Блог | Украинский бизнес во время войны: выживание в условиях многовекторной угрозы

Полномасштабное вторжение России 24 февраля 2022 года стало не только гуманитарной катастрофой, но и крупнейшим экономическим шоком в истории независимой Украины.

За три года войны украинская экономика понесла потери, сравнимые со Второй мировой, но демонстрирует парадоксальную устойчивость – ВВП сократился на 29,1% в 2022-м, но уже в 2023 году вырос на 5,3%.

Это не чудо, а результат сверхчеловеческих усилий бизнеса, который работает в условиях тотальной неопределенности, постоянных ракетных атак и системного давления со всех сторон. Украинские предприятия оказались под огнем в буквальном и переносном смысле: российские ракеты уничтожают заводы и склады, силовые структуры проводят обыски под прикрытием "предательских" статей, конкуренты используют информационные атаки для устранения соперников, а государство, не перейдя полностью на военные рельсы, возлагает финансирование армии на плечи налогоплательщиков. Это война на 360 градусов, где бизнес является одновременно донором, жертвой и заложником.

Экономическая катастрофа 2022 года: шокирующие цифры

По масштабам разрушений 2022-й войдет в историю как год глубочайшего экономического провала. Реальный ВВП Украины сократился на 29,1% – это худший показатель среди всех постсоветских стран за всю историю их независимости. Для сравнения: во время финансового кризиса 2008-2009 годов падение составило 14,8%, а в первый год российской агрессии на Донбассе (2014) – 6,6%. Инфляция достигла 26,6% в декабре 2022 года из-за полного коллапса логистики, разрушения производственных мощностей и монетарной политики Национального банка, который был вынужден печатать деньги для покрытия дефицита бюджета.

Прямые убытки инфраструктуре оцениваются в более чем $150 млрд, а общие экономические потери могут превысить $500 млрд. В первые три месяца войны было заблокировано около 30% экономической деятельности. Порты на Черном море – критическая артерия для экспорта зерна, металла и удобрений – оказались заминированы или под контролем врага. Железнодорожная логистика работала на пределе возможностей, пытаясь перенаправить грузопотоки через западные границы.

Энергосистема превратилась в главную мишень: по подсчетам экспертов, Россия уничтожила или повредила более 50% генерирующих мощностей Украины.

Несмотря на катастрофические прогнозы, экономика не рухнула окончательно. Бизнес демонстрировал невероятную адаптивность: производители переводили мощности на резервное питание, логисты строили новые маршруты через Польшу и Румынию, ІТ-компании продолжали работать даже под обстрелами. Правительство, поддержанное международными партнерами, смогло стабилизировать финансовую систему и обеспечить бесперебойные выплаты пенсий и зарплат бюджетникам.

Критически важной оказалась международная поддержка: только в 2022 году Украина получила более $30 млрд финансовой помощи от США, ЕС и международных финансовых организаций. Без этих средств государственный бюджет не смог бы функционировать – дефицит достиг почти 20% ВВП.

Восстановление 2023-2025: рост на руинах

Уже следующий, 2023 год стал годом неожиданного экономического восстановления. Рост ВВП на 5,3% удивил даже самых оптимистичных аналитиков. Этому способствовали несколько факторов: восстановление внутреннего потребительского спроса, стабилизация энергосистемы благодаря массовым поставкам генераторов и восстановительным работам, а также успешная работа альтернативных экспортных коридоров через Дунай и западные границы.

Ключевым достижением стало возобновление экспорта зерна. Украинские аграрии и логисты нашли способы экспортировать продукцию через румынские и польские порты, а также создали альтернативный коридор через Дунай. По итогам 2023 года Украина экспортировала около 50 млн тонн зерна – это на 20% меньше довоенного уровня, но значительно больше, чем ожидалось.

Политические риски и зависимость от помощи

А вот 2024 год оказался годом политических турбулентностей, что повлияло на экономическую динамику. Задержка с принятием пакета помощи США в $61 млрд, вызванная внутриполитическими противостояниями в Конгрессе, создала неопределенность и замедлила темпы роста до 3,5%. Украинская экономика продемонстрировала критическую зависимость от внешнего финансирования – без регулярных траншей госбюджет не может покрывать расходы на оборону и социальные обязательства.

