«У каждого молодца есть мечта: идет он по улице, и подходит к нему вроде старец и говорит: «Ну, вот ты и здесь, пойдём, и всё узнаешь!» Или находит он на дороге сундук с сокровищем-богатством – и забывал он о нём порой, а вот жить без него всерьёз не получалось…

Видео дня

А у меня такого не случилось, - продолжил Сан Саныч.

Да и ладно – жизнь всему сама научит, думал. А что ты ко мне пришёл, молодец. С чем на этот раз пожаловал?

Вот живу я, дедушка, как-то неправильно. И живой, и руки-ноги целы, а разгона в жизни не наблюдается. Как будто хожу близко от вершины своей, а всё меня водит вокруг и около. Как начну вверх подниматься, тяжесть какая-то наваливается, и вниз идти легче кажется. И не вверх уже манит – отдохну, думаю, и дальше к ней пойду. А вершина из тумана в солнечные дни показывается – вот она, вся тут, как есть, моя. Постою, полюбуюсь, и дальше иду, куда шёл, на кривую надеюсь. Правильно ли иду – всё равно. У тебя-то как было? Может, подскажешь, где силы взять?

И-и, тёзка, и я так бродил-куролесил. В лесу тёмном спать-ночевать приходилось, и в клетке тихонько сидел, и на ночлег к людям просился. Кто пускал, а кто и нет – как раз те, к кому больше всего хотелось прийти, погреться рядом. До того доходился, что всё ненастоящим стало казаться. Сказки в голову вернулись, те, что в детстве слышал. И люди вокруг уже не люди, а сплошь бабы яги, кащеи бессмертные, иваны-королевичи. Змеи-горынычи даже попадались, с виду ласковые. А женщины все - сплошь василисы премудрые и принцессы заморские. У всякого по три испытания наготове. Нанимаются к ним разные – одному жениться невмочь, другому богатства хочется, третьему- молодости вечной, четвёртому – ещё что. Только мне ничего не хочется. Что, думаю, за болезнь? Хожу-брожу, вокруг смотрю, да запоминаю. Тебе хоть рассказать.

И не работал-таки  ни на кого?

Было дело – тут поднести, там убрать. Есть захочешь – сделаешь. Вот однажды черёмухи мне захотелось, - шибко люблю я эту ягоду. Набрал с собой, а всё есть не стал. Засохли несколько ягодок, сморщенные стали. Съем, думаю, когда невмоготу станется. Вспомнилась мне моя черёмуха во дворе дома родного. Белая вся, кружевная, будто невеста. И говорит она мне: «Съешь мою ягодку, сбудется всё, что пожелаешь». Говорю ей: «Пусть у тебя всё будет, что хочешь. Прости, что забыл тебя надолго. Спасибо, что вспомнила меня, горемычного. Цвети, дорогая». Она в ответ: «Я тебя никогда не забывала. Дарю тебе эти ягодки. Съешь по одной, и будет то, что я тебе сочиню!» Согласился я  тогда, любит ведь меня она, где бы ни росла. Ел я черёмушинки, - грех не есть, от чистого сердца подарены.

И что же насочинилось, приключилось с тобой?

А может и приключилось, всего не упомнишь, старый я стал. А знаю только, живёт она где-то, обо мне думает! И успокоился. Понял ли чего, милый?

Не понял, дедушка, но спокойно мне стало.

Вот и хорошо, тёзочка, вот и ладно. Ступай с миром. Следующий там кто?

Да нет никого в предбаннике. Козлёнок только в уголке.

Впусти его, третий день вокруг да около мается. Из копытца напился, мучается теперь, бедный.

Дед Сан Саныч протёр запотевшее зеркало и зачерпнул ковшиком холодной воды.