Александр Турчинов: "Деятельность СБУ была одной из весомых причин свержения правительства Тимошенко"

Александр Турчинов: 'Деятельность СБУ была одной из весомых причин свержения правительства Тимошенко'

В последнее время Виктор Ющенко неоднократно вспоминал о встрече «в лесу» с участием некоторых министров, состоявшейся накануне увольнения Тимошенко, где якобы обсуждался план государственного мятежа. В ходе интервью Александра Турчинова выяснилось местонахождение этого штаба «повстанцев»-- тайная сходка состоялась на даче, которую он получил как председатель СБУ. По его словам, сначала Тимошенко предложила министрам приехать поговорить к офису «Батьківщини». Но те отказались. «То есть, люди больше боялись, что их обвинят в симпатии к Тимошенко, но не догадывались, что все намного хуже — им будут приписывать заговор!» — смеется Турчинов.

Видео дня

- Александр Валентинович, расскажите, как часто вы общались с президентом, когда были главой СБУ?

- На первом этапе, до нашего конфликта по НАК «Нефтегаз Украины», это было еженедельно. После конфликта я больше перешел на письменное информирование президента. Хотя где-то раз в две-три недели мы все равно встречались.

После этой истории мне была предложена технология связи через первого помощника Третьякова.

При том, что сам Третьяков — человек, заинтересованный в энергетических нюансах. Для меня это было достаточно унизительно — договариваться о встрече с президентом через его помощника, который, может, захочет, а может, и не захочет включать в график. В таких условиях я просто перестал инициировать эти встречи.

- Эта история конфликта вокруг «Нефтегаза» уже начала обрастать мифами. Ваша версия — как все было на самом деле?

- Ни для кого в Украине не секрет, где всегда была наиболее серьезная экономическая проблема — это топливно-энергетический комплекс. Именно там была сконцентрирована львиная доля теневого обращения.

В Службе безопасности был департамент, который занимался экономической контрразведкой, и энергетический блок был в поле зрения. Я экономист по специальности и понимаю, что такое несбалансированный энергетический комплекс. В нашем случае это зависимость всей страны даже не от «Газпрома», не от России... (смеется) А от кучки мошенников, прятавшихся за посредническими схемами!

Более того, СБУ имела информацию, кто за кем стоит. Где имел влияние на процессы Кучма, где его помощники, экс-руководители НАК «Нефтегаз», кто работал из-за границы. Все это не было тайной! Информация собиралась, как часто делает СБУ, на всякий случай... Хотя, безусловно, во времена Кучмы серьезные расследования не проводились. Это фактически была фигура умолчания, заниматься которой было опасно не только для здоровья, но и для жизни. Я был убежден, что если не поломать эти схемы, не отрезать посредников, не возвратить прозрачную систему, то те сотни миллионов долларов все равно будут использованы как колоссальный коррупционный ресурс.

- Какова роль Кучмы в этом процессе?

- Такие схемы не могли существовать без патроната высшего руководства государства. В этих условиях существовала цепь распределения финансовых ресурсов, вывозимых за границу, которые потом распределялись между участниками схем. Есть оперативные данные — кто сколько получал. Скажу так: это сотни миллионов долларов ежегодно в пользу команды, во главе которой стоял Леонид Данилович.

Уже в конце августа — начале сентября у нас почти все было готово для предъявления обвинений главным фигурантам преступления. Единственное — нужно было принять решение, какие меры пресечения применять к обвиняемым, потому что кое-кто работал на высоких государственных должностях, кое-кто готов был при первой угрозе рвануть за границу. Но ситуация сорвалась... Это совпало с публичными заявлениями о коррупции в непосредственном окружении президента и моей отставкой. Я считаю, что именно деятельность СБУ была одной из весомых причин свержения правительства Тимошенко. Она была отстранена от должности, потому что ей предъявлялось требование сдать меня. Потому что я, по-видимому, слишком многим мешал.

- Расскажите, приходил ли Андрей Ющенко в СБУ давать объяснение, кто предоставил ему машину BMW M6, которая повлекла за собой громкий скандал?