Всего в 2024 году Украина получила $42 млрд международной помощи, что позволило не только удержать макроэкономическую стабильность, но и запустить государственную программу "Сделано в Украине", направленную на поддержку отечественных производителей и импортозамещение.

Под знаком неопределенности и новых вызовов: год 2025

Текущий 2025 год характеризуется ожиданием дальнейшего возобновления инвестиций, но систематические обстрелы критической инфраструктуры, особенно энергетических объектов, продолжают тормозить экономическую активность. Даже частичное разблокирование внешней логистики не решает всех структурных проблем: дефицит квалифицированных кадров, уничтожение производственных мощностей и высокая неопределенность в сфере безопасности сдерживают частные инвестиции. Дефицит государственного бюджета остается критическим и финансируется преимущественно за счет международных партнеров. По оценкам Министерства финансов, в 2025 году дефицит может достичь $38-40 млрд, что эквивалентно почти 20% ВВП.

Почему государство до сих пор не на военных рельсах? Экономика полувоенного состояния

Четвертый год полномасштабной войны, но украинская экономика до сих пор не перешла полностью на военные рельсы. В отличие от исторических примеров – СССР во Второй мировой, Израиль в 1973 году, Великобритания во время Фолклендской войны – Украина продолжает функционировать в режиме "полувоенной" экономики. Это означает, что бизнес платит налоги почти как в мирное время, но работает в условиях постоянных ракетных атак, блэкаутов и кадрового дефицита.

Государство не ввело тотальной мобилизации экономики, не национализировало стратегические отрасли, не ввело централизованного распределения ресурсов. Вместо этого оно полагается на рыночные механизмы, частную инициативу и донорство западных партнеров. С одной стороны, это позволило сохранить экономическую гибкость и избежать советской модели командной экономики. С другой – создало ситуацию, когда бизнес несет двойную нагрузку.

Налоговое бремя в военное время

Украинский бизнес продолжает платить налоги на уровне, близком к довоенному: налог на прибыль (18%), НДС (20%), единый социальный взнос (22%). При этом компании самостоятельно финансируют безопасность, покупают генераторы, организовывают эвакуацию сотрудников, восстанавливают поврежденную инфраструктуру. Фактически бизнес выполняет функции, которые в других странах берет на себя государство в военное время.

Олег, владелец среднего машиностроительного предприятия в Киевской области, описывает ситуацию так: "Мы платим налоги как в мирное время, но работаем в условиях постоянной угрозы. Государство говорит "держитесь!", но конкретных программ защиты бизнеса нет. Мы сами покупаем генераторы за миллионы гривен, сами организовываем безопасность, сами восстанавливаем после обстрелов. И после всего этого нам говорят: "А налоги уплатили?"

Релокация и кадровая катастрофа: географическое смещение производства

В начале 2022 года Украина пережила самую большую внутреннюю миграцию бизнеса в своей истории. Предприятия массово покидали Харьковскую, Донецкую, Луганскую, Киевскую, Черниговскую, Сумскую и Запорожскую области, пытаясь спасти оборудование, персонал и возможность продолжать работу.

В рамках государственной программы релокации около 800 предприятий официально переместили свои мощности, преимущественно в западные регионы – Львовскую, Закарпатскую, Ивано-Франковскую, Черновицкую области. Из них более 600 уже возобновили работу на новых локациях. Это истории успеха, но их меньшинство.

Большая часть бизнеса, особенно крупные промышленные предприятия, не смогла релоцироваться по объективным причинам: огромные габариты оборудования (доменные печи, прокатные станы), привязка к энергетической или транспортной инфраструктуре, уникальность производственных циклов. Металлургические комбинаты, химические заводы, тяжелое машиностроение – эти отрасли физически невозможно быстро переместить.

Парадоксально, но около 20% релокированных предприятий позже вернулись или начали возобновление деятельности в своих предыдущих локациях после деоккупации или стабилизации ситуации с безопасностью. Причина проста: на западе Украины они столкнулись с дефицитом квалифицированных кадров, проблемами с логистикой, отсутствием профильных поставщиков и значительно более высокими затратами на аренду и коммунальные услуги.

