Анне Вески: "Я рыба, которая плавает сама по себе, но делает это ярко, потому что она — все же немного Обезьяна"

1,5 т.
Анне Вески: 'Я рыба, которая плавает сама по себе, но делает это ярко, потому что она — все же немного Обезьяна'

Когда-то Урмас Отт называл Анне Вески эстонской Пугачевой. Да и сама Анне не без удовольствия вспоминает времена, когда в хит-парадах она опережала российскую примадонну… С развалом Союза для большинства наших зрителей она исчезла. Хотя на самом деле в жизни певицы практически ничего не изменилось: она по-прежнему живет в своем доме на берегу Балтийского моря, по-прежнему поет, гастролирует и по-прежнему любима зрителями.

Для широкой публики ваша звезда засияла на эстрадном небосклоне как-то сразу, вдруг. Тогда в родной Эстонии вас назвали певицей номер один…

— Сама я это звание не очень люблю. Что это значит, номер один? Кто-то из зрителей любит меня, а кто-то — другого. Для одного человека я — номер один, а для другого… например, номер три! Ну и пусть, меня это нисколько не расстраивает!

Тем не менее, Анне, вы фактически единственная эстонская певица, известная у нас…

— Просто меня больше всего знают на территории бывшего Советского Союза. Но так и должно быть! Я на сцене больше двадцати лет, и думаю, что те любовь и уважение, которые у меня есть сегодня, мне достались по праву.

Вы много гастролируете сегодня?

— Довольно много. Летом обычно работаю дома — в это время года в Эстонии проходит много праздников, и работают все площадки, на которых может собраться народ (а вообще-то у нас залы маленькие). С осени начинаются гастроли. Кстати, и в Украину я приезжаю довольно часто: принимала участие в фестивале "Мелодия двух сердец", в сборных концертах, меня приглашали в жюри конкурса "Золотой скиф" в Донецке…

А если вам предложат выступить в один и тот же день в России, Украине и у себя на родине, где вы предпочтете поработать?

— Если честно, то где будет выгоднее, туда и пойду...

Совпадают ли ваши вкусы и вкусы вашей публики? У вас одни и те же любимые песни?

— Так получилось, что у многих моих песен очень интересные истории. Например, довольно необычная история у песни "Возьми меня с собой". Записала ее очень давно: я тогда была еще очень молодая, но уже почти известная певица. Самое интересное, что сама я эту песню в свой репертуар ни за что не выбрала бы, но мне сказали: "Если хочешь попасть в "Голубой огонек", то будешь петь именно ее!". В общем, песню для передачи записали, и я о ней благополучно забыла. Прошло десять лет, и мне пришло в голову исполнить "Возьми меня с собой" на концерте. И что вы думаете? Оказалось, что это — один из моих самых популярных хитов! А я об этом даже не догадывалась!

А песня "Радоваться жизни"? Я ее записала когда-то давно, но за двадцать лет ни разу не пела на своих концертах! Только в последние пять лет я включаю ее в свой репертуар, а раньше мне и в голову не приходило, что она очень популярна!

То есть эти песни любимы только зрителями, а вам самой нравятся совсем другие?

— Нет, теперь я их тоже очень люблю. И именно за то, что их любят зрители. Как знать, может, именно эти песни сделали меня когда-то популярной…

Вы верите в гороскопы?

— По гороскопу я Рыба, родилась в Год Обезьяны. Можно сказать, что я — Рыба, которая плавает сама по себе, но делает это ярко, потому что она — все же немного Обезьяна.

Анне, есть ли какие-то слова, которые, по вашему мнению, достойны стать вашим жизненным девизом?

— Не унывать! В крайнем случае — просто молча делать то, что тебе нужно. А вообще, все эти слова — в моих песнях. Я пою только те песни, которые мне близки. Я — оптимистический герой: "Завтра будет лучше, чем вчера!".

Правда ли, что в Прибалтике артисты, поющие на русском языке, подвергаются преследованиям чуть ли не как изменники родины?

