Микола Мельниченко: Ющенко, Тимошенко і Янукович - однакові

Микола Мельниченко: Ющенко, Тимошенко і Янукович - однакові

Чтобы развеять все слухи вокруг этого дела и «открыть глаза» избирателю на некоторых участников предвыборной гонки, Николай Мельниченко дал пресс-конференцию в столице.

Видео дня

Ющенко могли обвинить в шпионаже

- Я в свое время очень много рассказал про политическую коррупцию Виктора Януковича. Я предоставлял и аудиозаписи, и обращался официально к Стретовичу, Омельченко, в правоохранительные органы, чтобы они дали юридическую оценку тем фактам, которые задокументированы на записях относительно действий Виктора Януковича. К сожалению, я не получил от них адекватной реакции.

По словам майора Мельниченко, ему очень жалко и противно смотреть, как сегодня висят баннеры о том, что Украине нужен Литвин.

- Да, я с этим баннером согласен, только нужно еще дописать несколько слов: «Украине нужен Литвин, у которого руки в крови». Просто об этом забыли и многие журналисты, и украинское общество. Литвин - активный член банды Кучмы.

Как отметил Николай Мельниченко, он долгое время молчал и не хотел доводить до ведома общественности информацию о настоящем обличии Ющенко, Тимошенко и других людей. Мельниченко убежден в том, что если бы не его записи, и не реакция украинского общества на те страшные преступления, о которых узнали украинцы, то мы сегодня имели бы совсем другую страну. То есть, сегодня в десятке самых коррумпированных и самых отчаянных грабителей своего народа вместо Лазаренко на первом месте стояла бы Тимошенко.

- Виктор Андреевич Ющенко не был бы сейчас Президентом, а скорее всего, он бы получил политическое убежище в Соединенных Штатах Америки, а в Украине против него было бы заведено уголовное дело за то, что он американский шпион вместе со своей женой Катериной Чумаченко, - подытожил экс-офицер безопасности УГОУ.

Мне было обидно за оппозицию

- Я долго терпел и надеялся, что Ющенко, Тимошенко, которые были немногим лучше, - рассказал Мельниченко журналистам, - я подчеркиваю - немногим лучше, чем преступник Кучма… Надеялся, что они используют исторический шанс, который предоставила им Украина, и они будут работать в интересах Украины. К огромному сожалению, этого не случилось.

Как заметил майор, эти политики не только не стали лучшими, но и подобно Кучме внедряют неправомерные методы для получения и удержания безграничной власти. Для того чтобы использовать ее в своих частных интересах.

Как рассказал Николай Мельниченко, он очень много сделал для того, чтобы случилась «Оранжевая революция» и чтобы к власти пришли и Ющенко, и Тимошенко. Даже, когда Мельниченко документировал записи, он «знал, кто такой Ющенко», но делал все для того, чтобы даже «такого слабого премьер-министра как Ющенко» не «съел» Кучма.

Но в 2001 году Мельниченко был шокирован заявлением, которое подписал Ющенко вместе с Кучмой и Плющом относительно действий оппозиции. О том, что оппозиция - это фашисты.

Поскольку опальный майор себя причислял к оппозиции, он душой был с теми людьми, которые выходили на акцию «Восстань, Украина», «Украина без Кучмы». И он это воспринял очень болезненно лично для себя. Но даже тогда он подал ни одного сигнала относительно моральности действий Ющенко.

- И даже после того, как Ющенко назвал оппозицию «фашистами», и после того, как в 2001 году осенью, когда Ющенко приехал в США, и горячо пожал мне руку и поблагодарил, а потом, когда эту информацию СМИ предали огласке, лживо заявил, что этого не было.

В очередной раз майору стало очень больно разочаровываться в нем, но и в этот раз он стерпел. С его слов, он свои личные амбиции поставил намного ниже, чем интересы Украины.

Кучма купил Ющенко за должность

Было ясно, что в этот раз Николай Мельниченко молчать не станет. Для того и созвал журналистов. Как он потом объяснил свое поведение, «много сил и энергии потрачено на то, чтобы власть в Украине сменилась». Тем более, что Николай утверждал, что не знает, как долго он сможет говорить вообще - на него идет настоящая охота.

- К сожалению, и Ющенко, и Тимошенко, и Янукович - все они являются одним целым. Все они - политические коррупционеры, - с сожалением произнес майор. - Я вынужден продемонстрировать вам небольшой фрагмент доказательств, которые подтверждают наличие политической коррупции в действиях Виктора Андреевича Ющенко.