Микробизнес: бегство за границу

Если крупные и средние предприятия пытались релоцироваться внутри страны, то значительная часть микро- и малого бизнеса просто закрылась или переместилась за границу. Десятки тысяч предпринимателей, воспользовавшись режимом временной защиты в ЕС, открыли бизнес в Польше, Румынии, Словакии, Чехии. Это привело к двойному эффекту: с одной стороны, украинская диаспора усилила свое экономическое положение в Европе, с другой – Украина потеряла налогоплательщиков, рабочие места и предпринимательский потенциал. По разным оценкам, за границу переехало от 200 до 300 тысяч предпринимателей и их семей.

Кадровая катастрофа: работать некому

Самой острой проблемой для промышленности и строительства стал дефицит квалифицированных кадров. Потеря мужчин трудоспособного возраста, которые присоединились к Вооруженным силам Украины (по разным оценкам, от 500 тысяч до 1 млн человек), создала критический дефицит в традиционно "мужских" отраслях: металлообработке, машиностроении, строительстве, логистике, ремонте техники.

Марина, HR-директор машиностроительного завода под Днепром, описывает ситуацию: "У нас есть заказы, есть оборудование, но нет людей. Раньше на одну вакансию токаря приходило пять кандидатов. Сейчас мы сами ищем людей, предлагаем зарплаты вдвое выше рыночных, но все равно не можем закрыть все позиции. Мы работаем на 60% мощности не из-за отсутствия сырья или энергии, а из-за отсутствия людей."

Проблема усугубляется миграцией: миллионы украинцев выехали за границу, значительная часть из них – трудоспособного возраста. Женщины, которые традиционно не работали в тяжелой промышленности, не могут быстро заполнить эти вакансии из-за физических ограничений и отсутствия квалификации. Переквалификация и обучение новых работников требуют времени и инвестиций, которых у бизнеса нет.

"Маски-шоу 2.0": когда статьи Уголовного кодекса становятся оружием

Новая форма старой проблемы: президент Украины и правительство неоднократно заявляли о недопустимости "маски-шоу" – необоснованных обысков и давления на бизнес со стороны правоохранительных органов. После 2019 года количество таких случаев формально сократилось, но полномасштабная война создала новые возможности для злоупотреблений.

Классические "маски-шоу" трансформировались в "Маски-шоу 2.0" – теперь вместо экономических статей (уклонение от уплаты налогов, фиктивное предпринимательство) силовики используют наиболее резонансные и чувствительные для общества статьи, связанные с национальной безопасностью: статья 110 УКУ "Посягательство на территориальную целостность и неприкосновенность Украины", статья 111 УКУ "Государственная измена" и статья 437 УКУ "Планирование, подготовка, развязывание и ведение агрессивной войны".

Механизм давления: найдутся ли ложечки, а осадок точно будет!

Использование этих статей позволяет правоохранительным органам проводить значительно более жесткие следственные действия по сравнению с экономическими преступлениями: срочные обыски без предупреждения, изъятие всей документации и техники, арест банковских счетов, блокирование операционной деятельности.

При этом не нужно доказывать экономическое преступление – достаточно намека на "связи с врагом" или "финансирование агрессора".

Предприниматель, который попросил не называть его имени, рассказывает: "К нам пришли с обыском в шесть утра. Показали постановление о подозрении по статье 111. Мы в шоке – наша компания работает исключительно в Украине, платит налоги, помогает армии. Но, когда видишь такое обвинение, понимаешь – репутация уже разрушена. Даже если потом все закроют из-за отсутствия состава преступления, клиенты и партнеры уже отказались от сотрудничества. Банки заморозили счета. Сотрудники начали увольняться. За две недели такого "следствия" компания фактически уничтожена".

Основная цель таких действий часто не в расследовании реальных преступлений, а в создании давления для достижения других целей: вымогательство взяток, устранение конкурентов (заказные уголовные производства от бизнес-оппонентов), рейдерство, продажа собственниками бизнеса за бесценок, показательные дела демонстрации "борьбы с предателями" для отчетности.

Использование "патриотического" прикрытия делает этот вид давления особенно опасным: общество в условиях войны чувствительно к любым обвинениям в сотрудничестве с врагом, и медиа охотно подхватывают такие "сенсации" без тщательной проверки фактов.