— Честно говоря, сегодня уже все наоборот. В советское время я в Эстонии вообще не пела по-русски — только по-эстонски. А все русскоязычные песни оставляла для гастролей. Сегодня ситуация сложилась прямо противоположная: наши эстонцы буквально требуют на концерте, чтобы я пела по-русски! Вы себе не представляете, насколько у нас сегодня популярны русские песни, их даже на эстонский язык переводят! У людей какая-то ностальгия появилась, что ли… Да, раньше некоторые старые националисты считали русский языком оккупантов, но это все давно ушло, и сегодня мы живем без предрассудков, спокойно и свободно.

Вас на родине критикуют?

— Наверное, всех критикуют. Но я никогда не обижаюсь: меня если и критикуют, то по-доброму, по-хорошему.

Вы человек больше контактный или конфликтный?

— Скорее, ни то ни другое. Если обо мне говорят хорошо, мне это, конечно, как и каждому человеку, приятно. Если плохо — это неприятно, но я таких людей просто вычеркиваю из своей жизни.

У вас замечательно красивый акцент, а в песнях он почти не заметен…

— Песни я уже до того заучила наизусть, что не могу ошибиться, слова сами из меня льются. Может, это как-то связано с голосовыми связками? Говорят, даже заики поют без запинки.

У вас очень много песен. Неужели вы никогда не забываете слова на сцене?

— Иногда забываю. Дело в том, что когда много раз поешь одни и те же песни, то это происходит автоматически. Но если забыла первое слово — то все! На этот случай у меня всегда есть с собой записная книжечка, где записаны все мои песни, и куда я подглядываю перед концертом. Но иногда даже это не помогает. Помню, как-то музыканты уже начали играть, а я не могла вспомнить первых слов. Стою перед микрофоном, как столб. Ребята поняли, что у меня склероз, и вновь начинают тот же проигрыш. Тогда я стала принимать всякие красивые позы, делать проникновенное лицо и изо всех сил изображать, что вхожу в роль. При этом поглядываю на музыкантов, чтобы они мне слова подсказали. А они только плечами пожимают: мол, сами забыли и… в третий раз начинают играть то же вступление! Но сколько же можно? Пришлось уйти за кулисы, чтобы посмотреть текст! С тех пор у меня всегда за кулисами стоит костюмерша с моей записной книжечкой.

А что вы еще забываете?

— Если частые гастроли, то могу забыть, в каком городе мы находимся. Но это чревато неприятностями. Знаете, перед концертом принято приветствовать публику: "Здравствуй, Самара!" или "Да здравствует Киев!" — смотря где выступаешь. Так вот, с моим коллегой из эстонского коллектива "Апельсин" произошел такой случай. Он совершенно забыл, где находится, и перед приветствием обернулся к своим музыкантам: дескать, ребята, подскажите, как называется город. И барабанщик пошутил: "Мухосранск!". Он так и объявил: "Здравствуй, Мухосранск!". Несколько минут в зале стояла гробовая тишина — публика, конечно, была в шоке. Потом пришлось извиняться и ссылаться на то, что он плохо говорит по-русски.

В Таллинне есть ваши фанклубы?

— Да, есть два: побольше и поменьше.

Чем они занимаются?

— Это я себе не очень хорошо представляю. Наверное, встречаются, ездят на природу, устраивают разные игры — короче, веселятся. Меня тоже приглашают, только у меня всегда времени нет.

Но вы лично знакомы хоть с кем-нибудь из фанатов?

— Конечно! Есть такой чудик Хиллер Кофи. Когда-то он писал мне письма, и поэтому запомнилось название его деревни — по-русски это звучит "Могила Водки". Чтобы проверить, есть ли такая деревня на самом деле, я решила ему ответить: если письмо вернется — значит, это просто шутка. Но оказалось, что у нас действительно есть такая деревня! Этот парень часто пишет статьи в разные газеты, и у него есть такая манера: о чем бы он ни писал, все сводится к тому, что Анне Вески лучше всех.

Очень приятно иметь таких преданных поклонников! А приходилось вам сталкиваться с отрицательными проявлениями своей известности?