Журналистам продемонстрировали фрагмент записи беседы, которая, со слов Николая Мельниченко, состоялась 25 августа 1999 года в 10 часов 30 минут в кабинете Президента Кучмы с Главой НБУ Виктором Ющенко. Кучме в 1999 году необходима была помощь, чтобы снять социальное напряжение в обществе, для того, чтобы общество спокойнее восприняло факт фальсификации президентских выборов.

- И Ющенко согласился на эмиссию, - прокомментировал запись Николай Мельниченко. - Ющенко понимал, что эта эмиссия очень негативно скажется в первую очередь на простых людях. Но когда Кучма предложил цену, которую он готов заплатить за эту эмиссию лично Виктору Андреевичу, последний не устоял. «Я принадлежу вам. Я принадлежу вам», - сказал он, услышав, что ему предлагают пост премьер-министра.

(демонстрируется запись, на которой можно разобрать слова человека, говорящего голосом Виктора Ющенко: «Я принадлежу вам. Я принадлежу вам».)

После пресс-конференции я подошел к Николаю с просьбой дать интервью для «Комсомолки». Он не отказал. Правда, уточнил, что пообщаться мы сможем в его больничной палате, где он восстанавливается после инсульта.

Мельниченко садится в машину «скорой помощи», в которой находится под чутким наблюдением двух врачей-кардиологов. За автомобилем следует служба охраны, которая приставлена к Мельниченко, как к особо важному свидетелю по резонансным делам, и мы направляемся в больницу.

Мне предлагали высокие должности за молчание

В частную клинику входим через запасный вход. Так ближе к палате. Перед палатой дежурит охранник, посматривая на монитор камеры наружного наблюдения. В палате - стол, кушетка и пара стульев. На столе - нетронутый и уже остывший завтрак.

- Не убирайте, - сказал он охраннику, попытавшемуся сменить холодную еду на горячий обед. – Я же еще не завтракал.

- Спрашивай, - обратился он ко мне и принялся заполнять какой-то больничный листок.

- Николай, после того, как вы передали часть своих записей Морозу, изменилось ли что-нибудь в ваших надеждах на будущее Украины? Ваши надежды оправдались?

- Я передал записи Морозу, а это произошло 18 октября 2000 года, как раз в мой день рождения (почему я и запомнил дату, собственно). Тогда меня жена ждала на праздничный ужин, приготовила, а я приехал очень поздно.

В разговоре с Морозом в тот вечер я его попросил обнародовать записи, чтобы остановить преступления Кучмы. Он пообещал, что обнародует. Еще я попросил, чтобы Мороз меня куда-то спрятал, чтобы меня просто не убили - у него на даче, или в каком-то посольстве. Я рассчитывал, что за какие-то две-три недели, режим Кучмы падет, и я вернусь на службу и к обычной жизни. Я верил, что под тяжестью неопровержимых доказательств преступлений Кучмы, он предстанет перед судом. Мороз меня остудил, сказал, что за две-три недели этого не случится, что я наивный, что это займет два или три месяца - не меньше. И поэтому он рекомендовал мне выехать на это время с Украины. Прошли два-три месяца, Ющенко подписал письмо «трех», где назвал нас «фашистами». Я понял, что это будет продолжаться не два-три месяца, и даже не один год. И по рекомендации тогдашней оппозиции я выехал в США, хотя у меня не было никакого желания выезжать в Штаты. Перед тем, как мне США предоставили политическое убежище, Великобритания мне предлагала свои услуги в этом вопросе. Мне надо было только прийти. Потом ожидание перешло в года, и я понял, что убрать Кучму мы можем только на президентских выборах 2004 года. Я все делал для того, чтобы Ющенко, который был чуть-чуть лучше Кучмы, мог реализовать те надежды, которые возлагал на него украинский народ, чтобы коррупция, бандитизм были вырезаны их украинской политики, как злокачественная опухоль.

После оранжевой революции, к возникновению которой я также приложил немало сил (кстати, моя жена также была на Майдане, к слову, тогда Юра Луценко обещал дать ей охрану, но так и не дал), у меня была надежда на то, что все сказанное там - это не пустые слова. Я надеялся, что Ющенко реализует все обещанное на Майдане. Но после разговора с помощником Ющенко Третьяковым 8 марта 2005 года, у меня уже не было никаких иллюзий относительно того, что бандиты будут сидеть в тюрьмах. Мне предлагалось заключить сделку с «дьяволом», чтобы я перестал публично обвинять Кучму, Литвина, чтобы я забыл о записях. Мне позже предлагали должности. Мне намекали, если я соглашусь на все предложения, которые идут от команды Ющенко, я могу занять должность заместителя главы СБУ.