Последствия для экономики, конечно, негативные. Если в классических "маски-шоу" страдали преимущественно отдельные компании, то новая волна репрессий под прикрытием "предательских" статей бьет по всей экономике. Крупные налогоплательщики, которые обеспечивают поступления в бюджет и финансируют армию, оказываются под ударом. Сокращение их доходов из-за репутационных атак и блокирования деятельности приводит к уменьшению налоговых поступлений, а следовательно – к недофинансированию обороны.

Кейс "Мономах": анатомия информационной атаки. Компания-ветеран под ударом

История компании "Мономах" – это классический пример того, как успешный украинский бизнес может стать жертвой информационной атаки и возможного рейдерства под патриотическим прикрытием.

"Мономах" – компания с 34-летней историей, основанная в 1991 году. Это национальный лидер чайно-кофейного рынка с годовой выручкой более 2,5 млрд грн, который контролирует до 30% отечественного рынка чайной продукции. Премиум-бренд Lovare признан чайным брендом №1 в Украине в 2025 году. Компания имеет 100%-но украинский капитал, никаких иностранных владельцев или офшорных схем.

Финансовый вклад в оборону

Цифры говорят сами за себя: налоги: 300 млн грн в 2024 году + 171 млн грн за первую половину 2025-го = 471 млн грн за неполных два года.

Помощь ВСУ начиная с 2014 года – более 100 млн грн (транспорт, дроны, снаряжение, продукция).

Проект "Чай для Героев" – это более 65 млн порций чая, которые переданы военным после февраля 2022 года.

Восстановление "Охматдет" – одна из первых компаний, которая откликнулась и перечислила 1 млн грн в июле 2024 года на восстановление после российской атаки.

После оккупации Великой Дымерки в феврале 2022 года и повреждения 50% производственных мощностей компания быстро возобновила производство и сохранила коллектив из более чем 500 сотрудников. О релокации даже не думали – компания понимала важность наполнения местного бюджета и поддержки общества.

Обвинения, не имеющие логики

Несколько месяцев назад в медиа появились публикации с обвинениями в якобы "работе компании на территории агрессора". Никаких конкретных доказательств, никакого приговора суда, даже официального комментария от компании журналисты не запрашивали.

Просто "сенсация": крупный украинский производитель – предатель. Но возникает логичный вопрос: как компания может одновременно финансировать российскую армию через налоги в РФ (если бы она там работала) и масштабно поддерживать украинскую армию, передавая миллионы порций чая, десятки миллионов гривен помощи и платя сотни миллионов налогов в украинский бюджет? Это взаимоисключающие действия.

Компания "Мономах" имеет четкую и неизменную позицию: с Россией и Беларусью не сотрудничаем! Во всех договорах с контрагентами из стран СНГ четко прописан прямой запрет на реэкспорт товаров в РФ и РБ. Компания сотрудничает со следствием, предоставляет все необходимые документы и готова доказать свою позицию в суде.

Почему это произошло?

Анализ ситуации позволяет выделить несколько факторов:

1.Уязвимость медиа к дезинформации. Исследования показывают, что 59% украинцев уязвимы к дезинформации, при этом более 40% никогда не проверяют достоверность информации.

Журналисты, получив часть материалов следствия (законность утечки которой под вопросом), поспешили с публикацией, не проверив факты и не спросив позицию компании.

2.Вражеские информационные ИПСО России направлены на подрыв доверия к украинскому бизнесу, особенно к крупным налогоплательщикам. Дискредитация успешных компаний, которые финансируют оборону, – это прямой удар по экономическому потенциалу Украины.

3.Грязная конкуренция. "Мономах" – привлекательный актив: стабильный бизнес, сильные бренды, лояльная аудитория, большие обороты. Для недобросовестных конкурентов обвинения в "сотрудничестве с врагом" – это идеальный способ уничтожить репутацию конкурента и перехватить его долю рынка.

4.Возможно рейдерство. Не исключена версия, что за информационной атакой стоит попытка рейдерского захвата. Схема классическая: дискредитация – падение стоимости бизнеса – давление на собственников – выкуп за бесценок или силовое поглощение.

Последствия атаки

Репутационная атака нанесла серьезный ущерб. Падение доверия потребителей и сокращение продаж, расторжение контрактов с некоторыми партнерами, отток персонала из-за репутационных рисков, сокращение налоговых поступлений в бюджет, психологическое давление на собственников и менеджмент.

