Блог | "Висла" как государственное преступление, или Страницы украинской трагедии, которые не вписываются в польский исторический миф
Будьте первыми в курсе главного – подпишитесь на Новини на OBOZ.UA в Google
В годовщину операции "Висла" мы вспоминаем одну из самых замалчиваемых страниц украинско-польской истории, о которой ни один польский политик сегодня точно не упомянет. Поэтому напомним им о преступлениях, совершенных их предшественниками в 1947 году.
После Второй мировой войны этнические украинские земли – Лемковщина, Надсяння, Холмщина и Подляшье (историческое Закерзонье) – оказались в пределах Польши. Эту границу единолично начертил Иосиф Сталин при молчаливом согласии западных союзников. Передача Закерзонья польскому коммунистическому правительству была политической взяткой Москвы, чтобы заручиться лояльностью к новому марионеточному правительству в Варшаве. Миллионное местное украинское население никто не спрашивал. Их лишили права на самоопределение и обрекли на статус бесправного меньшинства в государстве, которое сразу взяло курс на построение моноэтнической Польши.
Чтобы заставить украинцев "добровольно" уехать в Советский Союз, в 1944–1946 годах польские власти и вооруженное подполье создали для них невыносимые условия. Украинцев обкладывали непосильными налогами, грабили, лишали земли и медицинской помощи. Регулярные части польской армии ("Войско Польское"), милиция и антикоммунистическое подполье ("Армия Крайова", "Крестьянские батальоны") систематически сжигали украинские села.
Масштабы этого террора поражают: около 480 тысяч украинцев под угрозой смерти были депортированы в УССР, а от 5 до 10 тысяч мирных жителей погибли. История сохранила десятки примеров бесчеловечной жестокости, которые являются бесспорными военными преступлениями:
Сагринь (март 1944 г.) – уничтожено более 600 украинцев, село сожжено дотла.
Павлокома (март 1945) – подразделение Армии Крайовой расстреляло 366 украинцев (включая женщин и детей), загоняя их в церковь, а затем убивая на кладбище.
Пискоровичи (апрель 1945 г.) – убито более 300 мирных жителей, собравшихся в школе в ожидании переселения.
Завадка Мороховская (1946) – регулярные части польской армии трижды атаковали село, убивая людей штыками и топорами, чтобы не тратить патроны. Погибло 73 украинца, село было полностью уничтожено… Те 140 тысяч украинцев – лемков, бойков, холмщак – которым удалось пережить этот террор и остаться на родной земле, стали мишенью весной 1947 года. Коммунистическое правительство Польши начало операцию "Висла" – масштабную этническую чистку. Официальной целью называли ликвидацию УПА, но фактической была окончательная принудительная ассимиляция. Людей выселяли на западные и северные "Возвращенные земли", рассеивая так, чтобы в одной деревне было не более 10 % украинских семей.
Символом этой карательной операции стал Центральный трудовой лагерь в Явожне – бывший филиал нацистского Аушвица, который польские власти перепрофилировали для украинцев. Туда без суда и следствия бросали местную интеллигенцию, священников и всех, кого подозревали в симпатиях к подполью.
Через Явожно прошло почти 4 тысячи украинцев (из них более 800 женщин). Людей подвергали пыткам и содержали в нечеловеческих условиях.
Более 160 украинцев погибли там от пыток, болезней и истощения.
Это прямое доказательство того, что операция основывалась на принципе коллективной ответственности и носила именно карательный характер.
Сегодняшнее замалчивание и маргинализация операции "Висла" в польском общественно-политическом дискурсе – не случайность, а следствие ряда глубоких исторических, политических и экономических причин.
Прежде всего речь идет о страхе разрушения мифа об исключительном мученичестве. Современная польская историческая память фундаментально опирается на концепцию нации-жертвы, которая веками страдала от внешних врагов. Безоговорочное признание "Вислы" этнической чисткой и государственным преступлением требует от общества принять чрезвычайно неудобную правду о том, что поляки осуществляли террор против мирного населения и были палачами. Чтобы избежать этого когнитивного диссонанса, используется удобное оправдание. Даже те польские деятели и историки, которые вскользь упоминают о депортации, сознательно манипулируют фактами, называя её "суровой военной необходимостью" или прямым возмездием за Волынскую трагедию. Такая риторика позволяет психологически и политически возложить вину за этническую чистку на самих украинцев.
Кроме того, такой подход позволяет накапливать политический капитал. На разжигании исторической травмы Волыни и демонизации украинцев политики эффективно зарабатывают рейтинги, успешно мобилизуя правый и консервативный электорат. Зато искреннее раскаяние за концлагерь в Явожне, сожженные лемковские села и сломанные судьбы сотен тысяч депортированных не принесет никаких электоральных дивидендов, а лишь вызовет критику.
В конце концов, существуют вполне конкретные и прагматичные имущественные последствия, которых польское государство пытается избежать. Полное юридическое и политическое признание операции "Висла" преступлением на официальном уровне неизбежно откроет правовой путь к реституции – встанет вопрос о возвращении незаконно отчужденных украинских земель, лесов и домов на территории Закерзонья или же о выплате масштабных финансовых компенсаций потомкам жертв.
Еще в 1990 году Сенат Польши осудил операцию "Висла", но в современной Польше этот дискурс сошел на нет. Более того, в 2023 году польский Институт национальной памяти отметил, что операция "Висла" была гуманным актом и это переселение только пошло украинцам на пользу. Поэтому совершенно не стоит удивляться всем тем вещам, которые сейчас происходят в шовинистической польской среде под руководством Навроцкого. Формула примирения "прощаем и просим прощения" не может работать в одну сторону. Учитывая такую явно польскую позицию, украинское государство больше не имеет права оставаться в роли того, кто лишь оправдывается. Украинскому институту национальной памяти (УИНП) и Министерству иностранных дел Украины (МИД) необходимо гораздо активнее и систематичнее поднимать вопрос об операции "Висла" и репрессиях в Закерзонье на международной арене. Украина должна твердо отстаивать свою историческую правду и официально требовать от польских властей государственных извинений за эти преступления, этнические чистки и трагедию Явожна