- Мне некорректно рассказывать о тех, кто приходит в СБУ, так как они там ищут защиту... Я скажу так: что касается сына президента, то незадолго до моей отставки я информировал президента письмом с грифом «секретно» о тех проблемах, с которыми столкнулся его сын. Там говорилось об окружении Виктора Андреевича и настоящей мотивации ценных подарков для сына президента. И я вносил предложение, как помочь этому парню. Вынужден сказать, что главная причина проблем Андрея — это отношения, которые сложились между окружением президента и самим Ющенко.

- Если идти по очередности вопросов, то следующим должен быть об отравлении Виктора Ющенко...

- Я знаю, что экспертиза до сих пор не сделана. Ее принципиально не хотят проводить в украинском учреждении, и это также непонятно. Институт экогигиены и токсикологии был ведущим учреждением по этим вопросам не только в Украине, но и в Советском Союзе. И они способны провести экспертизу. Кстати, они очень много нам помогали, когда мы занимались этой темой.

Для более качественной работы нужно вложить какие-то копейки в новое оборудование в этом Институте. Оно у них фактически есть, его нужно просто установить. То есть Украина готова проводить экспертизу не хуже, чем за границей.

- Недавно Петр Порошенко рассказал свою версию скандала с домом по ул. Грушевского, 9-а. Он все опроверг, а в конце возмущенно и эмоционально сказал: «Как пастор Турчинов может смотреть в глаза своей пастве, если он меня оклеветал!»

- Я не пастор. Это уже за мной закрепилось как прозвище! Я проповедую в церкви, но пастор — это более серьезное и ответственное служение. Однако могу сказать, что мне никому не стыдно смотреть в глаза. Потому что я не сказал ни одной неправды о Порошенко!

В связи с тем, что это дело незаконно закрыто, могу объяснить некоторые нюансы... Все началось с того, что человек, которого можно считать опорной фигурой Петра Алексеевича в его холдинге «Укрпроминвест», вызвал владельцев строительства и сказал: «Если вы желаете завершить дом, то Порошенко разрешает вам выбрать два варианта: или получить отступной за этот объект (который даже не покрывает половины себестоимости!), или отдать контрольный пакет — половину дома переписать на другую структуру».

Они начали торговаться, объясняя, что все это для них прямые убытки. В общем, они привыкли работать под крышей той власти, и их не удивил шантаж, но требования для них были невозможны. Им сказали: «Торг здесь не уместен!»

Когда они не согласились, была дана команда одному из экс-министров из «Нашей Украины» заблокировать строительство, что он и сделал. Эти потерпевшие обратились к одному из депутатов «Нашей Украины», который пришел к экс-министру и попросил: «Не занимайтесь ерундой, так как твои пожарники требуют нереальные вещи. Люди ежедневно несут миллионные убытки». Этот экс-министр ответил депутату: «Ты этот вопрос решай не со мной, а с Порошенко. Пока он мне не даст команду, я не разрешу строительство».

Депутат, глубоко обиженный, что вымогательством занимаются его коллеги, дал показания СБУ. И, безусловно, мы не могли не реагировать на это. Так началось следствие. Что касается аргумента Порошенко, что он не звонил по телефону владельцу этого строительства... Действительно, эти парни сами просились попасть на прием к Порошенко, потому что никто, кроме него, не решал этот вопрос!

Они просили об одном: «Сделайте нам не такие жесткие условия!» И когда не смогли нечего сделать, они были вынуждены даты показания по этому делу. Т.е. это дело полностью готово в суд, и свидетели живы!

И я возмущен, когда сегодня говорят о закрытии дела. Пискун — это сложная, противоречивая фигура... Но он имел смелость не запретить своим подчиненным предъявить обвинение Порошенко. Именно следствием этого стало увольнение генпрокурора. Сразу после отставки Пискуна мне стало известно, что у следователей забрали это дело. Было получено указание от президента закрыть дело в течение двух-трех дней. О чем я и сообщил СМИ. И им ума не хватило, чтобы не действовать по пустякам по этому сценарию! Дело закрыли в течение двух дней!

- Вы были в этой команде во время выборов. И у вас не было предчувствия, что все так закончится?

- Да, в команде были бизнесмены, но я был убежден, что опыт Кучмы и его окружения должен всех чему-то научить! Нельзя как у Шварца — убить дракона, и не успело его тело остыть, как сам превращаешься в дракона, хуже, чем был. Но сейчас такой грустный итог оранжевой революции.

- Как руководитель штаба на выборах 2006 года, расскажите, будет ли вообще какой-то позитивный меседж Блока Юлии Тимошенко?