Парадокс ситуации: страдает не просто компания, а вся украинская экономика. Каждая гривня, недополученная "Мономахом" из-за падения продаж, – это гривня, недополученная бюджетом. А бюджет – это финансирование ВСУ, закупка оружия, выплаты военным.

Уроки кейса компании "Мономах"

История "Мономаха" должна стать прецедентом и уроком для всех.

Для медиа – проверяйте информацию, запрашивайте комментарий у всех сторон, не подменяйте суд своими вердиктами.

Для общества – не спешите с осуждением, анализируйте факты, понимайте разницу между обвинением и доказанной виной.

Для государства – защищайте бизнес, который честно работает и платит налоги, от информационных атак и рейдерства под патриотическим прикрытием.

Для бизнеса – будьте максимально прозрачными, проактивно коммуницируйте с обществом, не бойтесь защищать свою репутацию в суде.

Перспективы: что ждет бизнес после победы?

Прогнозы международных институтов, таких как Международный валютный фонд, Всемирный банк и Европейский банк реконструкции и развития, свидетельствуют, что после завершения активной фазы войны и начала масштабного восстановления экономика Украины может расти на 5-7% ежегодно в течение десятилетия. Это оптимистичный, но реалистичный сценарий при условии сохранения международной поддержки и эффективного использования средств.

Строительство – локомотив восстановления

Наиболее прибыльной отраслью станет строительство и восстановление инфраструктуры. Всемирный банк оценивает потребность в инвестициях в $486 млрд – это колоссальная сумма, которая создаст огромный спрос на строительные материалы, технику, проектирование, логистику.

Это не просто восстановление разрушенного, а создание принципиально новой инфраструктуры: современные дороги, железные дороги, аэропорты, порты, энергетическая система с высокой долей возобновляемых источников, цифровая инфраструктура. Украина имеет шанс не просто восстановиться, а прыгнуть в будущее, замещая устаревшие технологии.

Агропромышленный комплекс – от сырья до переработки

Украина сохранит свой статус одного из крупнейших мировых экспортеров агропродукции. Но акцент сместится с экспорта сырья (зерно) на экспорт готовой продукции: рафинированного масла, муки высокого сорта, мясных и молочных продуктов с добавленной стоимостью, готовых пищевых изделий, биотоплива второго поколения.

Это означает создание перерабатывающих мощностей непосредственно в Украине, что принесет добавленную стоимость (переработка повышает цену продукта в 2-4 раза), новые рабочие места, ведь перерабатывающая промышленность требует в 3-5 раз больше работников, чем сельское хозяйство. Вырастут налоговые поступления, а инвестиции в оборудование, автоматизацию, контроль качества дадут качественное изменение в технологическом развитии отрасли.

Мировой спрос на качественную пищевую продукцию будет расти, особенно в условиях глобального продовольственного кризиса. Украина имеет все шансы стать не просто "житницей", а "кухней Европы".

Оборонно-промышленный комплекс: украинское оружие на мировых рынках

Во время войны Украина создала десятки новых видов вооружения: беспилотники разных классов (от разведывательных до ударных), системы радиоэлектронной борьбы, ракеты, средства противовоздушной обороны, бронетехнику. Все эти разработки прошли самое жесткое испытание – реальные боевые действия.

После войны украинский ОПК имеет шансы стать одним из ведущих мировых экспортеров военной техники, особенно в сегменте беспилотников и высокотехнологичных систем. Страны, которые сталкиваются с подобными угрозами, будут готовы покупать оружие, доказавшее свою эффективность в самых сложных условиях. Эта отрасль будет стратегической, высокодоходной и стабильно финансируемой. Инвестиции в собственный ОПК – это не просто экономика, а гарантия национальной безопасности.

High-Tech и IT: дальнейший рост. Украинский IT-сектор демонстрирует феноменальную устойчивость – даже во время самых тяжелых месяцев 2022 года падение экспорта IT-услуг составило лишь 15-20%, а уже в 2023-м отрасль вернулась к росту. После войны этот сектор продолжит развиваться, привлекая таланты, которые вернутся из-за рубежа, и инвестиции в R&D. Особенно перспективными являются направления, связанные с оборонными технологиями, кибербезопасностью, искусственным интеллектом и анализом данных – областями, где Украина получила уникальный опыт во время войны.

