Тезис о необходимости отделения власти от бизнеса был одним из ключевых в избирательной кампании Виктора Ющенко. Как показала практика, новый глава государства недооценил заинтересованности членов собственной команды в переформатировании, а не уничтожении этой потенциально преступной, но чрезвычайно выгодной и обладающей мощными корнями связи.

Видео дня

До последнего времени новой власти удается относительно успешно отделять от бизнеса разве что представителей старой власти. Особенно не повезло в этом вопросе Виктору Пинчуку. Украинскому олигарху, обладающему уже второй созыв депутатским мандатом, отдавили без жалости и сантиментов самые больные, имущественные, мозоли. Оперативно-показательное изъятие «Криворожстали» еще можно объяснить издержками предвыборной риторики Ющенко, а вот с Никопольским заводом ферросплавов Виктору Михайловичу не повезло больше – в пространстве и времени совпали интересы государственного менеджера Юлии Тимошенко и главного конкурента Пинчука – группы «Приват». Правда, и сама Юлия Владимировна еще в начале 90-х годов прошлого века «наказывала» Виктора Михайловича по бизнесовым делам. Отсюда-то, как утверждают информированные источники и злые языки, и берет начало их последовательная взаимная неприязнь. Надо сказать, что решительность, с которой у нелояльных к новой власти собственников изымают драгоценности корон их бизнесовых империй, заставляет заподозрить наличие у процесса то ли конфискации, то ли реприватизации не только общественно-моральных и экономических, но и политических предпосылок.

Очевидно, необходим небольшой исторический экскурс. На период правления Леонида Кучмы припал процесс накопления первичного капитала и перераспределения собственности. Эти процессы для постсоветского пространства в целом характеризуются небезупречностью, чтобы не сказать нечистоплотностью. В Украине права собственности на интересные объекты в течение второго президентского срока Леонида Даниловича получали преимущественно лояльные к власти финансово-промышленные группы. Если быть совсем точным, - то группы, бывшие частью самой власти. Нельзя сказать, что у них наблюдался хронический консенсус по вопросам распределения лакомых кусочков собственности, но в целом они работали достаточно слаженно.

После парламентских выборов 2002 года без непосредственного политического прикрытия осталась только группа «Приват». «Регионы Украины» отстаивали интересы донецкого бизнеса, СДПУ(о) – собственных спонсоров, включая до определенного времени Константина Григоришина, «Трудовая Украина», а при необходимости – и группа «Союз» - довольно эффективно защищали интересы Виктора Пинчука. Группу «Укрсиббанка» прикрывали «Демократические инициативы», сопредседателем которых был Александр Ярославский. Отцы-учредители «Привата», по слухам, контактировали непосредственно с Виктором Медведчуком, что позволяло бизнес-группе выдерживать конкуренцию с президентским зятем. Сам Кучма пытался соблюдать принцип относительной равноудаленности, хотя бизнес-империя Пинчука и получала некоторые преференции. До сих пор говорят о том, что Виктор Пинчук и Ринат Ахметов получили возможность купить «Криворожсталь» со значительной скидкой только потому, что активно поддержали Виктора Януковича в ходе президентской кампании.

Однако победа Виктора Ющенко спутала все карты представителям крупного бизнеса. Прозвучавшие на Майдане обещания создали массу проблем для тех, кто хотел бы договориться с новой властью. Одна реприватизационная лихорадка, когда количество предприятий, которые необходимо вернуть в государственную собственность, колебалось от нескольких десятков до нескольких тысяч, серьезно измотала крупный отечественный бизнес. К тому же правительство сделало ставку на импортеров, постепенно ущемляя права экспортеров. Крупному бизнесу ненавязчиво предложили заплатить за новую социальную политику правительства. На это согласились далеко не все, однако братья Ярославские, например, не стали выбирать конфронтационный сценарий отношений с новой властью, а нашли себе новую политическую «крышу» в лице спикера Владимира Литвина. Интересный аспект – если «народники», работающие во власти, могли испытать на себе проблемы кадрового свойства, то бизнесмены, «ушедшие в народ», пока чувствуют себя вполне комфортно.