Если бы не страх Тимошенко, Гонгадзе мог быть жив

- А деньги вам предлагали за ваше драгоценное молчание?

- Как уже говорил Александр Ельяшкевич, мы принимали участие в переговорах с представителями Кучмы. Были разные предложения. Одним из предложений были десятки-десятки миллионов долларов за молчание, за неинициирование уголовных дел против Кучмы, за то, чтобы оригиналы записей и записывающих устройств не были доказательством в суде. Мы с Ельяшкевичем устояли от этого соблазна.

- После того, как вы раздули скандал с записями, у вас стало больше друзей или меньше?

- Я не раздувал скандал. Я задокументировал те преступления, которые совершались Кучмой (Николай поправил на руке массивный хронометр с тризубцем на голубом фоне, подаренный на день рождение в прошлом году Николаем Томенко). И если бы в свое время не струсила Юлия Тимошенко... А я предложил ей сотрудничество в предотвращении преступлений Кучмы, но она делегировала свои полномочия в ведении переговоров со мной Александру Турчинову. Мы с ним встретились ночью, я ему предоставил некоторые аудиофайлы и попросил, чтобы он помог легализировать прослушку кабинета президента, чтобы Украине очиститься от Кучмы и «кучмизма». К сожалению, Турчинов сказал, чтобы я работал с Морозом. Если бы Юлия Владимировна тогда не испугалась, то Украина сегодня была бы намного лучше. Не исключено, что Георгий Гонгадзе был бы сегодня жив. Мы бы намного раньше начали процесс очищения Украины от преступников.

Относительно друзей… Мои близкие пострадали от того, что я инициировал опубликование этих записей. Моего лучшего друга майора запаса СБУ уволили со службы. Но мы с ним остались в прекрасных отношениях. Его просили, принуждали, подкупали сразу после того, как Мороз обнародовал записи, чтобы он нашел меня. То есть, моя фамилия еще не была названа, но в тот же вечер спецслужбы знали, что это я. Но настоящие друзья остались друзьями.

- С самого начала всего этого скандала с записями Вы говорили, что это никак не связано с политикой и Вы всячески от политики самоустранялись. Сегодня мы видим фамилию Мельниченко в списках Партии Вольных демократов. Это называется «переступить через принцип» или как?

- Нет. Просто ситуация в украинской политике настолько критическая, что я сам пробить эту коррумпированную машину не в силах. Нужна команда единомышленников, которая будет стоять за этим. Я не старался быть депутатом. Вам это известно. Я отказывался быть в списках депутатов. Я никогда не хотел быть политиком, и я сейчас таковым не являюсь. Но ситуация в стране катастрофическая. И если не будет команды, которая будет влиять на процессы, которая будет говорить народу, что его обманывают, то ничего не изменится.

Сегодня я с теми людьми, которых я знаю долгие годы. Я знаю Ельяшкевича, Бродского, Одарича, Выдрина, Золотарева. Это те люди, с которыми можно идти в разведку, и они всегда прикроют спину. И никаких сомнений, насчет того, что это не та команда, у меня нет.

- Ну, а зачем тогда вам быть депутатом?

- Чем больше будет депутатов от Вольных демократов в парламенте, идеологических, тем меньше будет там депутатов купленых. Чем больше нас, честных, тем меньше их, коррумпированных.

Мечтаю стать генералом

- Если сравнивать две ситуации: ту, когда вы могли сделать карьеру и дослужиться до генерала, и ту, когда вы сегодня политический изгой. Где вам комфортнее?

- Каждый человек выбирает для себя путь. Один человек выбирает путь - закрыть глаза и пройти мимо преступлений на улице и спокойно жить дальше. Другой человек будет рваться в бой, он будет выбивать пистолет из рук убийцы, который направлен на беззащитного. Я как офицер, который давал присягу защищать свой народ, не мог поступить иначе. Если кто-то может иначе, то это их выбор.

Да, я мог бы сделать вид, что не замечаю те преступления, которые совершались в Администрации президента. Я мог бы иметь свои личные блага. Я был не просто рядовым офицером, я был начальником подразделения, у меня в подчинении было много офицеров. Я имел возможность позвонить губернатору, решить любые вопросы. Я мог бы закрыть глаза и не подвергать риску жену, дочь. Но я офицер, и я не мог переступить через свой долг как гражданина Украины.

- А как же «хороший солдат», который мечтает стать генералом?