— Дураков везде много. Как-то я возвращалась с гастролей, и меня встретила девушка с огромным чемоданом. Оказывается, она уже жила три дня у моей мамы! Я спрашиваю: "Вы кто?" — "Ну как же! — отвечает она. — Я же вам писала! Я приехала из Украины поступать в Таллиннскую школу!" Она почему-то решила, что я должна ей во всем помочь. Но я не помогла: такая нахалка оказалась, что пришлось выгнать… Как-то раз приехал мужик из Свердловска, и тоже с полной авоськой вещей! "Вы кто?" — "Как? Ты что, меня не помнишь? Я же был на твоем концерте!"

В Таллинне у вас свой дом?

— Да. Кстати, в одном из интервью я сказала, что наш дом находится на берегу моря, и после этого поклонники мне так и пишут: "Таллинн. Дом на берегу моря. Анне Вески". Но письма все равно доходят — почтальоны меня хорошо знают.

Вы давно купили этот дом?

— Еще в советское время, только мы его не покупали, а сами строили. Пытались нанять дизайнеров, но они предлагали какие-то безумные проекты: минимум три этажа, три зимних сада, аквариум вместо пола… Но мне повезло: как раз в это время я уехала на гастроли в Финляндию, где жила в гостях. Дом был настолько практичен и продуман, что я решила его взять за основу. До сих пор мы довольны, что сделали именно так! Кстати, и все наши гости говорят, что в доме очень хорошая аура. И все праздники хотят отмечать именно у нас.

Вы любите принимать гостей, заниматься домом, готовить?

— Кухня — это мое слабое место. Готовить не люблю и не умею, зато великолепно мою посуду.

Вас по-разному воспринимают журналисты. Одни пишут, что вы вспыльчивая и капризная, а другие — что милая и обаятельная, доброжелательная…

— Не думаю, что обо мне можно сказать, что я вспыльчивая и капризная. Иногда наоборот, стоило бы побольше играть звезду… Посмотрите на нынешних маленьких звездочек — вот где много понта на пустом месте!

Как вы считаете, у вас есть какие-нибудь недостатки?

— Я очень медлительная во всем, что не касается сцены. Как тот финн, у которого все черепахи сбежали. Пока я что-то сделаю, муж десять раз это сделает. Зато, если меня не подгонять, я сделаю лучше. И терпеть не могу, когда заставляют или стоят над душой!

Вы не скучаете по старым добрым советским временам?

— Скучать нечего. В каждом времени есть что-то хорошее. Какой толк сейчас говорить, что тогда было лучше? Конечно, с распадом Союза моя концертно-гастрольная деятельность не могла не измениться — она тогда у всех поменялась. Если раньше билеты стоили три рубля и на мои концерты приходил весь город, то сейчас билеты стоят в сто раз больше, и, соответственно, людей, которые могут себе позволить прийти на концерт, стало гораздо меньше. И это совершенно не зависит от желания артиста и степени его популярности — жизнь стала другой.

Будучи заслуженной артисткой, вы имели определенные привилегии, которых, как говорят, вас недавно лишили?

— Никаких особых привилегий не было — разве что место на кладбище… Когда мне присвоили звание заслуженной артистки, я была совсем молоденькой, и без зазрения совести и лишней скромности спросила председателя Верховного Совета, что еще мне причитается за это звание. Он мне ответил: бесплатные похороны за счет государства и бесплатное место на кладбище. И еще дополнительную творческую комнату — тогда же был строго определенный метраж жилья на каждого человека. И вот я имела право на еще одну комнату, только мне ее выделять никто не собирался. Так что ни дополнительной творческой комнаты, ни места на кладбище (слава Богу) я так и не увидела.

Вы больше любите выступать в сборных концертах или в сольных?

— Сборные концерты — это хорошая возможность встретиться и пообщаться с коллегами, старыми знакомыми. Но все же в сборном концерте я — лишь маленькая участница большой программы. Поэтому гораздо больше люблю "сольники". Я чувствую настроение зала, знаю какую песню нужно сейчас спеть, чувствую, когда мне будут аплодировать, а когда зрители будут плакать. Только на сольном концерте я — хозяйка и могу делать все что хочу!

Гурген Григорян, "Киевский ТелеграфЪ"