По сути, никто из крупных бизнесменов не хотел ссориться с новой властью – все они прошли непростой путь накопления богатства, и вряд ли заинтересованы потерять его в политических схватках. Все, кого называют олигархами, были готовы договариваться, но далеко не всем позволили сформировать повестку дня переговоров. Причем сделано это было довольно жестко. Виктора Пинчука, к примеру, не спасли от покушений новой власти на «Криворожсталь» и Никопольский завод ферросплавов ни имидж мецената, ни содействие в проведении выездного заседания Давосского бизнес-форума в Украине, ни наличие многочисленных заокеанских и европейских друзей. Рината Ахметова (далеко не столь интенсивно полоскаемого новой властью) весьма настойчиво приглашают на беседу в МВД. Наверное, даже минимально политизированной домохозяйке уже ясно – самому богатому человеку Украины предлагают максимально продлить свой зарубежный отпуск.

В это же время «постарадавшему от эсдеков» Константину Григоришину после революции стало жить легче, уже никто не подбрасывает ему наркотики и оружие, даже наоборот. В нескольких ранее частично принадлежавших российскому бизнесмену облэнерго активные господа с силовой поддержкой попытались силой сменить менеджмент. Примчавшиеся на защиту собственности депутаты-эсдеки потом утверждали, будто захватчики прикрывались светлым именем секретаря СНБО. О том, что власть руками Петра Порошенко благоволит Григоришину, говорит и «приватовец» Игорь Коломойский, отрицающий наличие взаимной заинтересованности в отношениях между группой «Приват» и Юлией Тимошенко. Наверное, и пестрящие по всему Киеву призывы вернуть «Криворожсталь» и НЗФ в госсобственность рекламщикам сквозняком неизвестного происхождения навеяло. Правда, Коломойский признал в интервью «Зеркалу недели», что ведомая им ФПГ будет принимать участие в конкурсе по продаже обоих предприятий, предпочитая выкупать их у государства, а не покупать у Пинчука. Очевидно, что перечисленные в бюджет деньги позволят одному из всеукраинских богачей получить больше политической выгоды, чем пополнение оборотного капитала коллеги-олигарха. Понятны и выгоды премьера, особенно на фоне слухов о многочисленных пробоинах в доходной части госбюджета.

Интересно отметить, что, кроме уже упомянутого Порошенко и его разновекторно распространенного бизнеса, в чести у новой власти «Индустриальный союз Донбасса». ИСД «правильно» вел себя в ходе президентской кампании, и уже получил за это вполне ощутимые дивиденды. Проблемы с покупкой бизнес-группой Таруты-Гайдука польского металлургического комбината в Гуте Ченстоховой были решены вскоре после продуктивной беседы Ющенко и Квасьневского. Получил ИСД и президентское благословение на запуск нового производственного цикла на Алчевском металлургическом комбинате.

Создание преференций тому или иному бизнесу не является украинским ноу-хау, наши власть имущие просто еще не научились эффективно прятать свои симпатии. Ситуация еще интересна и тем, что подвинуть «старых» олигархов будет непросто – они не только довольно уверенно стоят на ногах, но и предприняли превентивные меры. К тому же многие основные отрасли промышленности надежно поделены между ветеранами олигархического фронта, и войти в этот клуб «с улицы» будет непросто, даже при полной поддержке новой власти. «Старичкам» же достаточно защищать свою собственность, что априори требует меньших усилий, чем ее приращение.

Впрочем, процесс оказания выборочного покровительства тем или иным представителям крупного бизнеса не будет продолжаться бесконечно. Очевидно, воплощение в жизнь политической реформы сместит векторы влияния на политико-экономические процессы. Крупному бизнесу станет гораздо выгоднее и интереснее официально спонсировать политические партии, роль которых после прохождения в парламент значительно вырастет. Украине еще предстоит пройти путь постепенного отхода практикующих бизнесменов от политической деятельности и их замену профессиональными законодателями. В цивилизованных странах крупные корпорации традиционно помогают правым партиям, в Украине же сегодня выход для многих политических сил при их идеологической расплывчатости лежит в плоскости диверсификации финансирования. Это означает постепенный переход к привлечению представителей малого и среднего бизнеса к финансированию политической деятельности.Хорошо известно, что долгое время помогать финансово и организационно иным, кроме провластных сил, для украинского бизнесмена означало подставиться под многочисленные проверки и прессинг фискальных органов. Переход к цивилизованным формам партийного фандрайзинга и исчезновение барьеров на пути финансирования партий – один из важных тестов на реальную демократичность новой власти. Ее ключевым персонажам предстоит пройти тест на отказ от соблазнов решить многие проблемы, используя гандикап «неформального» финансирования. Прозрачность и открытость формирования партийных фондов – один из краеугольных камней демократической системы, после утверждения которого в общественно-политическом фундаменте отделение власти от бизнеса перестанет восприниматься как нечто фантастическое и нереальное.