- Я тоже мечтаю быть генералом. Но на войне, как на войне. Если солдат на передовой не идет в штыковую, а думает о том, чтобы не умереть и дослужиться до генерала, это не офицер. Вот и я не думал, выживу я или не выживу. Для меня присяга была превыше всего. Поэтому сравнение немного неуместно.

- Хорошо, тогда вопрос немного необычный, если позволите… Я еще на пресс-конференции заметил, и теперь мои догадки начинают чем-то подтверждаться.. Там был ноутбук Toshiba, в палате у вас ноутбук Toshiba. И если вспомнить, чем Вы записывали разговоры, то там также присутствовала эта марка. Это как понимать прикажете?

- Нет, это никак не связано. У меня были различные диктофоны. И Panasonic, и Sony. Тот, который проверяли американцы, оказался Toshiba. Но это случайность.

В моей команде 50 миллионов человек

- Как отнеслась ваша семья к тому, что вы таким вот образом и себя, и близких поставили под угрозу?

- Слава Богу, у меня не просто жена, а спутница по жизни, которая меня всегда и во всем поддерживала. Моя семья пострадала, это правда. Мне вчера дочь прислала СМС о том, что она заболела и хочет меня увидеть поскорее. И я от этого страдаю. Есть, конечно, люди, которые упрекают меня за мою настойчивость. Даже мама Георгия Гонгадзе Леся неоднократно просила меня не биться лбом о стену. Стена - это украинская власть. И после того, как я ей ответил, что я не могу, потому что у меня одна страна, ее словами были: «Ты такой же, как мой сын Гия».

В 2001 году, когда меня вывезли в Штаты, у меня практически не было денег. Мне Сорос дал грант 20 тысяч долларов. Но нужно было провести экспертизу. Когда приехал Григорий Омельченко, он убедил меня отказаться от того источника, который финансировал экспертизу, чтобы «не делать чистые дела грязными деньгами». А у меня других денег не было. На те деньги, что выделил Сорос, нам нужно было жить: покупать одежду, еду, платить за жилье. Омельченко мне сказал, что можно не переживать, мол, Юлия Тимошенко потом все вернет, потому как она против Кучмы готова на все. Пришлось поверить ему на слово. Мы поехали в Вашингтон, я переписал финансовые обязательства на себя, убедил жену, чтобы она отдала все деньги на экспертизу под гарантии Омельченко.

Но прошла неделя после отъезда Омельченко, вторая прошла. Нам приходилось спать на полу, заболел ребенок. А Омельченко не брал трубку. В это время к нам приходят люди, которые имеют некоторое отношение к Григорию Омельченко, и говорят: «Давай не трогать Кучму, он отдаст власть Ющенко, вы получите 7 миллионов долларов и мы дело закрываем». Мне даже показали кейс с наличными.

Я пришел к жене и говорю: «Такая-то ситуация, мне предлагают то-то и то-то». Она тогда посмотрела на меня и сказала: «Я жила без денег и без денег переживу. Ты решай сам, сможешь ли ты пережить, если пойдешь на сделку со своей совестью». В итоге мне пришлось сказать этому человеку: «Да, я согласен. Но 7 миллионов долларов должно быть уплачено каждому человеку из моей команды». На вопрос, сколько нас человек в команде, я ответил - нас 50 миллионов.

После такого моего отказа ФБР меня предупредило о том, что из Украины выехал сотрудник спецслужб с поручением меня убить. Называли даже фамилию. И после этого было много сигналов. Я требовал от Украины официального расследования этих фактов, но Украина отказывается проводить какие-либо расследования на эту тему.

Всех политиков надо писать

- Как считаете, сегодня кто-нибудь пишет Ющенко у него в кабинете?

- Когда я буду в парламенте, я внесу законопроект, чтобы разговоры высших лиц государства в кабинетах официально документировались. Чтобы не было соблазна никакому брату, свату, «любому друзю» планировать и совершать противоправные действия в кабинете главы государства, находясь на госслужбе.

- Так это будет запись только внутри госучреждения. Никто же не помешает выйти собеседникам в какое-нибудь кафе и там все обсудить.

- Пусть выходят. Но тогда уровень незаконных распоряжений будет на порядок ниже. Мы должны заставить эту власть быть честной. А быть честными - это наказывать зло. Зло в лице Кучмы, который ограбил страну на миллиарды долларов.

- Когда же у нас станут честными политики?

- После суда над Кучмой. Когда диктаторских полномочий не будет ни у Кучмы, ни у Ющенко, ни у кого-либо другого на самом высоком посту. Я не исключаю, что отмена института президентства может стать меньшим злом для Украины.

Беседовал Евгений МУДЖИРИ