Блог | Чем слабее украинско-польские отношения – тем сильнее Россия. Устраивает ли это Евросоюз?

СЛУЧАЙНОЕ СОВПАДЕНИЕ? НЕ ДУМАЮ!

(Это обращение не только к польскому народу, но и к Евросоюзу, который должен пресекать бессмысленную политику использования истории в предвыборной гонке, а не рассматривать резолюции в пользу бывшего имперского режима)

Мы не имеем права молчать, когда политики, приходящие к власти с помощью популизма, политических технологий и советских методов, начинают использовать историю как оружие. Особенно тогда, когда такая риторика объективно работает в пользу государства-агрессора.

Речь идет о президенте Польши Кароле Навроцком.

Еще возглавляя Институт национальной памяти Польши, он публично заявлял, что украинцы имеют право сами определять своих национальных героев. Если это Степан Бандера или Роман Шухевич – это выбор украинского народа.

После избрания президентом риторика кардинально изменилась.

Что произошло?

Изменилась ли история?

Или изменилась лишь политическая конъюнктура?

Сам премьер-министр Польши Дональд Туск неоднократно говорил, что историческая тематика активно использовалась в предвыборной кампании Кароля Навроцкого. Итак, возникает закономерный вопрос: не стала ли история просто инструментом борьбы за голоса?

Совпадение обстоятельств? Не думаю.

Нельзя не обратить внимание и на другое.

Именно политические силы, поддержавшие Навроцкого, неоднократно организовывали блокирование украинской границы, высыпание украинского зерна и информационные кампании против поддержки Украины. При этом эти сюжеты практически мгновенно подхватывали российские пропагандистские ресурсы, которые использовали их для дискредитации Украины, Польши и всего европейского партнерства.

Совпадение? Не думаю.

Еще в советские времена Москва сделала историю Волыни одним из главных инструментов для разжигания вражды между украинцами и поляками. Сегодня эти же информационные методички активно использует кремлевская пропаганда.

Вместо комплексного анализа истории обществу предлагают упрощённую политическую формулу: есть только один виновный и только одна жертва.

Но история никогда не бывает настолько примитивной.

До Второй мировой войны украинское население на территориях тогдашней Второй Речи Посполитой подвергалось масштабной дискриминации: политику пацификации, ограничение украинского образования, преследование общественных организаций, закрытие православных храмов, колонизацию украинских земель осадниками и силовое подавление любого национального движения.

В то же время имперская политика угнетала не только украинцев. Она в значительной степени лишала прав и самих поляков, концентрируя власть в руках государственного аппарата и военно-политической элиты.

Любая имперская модель порождает конфликт.

Когда годами накапливаются унижения, насилие, несправедливость, социальное неравенство и межнациональная ненависть – взрыв становится лишь вопросом времени.

Именно поэтому трагедию Волыни невозможно анализировать, вырвав её из исторического контекста.

Ни одно преступление нельзя оправдывать.

Ни одно убийство мирных людей не имеет оправдания.

Но так же нельзя оправдывать политику, которая десятилетиями создавала предпосылки для этой трагедии.

Если сегодня отдельные польские политики фактически оправдывают имперскую политику межвоенной Польши, не желая говорить о её ответственности за накопление межнациональной ненависти, то возникает закономерный вопрос:

За что они выступают – за демократию, за правила Евросоюза или за имперские амбиции?

Готовы ли они понести ответственность за последствия этой имперской политики?

Не повторяют ли они те же ошибки, которые однажды уже привели к морю крови?

Еще один вопрос.

Правоохранительные органы Польши и Служба безопасности Украины разоблачили организованные группы, которые, по данным следствия, действовали в интересах российских спецслужб и организовывали антиукраинские акции за вознаграждение в 100–200 долларов.

Совпадение? Не думаю.

Массовые информационные кампании, профессиональная символика, дорогостоящая организация протестов, мгновенное распространение материалов российской пропагандой – все это требует ответа на простой вопрос:

Кто финансирует такие процессы? Государственный бюджет Польши?

Из кармана Навроцкого?

Совпадение? Не думаю.

И кому они выгодны?

Выигрывает от этого только кремль.

Ведь чем слабее украинско-польские отношения – тем сильнее россия.

Именно поэтому любой ответственный европейский политик должен не разжигать исторические конфликты, а совместно с историками обоих государств искать правду, признавать преступления всех сторон и строить будущее без манипуляций.

История не должна быть технологией избирательных кампаний.

Она должна быть наукой.

Ведь когда политики начинают использовать историю как оружие – выигрывает не Польша.

Не Украина.

Выигрывает только Кремль.