Концепция защищенных производств

Одним из ключевых уроков войны стало осознание уязвимости критической инфраструктуры. Концепция размещения производственных мощностей "под землей" или в защищенных бункерах станет обязательной для стратегических отраслей, таких как производство вооружения и боеприпасов, ключевых элементов энергетической системы, центров обработки данных и телекоммуникаций.

Производство критически важных компонентов для обороны

Инвестиции в такое строительство увеличивают стоимость проекта в 3-5 раз, но обеспечивают непрерывность производства даже во время массированных ракетных атак. Для других отраслей (пищевая промышленность, легкая промышленность, логистика) экономически целесообразными будут другие решения: распределенное производство, системы ПВО, страхование военных рисков.

Восстановление земли: разминирование как бизнес

Украина потребует масштабных инвестиций в разминирование – по оценкам экспертов, более $50 млрд и от 10 до 30 лет работы. Около 17% территории Украины потенциально заминированы или загрязнены взрывоопасными предметами. Это создаст мощную индустрию разминирования: государственные и коммерческие подрядчики, разработчики специализированного оборудования, учебные центры для саперов. В мире разминирования – это прибыльный бизнес, и Украина станет одним из крупнейших рынков в этой сфере на десятилетия. Украинская земля сможет давать высокие урожаи уже в ближайшей перспективе на большинстве территорий Украины, где не было глубокого химического загрязнения. Уже в 2023-2024 годах, после деоккупации частей Херсонской, Харьковской, Черниговской, Киевской областей, агропроизводство возобновлялось после поверхностного разминирования.

Территории со значительным химическим загрязнением (от взрывов боеприпасов, повреждений промышленных объектов) потребуют от 5 до 10 лет на полную рекультивацию, но это скорее исключение, чем правило.

Вывод: выживание как стратегия победы

Три года полномасштабной войны доказали – украинский бизнес может выдержать почти невозможное. Работать под ракетными обстрелами, адаптироваться к постоянным блэкаутам, находить кадры в условиях мобилизации, релоцироваться под огнем, восстанавливать разрушенные заводы, платить налоги и одновременно финансировать армию – это подвиг, который не имеет аналогов в современной экономической истории.

Но этот подвиг не может продолжаться вечно без системной поддержки государства. Украинскому бизнесу нужно не только моральное одобрение и патриотические призывы "держитесь", но и конкретные действия. Ради экономической мобилизации государство должно перейти на военные рельсы, четко определить приоритеты, перераспределить ресурсы, снизить налоговое давление на критические отрасли.

Защита от рейдерства: прекратить практику использования "антиизменнических" статей УКУ для давления на бизнес, создать быстрые механизмы обжалования незаконных обысков и арестов, наказывать силовиков за злоупотребления.

Информационная гигиена – научить медиа и общество критически воспринимать информацию, проверять факты, не подменять суд своими вердиктами, распознавать вражеские ИПСО.

Стратегическое планирование – новая "религия". Правительство должно разработать четкую экономическую стратегию на период войны и послевоенного восстановления, привлечь бизнес к принятию решений, создать механизмы публично-частного партнерства.

Инвестиции в безопасность: масштабное развертывание систем ПВО для защиты критической инфраструктуры, энергетических объектов, промышленных предприятий – не только за государственный счет, но и с участием частного капитала.

Кейс "Мономаха" и сотни подобных историй должны стать последним предупреждением: если мы будем продолжать уничтожать собственный бизнес посредством информационных атак, рейдерства под патриотическим прикрытием и бюрократического давления, то победу одержим на руинах экономики. А победа на руинах – это не победа, это лишь временное прекращение огня перед новой катастрофой.

Украинский бизнес доказал: он может выжить даже тогда, когда атакуют со всех сторон – с воздуха, со стороны государства, со стороны конкурентов, со стороны информационного пространства. Но выживание не может быть стратегией навсегда. После выживания должно прийти развитие, а для развития нужно доверие, защита, стабильность и партнерство между государством и бизнесом. Время перейти от риторики "держитесь" к конкретным действиям "мы вас поддерживаем". Потому что каждый день, когда честный, работающий налогоплательщик оказывается под давлением не врага, а собственного государства или коррумпированных структур, – это день, когда мы сами подрываем фундамент будущей победы.