Блог | Не мир, а капитуляция под новым названием: как Кремль пытается переписать саму логику войны
Будьте первыми в курсе главного – подпишитесь на Новини на OBOZ.UA в Google
Главная тенденция последних суток – все более очевидный разрыв между дипломатической риторикой и реальным поведением россии. кремль заявляет о готовности быстро возобновить переговоры при посредничестве США. Дональд Трамп после телефонного разговора с путиным заявил, что тот якобы "хочет заключить соглашение". Но принципиальное противоречие никуда не исчезло: Украина отвергает требование передать россии дополнительные территории, а москва публично не отказалась от своих максималистских условий.
Параллельно россия продолжает наносить удары по гражданским и логистическим объектам. 9 сентября в результате удара по торговому центру в Сумах погибли два человека, около 20 получили ранения. На пункте пропуска "Старокозаче" на границе с Молдовой погибли двое гражданских, ещё трое были ранены. В Киеве – один погибший и не менее 17 раненых.
В ночь на 9 сентября рф применила баллистические ракеты "Искандер-М", боеприпасы S8000 "Бандероль" и 196 БПЛА различных типов. 165 беспилотников были сбиты или подавлены, попадания ракет и ударных БПЛА зафиксированы в 23 точках.
Это не деэскалация.
На фронте картина также существенно отличается от российской пропаганды об "обвале Украины". ISW в отчете за 9 сентября не зафиксировал подтвержденного территориального продвижения ни одной из сторон. Российские провоенные блогеры сами признают украинские контратаки в районе Лимана и критикуют "красивые доклады", которые искажают реальную ситуацию.
В то же время риски в Донецкой области остаются высокими. россия систематически применяет кабо против Краматорска и Дружковки, создавая условия для дальнейших наступательных и инфильтрационных действий в районе Славянско-Краматорского "крепостного пояса". Речь идет не только о продвижении войск, но и о разрушении городской застройки, которую в дальнейшем можно использовать для проникновения небольших штурмовых групп.
Украина, со своей стороны, расширяет кампанию дальних ударов. 9 сентября Силы обороны атаковали военно-морскую базу и портовую инфраструктуру Новороссийска. Украинская сторона сообщила об ударах по кораблям – носителям "Калибров", в частности по фрегату "Адмирал Эссен", авиации и элементам ПВО. Масштабы повреждений еще уточняются.
В то же время ССО заявили об одном из самых глубоких поражений за время войны – Новоуренгойском и Пуровском газоконденсатных предприятиях в Ямало-Ненецком автономном округе, расположенных более чем в 3 000 км от Украины. Российские власти подтвердили пожар на промышленном объекте в Новом Уренгое.
Логика украинской кампании по нанесению ударов на большие расстояния становится системной:
ПВО и радары → авиация и флот → командование и склады → логистика → нефтегазовая база войны.
Речь идет уже не о символических акциях, а о постепенном увеличении стоимости войны для россии, снижении ее военных возможностей и разрушении ощущения "безопасного тыла".На международном уровне критической остается ПВО. Украина заказывает около 1 000 ракет Patriot, но большинство из них поступит только в течение следующих лет. Именно поэтому Киев просит партнеров передавать перехватчики из своих запасов уже сейчас. Германия объявила о дополнительных поставках PAC-2.
Параллельно Общий суд ЕС отклонил иск Венгрии против использования сверхприбылей от замороженных российских активов для поддержки Украины. Юридически это узкое решение, но политически оно ослабляет одну из линий сопротивления использованию российских средств для финансирования украинской обороны.
Внутриполитический фон также важен. Генеральный прокурор Руслан Кравченко подал в отставку на фоне антикоррупционного расследования в отношении одного из руководителей прокуратуры. Сам Кравченко не является подозреваемым. Для партнеров ключевым здесь является не конкретная фамилия, а способность НАБУ и САП действовать независимо и расследовать дела в отношении высокопоставленных чиновников.
Параллельно Верховная Рада должна повторно рассмотреть вопрос о НДС на международные посылки стоимостью до €150 – одно из условий дальнейшего сотрудничества с МВФ. В условиях большого бюджетного дефицита финансовая дисциплина фактически становится составляющей национальной безопасности.
Отдельный фронт – гибридная война против Европы. Канцлер ФРГ Фридрих Мерц заявил, что попытка атаки беспилотниками на аэропорт Лейпциг/Галле готовилась в россии в течение нескольких месяцев. Румынская SRI сообщила о сорванной операции, координируемой россией, по сбору данных о стратегических военных объектах, в частности об украинских транспортных самолетах.
Это уже не "подозрения", а конкретные контрразведывательные дела и официальная атрибуция.
Экономические ресурсы кремля также дорожают. По данным российского Минфина, дефицит федерального бюджета за январь–август достиг 5,8 трлн рублей, или около 2,5% ВВП, уже превысив первоначальный годовой план. Нефтегазовые доходы сокращаются, а государственные, прежде всего военные, расходы растут.
Это не означает скорого экономического коллапса россии. Но война все более очевидно вытесняет гражданскую экономику военной, а кремль вынужден поддерживать высокие военные расходы в ущерб другим направлениям.
И именно в этом заключается главный информационный риск.
кремль пытается изменить саму суть вопроса о войне.
Не "почему россия не прекращает агрессию?", а "почему Украина не соглашается на мир?".
Схема проста: "россия наступает" → "Запад устал" → "путин готов договариваться" → "Киев отказывается" → "следовательно, Украина ответственна за продолжение войны".
Это опаснее старого "россия все равно победит". Потому что теперь ставка делается не на веру в российскую силу, а на усталость, страх и желание закончить войну любой ценой.
Именно поэтому реальный дипломатический прогресс нужно измерять не количеством телефонных разговоров, не словами о "соглашении" и не атмосферой переговоров.
Критерии другие: уменьшается ли российская боевая активность; отказывается ли кремль от территориального диктата; появляются ли реальные механизмы гарантий, контроля и ответственности за нарушение договоренностей.
По состоянию на утро 10 сентября подтвержденных признаков принципиального изменения российской стратегии нет.
Итак, главное сегодня – не позволить Кремлю выдать продолжение агрессии под видом "мирной инициативы".
Ведь если агрессор не отказался от своих целей, не прекратил удары и не изменил условий – это не мирный процесс.
Это попытка заставить жертву агрессии капитулировать под новым названием.