- Я бы посоветовал политическим силам, находящимся при власти, не давать предлог прессе создавать почву для скандалов. Ибо что бы ни появлялось в СМИ, все говорят: «Это дозированно вбрасывает Турчинов!». Я не хочу такого страха людей! Мы не планируем побеждать на критике. Наша цель — великая, уважаемая и зажиточная Украина. Над программой, как это сделать, сегодня и работает БЮТ.

- Какой будет ваша стратегия на выборах?

- Кроме расширения штабов, имеющих серьезный опыт работы и в более сложных условиях, мы создали мощный интеллектуальный программный блок. Мы готовим не формальную программу для ЦИК, нет... Мы готовим программу действий правительства, чтобы когда мы будем формировать Кабинет министров, ни у кого не возникало вопросов: какую программу выполнять?

Чтобы нашу программу поддержал не только парламент, но и граждане на выборах! А то, что мы будем формировать правительство — у меня нет сомнений!

- Фактический руководитель «Нашей Украины» Роман Бессмертный заявил, что они готовы договариваться с БЮТ, но только чтобы Тимошенко не была премьер-министром. Может ли она быть спикером?

- Вы знаете, всякое может быть в жизни, но Роману Петровичу не везет на заявления... Он когда-то заявлял, что Тимошенко никогда не будет премьером, потом заявлял, что он никогда не будет работать в ее правительстве. И если в такой ситуации тебе предлагают должность, то лучше отказаться, чтобы выглядеть как принципиальный человек. Поэтому я скептически отношусь к заявлениям людей, которые не умеют держать слова.

- Кто будет работать в вашем штабе? Какое сегодня политбюро Блока Тимошенко?

- Я не хочу забегать вперед. Скоро состоится презентация нашего блока на выборах 2006 года. Кроме существующих в БЮТ партий, будут еще несколько новых. Не секрет, что с нами сотрудничают и Николай Томенко, и Александр Зинченко, которые не являются членами нашего блока...

- Еще есть Богдан Губский...

- К нам идут люди, которые стояли на разных майданах, но убежденные, что объединить Украину можем именно мы. Хочу сказать: для нас не является принципиальным состав партий, которые будут входить в блок. Это будет блок личностей, которые уже чего-то достигли в жизни. И такой принцип мы переносим не только на центральный, но и на региональный уровень.

- Сколько будет стоить место в списке БЮТ?

- Этому нет цены... (Пауза.) Я помню, как мы проводили предыдущую кампанию — не хватало средств на элементарные вещи, мы считали буквально копейки! Даже был такой случай: нам запрещали рекламу на телевидении, и когда мы через суд пробили разрешение, только запустили эти ролики, как... закончились средства!

Это были страшные времена... Сегодня по сравнению с прошлым у нас есть ресурсы. Поэтому нам нет смысла продавать места в списке.

- То есть, миллионеров не будет в вашем списке?

- При существующей инфляции, которую запустило правительство Еханурова, я такого не исключаю. (Смеется.)

- Приближается годовщина Майдана и так получается, что там рядом будут стоять нынешние враги. Каким в вашем штабе видится сценарий этого дня?

- Мне кажется, что праздник Майдана не должен быть политическим шоу какой-то политической силы. Если есть желание собраться у людей, которые за счет самоорганизации держали Майдан, у тех полевых командиров, которые были избраны народом — это было бы правильно. Захотели бы пригласить кого-то из политиков — это тоже было бы правильно.

Мы не планируем делать шоу на Майдане. Мы готовы выйти и просто пообщаться с людьми. Но есть проблема: если мы заявим, что выходим, то наши экс-коллеги из правительственной команды также выйдут. А выяснять на Майдане отношения — просто стыдно...

- Вы не считаете 22 ноября — день начала оранжевой революции — праздником?

- Я считаю это началом нашей свободы, но за нее нужно бороться ежедневно. И превращать в праздник день начала нашего движения, когда мы еще не дошли к цели — это неразумно.

- Будет ли в вашей предвыборной символике оранжевый цвет?

- Зачем нужно, чтобы нас кто-то путал с «Нашей Украиной»? Плюс они нам еще могут выставить счет — это же оформлено как собственность на сына Виктора Андреевича.

"ВВ"

www.vv.com.ua