказал подготовить бумаги для награждения Рубина Медалью Почёта и доставить ему для подписи.

Через три дня командующего роты убили в бою. Про медаль никто не вспоминал, старшина не заполнил бумаги и вёл себя так, будто подвига Тибора на холме никогда не было. Когда Рэндалл Бриер, слышавший слова командира, спросил про медаль Рубина, старшина ответил: "Не при мне". Осенью 1950 года в тысячи американских домов пришло горестное известие. В битве при Унсане погибло около 600 человек из трёх батальонов 8-й армии. Ещё несколько сотен умерли позже от ранений, другие пропали без вести, никто не знал – попали они в плен или погибли. Капрал Рубин официально числился "пропавшим без вести в бою".

На самом деле Тибор вместе с другими пленниками попал в лагерь к китайцам. Первые месяцы они провели в заброшенном шахтёрском посёлке. Когда их привели туда после изнуряющего перехода под пронизывающим ветром и снегом, пленные повалились в кучу на полу в крохотном бараке. Они были так слабы, что никто не жаловался на голод. Тибор не мог спать, он знал, что должен достать еду своим умирающим от голода товарищам. Ещё на пути до бараков он заметил ряд сараев.

Он прокрался к ним, открыл один и нырнул внутрь. У стенки он нашёл мешки с мукой, в бочках были какие-то овощи, съедобные на вкус. Тибор затянул штанины и рукава куртки – точно так, как делал в Маутхаузене – и набил их неизвестными овощами. Так он снова стал добытчиком для своих товарищей. Но он помнил не только, как искать еду. Он умел ухаживать за ранеными, промывал им раны, кипятил воду на огне в каске. Он знал, как избавиться от вшей и как обязательно выжать кладки яиц из швов одежды.

Происхождение Рубина заинтересовало китайское начальство лагеря. Его стали вызывать на беседы и "промывать мозги". Ему говорили, что китайский и венгерский народы объединились с международной борьбе с империализмом и эксплуатацией трудящихся. Наконец ему предложили вернуться в Венгрию. Но Тибор притворялся дурачком, он говорил: "Невозможно промыть мозги тому, у кого их нет".

В конце марта состоялся так называемый "малый обмен" – добровольный обмен 6200 северокорейцев и китайцев на 608 больных и раненых американцев, британцев и других солдат ООН. Рубин был одним из 150 американских солдат, доставленных под защиту ООН. Когда носилки Тибора занесли в палатку в "Деревне свободы" в Пханмунджоме, раввин спросил, как он пережил эти два с половиной года. "Я знал, как нужно разговаривать с китайцами, – ответил Тибор. – У меня уже был похожий опыт с нацистами".

Эти слова цитировали все крупные газеты США. Тибор стал знаменитостью, его преследовали журналисты, фотографы, и даже продюсеры приглашали на голливудские вечеринки и премьеры. Известные авторы предлагали описать его историю в книге, снять фильм. Но Тибор говорил, что занят, отказывался встречаться с авторами, оставлял звонки без ответа, и постепенно про него забыли.

Он наконец стал гражданином США, женился, у него росли сын Фрэнк и дочь Рози. Он работал в винном магазине брата, жизнь была хороша, он не задумывался о прошлом и не вспоминал о войне до 1981 года, когда на национальной встрече ветеранов вдруг столкнулся Рэндаллом Бриером. Встреча взволновала обоих, а внимательный Бриер осмотрел Тибора и спросил, где его медали? Получил ли он их в итоге? Не поняв, о чем речь, Тибор рассказал про два "Пурпурных сердца".

Узнав, что никакой Медали Почёта Рубин так и не получил, Рэндалл пообещал сделать всё, чтобы восстановить справедливость. Так началась долгая кампания ветеранов Корейской войны в поддержку Тэда Рубина. Трудно перечислить всех, кто принял в ней участие, длилась она почти 25 лет, но однажды в доме Рубиных раздался звонок из Пентагона. Тибора поздравляли с награждением Медалью Почёта, высшей военной наградой страны. Он решил, что это розыгрыш, и повесил трубку, но ему перезвонили и строго проинструктировали, что и как сделать, чтобы оказаться на церемонии награждения в Белом доме.

23 сентября 2005 года в Восточном зале Белого дома президент Буш-младший признал, что США в долгу перед Тибором Рубиным, и назвал его героем страны, за которую он воевал и которая стала его второй родиной. Подвиги Тибора, совершенные за полвека до этого, были официально внесены в журналы боевых действий, чтобы никто не мог их отрицать. Книга о нем все-таки была написана. По свидетельству автора Дэниэла М. Коуэна, Тибор Тед Рубин говорил: "Моя мать нас учила, что все мы братья и сестры и что если ты делаешь мицву – просто хорошее доброе дело и ничего кроме этого, – это лучше, чем идти в храм и биться головой и просить Господа о помощи. Я помогал людям, потому что я мог".

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.

Наши блоги