Впервые приходящие ко мне родители довольно часто не берут с собой детей. Они хотят поговорить, не отвлекаясь поминутно на хватающего все игрушки подряд малыша, который к тому же хочет то поесть, то попить, то пописать, то просто чтобы мама перестала наконец попусту болтать с этой незнакомой тетей и поиграла с ним. Я, собственно, такие одинокие приходы даже приветствую, тем более что у детей лет до 10–11 крайне редко встречаются их собственные психологические проблемы, обычно это проблемы семейных взаимодействий, в которых ведущую роль играют взрослые люди, и они же могут что-то изменить к лучшему. Впрочем, по возрасту моя очередная посетительница вполне могла иметь сына или дочь подростка, или нескольких детей.

— Здравствуйте! Проходите, садитесь. Ребенка вы с собой решили не брать?

— Детей у меня нет. Но я пришла поговорить именно про детей.

— Племянники? Дети мужа?

— Нет. Братьев и сестер у меня нет, а дети мужа давно взрослые, живут отдельно и имеют свои семьи.

— Ага, — я решила перестать гадать и выслушать ее историю так, как она есть.

— Я почти ваша коллега по вашей прошлой специальности. Кафедра физиологии и биохимии растений. Очень люблю свою специальность, считаю ее безумно интересной и перспективной. — Я кивнула в знак искреннего согласия. — Мой муж тоже ученый, профессор, автор трех монографий, он значительно старше меня. Его я тоже очень люблю, стараюсь создать ему все условия для продуктивной работы. У нас три собаки: один старый сеттер мужа и две подобранные дворняжки-потеряшки. Они составляют стаю, и у них весьма сложные отношения между собой, которые нас с мужем практически ежевечерне забавляют. У нас в принципе общие интересы, нам всегда есть о чем поговорить и о чем помолчать, мы любим путешествовать вдвоем. Мне кажется, вы хорошо представляете, каким увлекательным это может быть для двух людей, для которых почти каждая травка или куст имеет имя, а если нет, то в сумке лежит соответствующий определитель...

— О да! — я опять кивнула и невольно улыбнулась, вспоминая юность и затрепанные определители растений из университетской библиотеки. Когда неприметная, неизвестная тебе прежде травка вдруг обретает имя — это действительно маленькое чудо: она как будто впервые проявляется перед тобой в своей красочной неповторимости и остается такой уже навсегда, пока ты ее помнишь.

— Еще я люблю создавать ландшафтные композиции у нас на даче, мне нравится экспериментировать с водой и болотными растениями. Соседи охотно пользуются моими дизайнерскими консультациями, поэтому наш угол дачного поселка обильно заселен лягушками и прочими болотными жителями. Однажды даже цапля прилетела к нам поохотиться...

Она явно оттягивала что-то, не решалась начать разговор по существу.

— И вот вы пришли ко мне, чтобы... — напомнила я.

— И вот моя жизнь полна любовью, полезной, как я полагаю, работой и интересными занятиями. Но не только все близкие и дальние знакомые, практически из каждого утюга мир ежедневно транслирует мне одно и то же, а именно: у тебя благополучная, материально обеспеченная семья. Ты относительно здорова и фертильна. Ты должна родить хотя бы одного ребенка. А не то время выйдет, ты потом пожалеешь, да уж ничего не исправишь. Так и будешь до смерти локти кусать.

— Как вы относитесь к этой трансляции? Она вас раздражает? Бесит? Пугает?

— Я не очень эмоциональна от природы. Но я прекрасно понимаю, что если все — умные и глупые, бедные и богатые, образованные и необразованные — в один голос говорят мне одно и то же, значит, в этом как минимум есть предмет для размышления. Что-то за этим стоит.

— Это безусловно так. И как биолог вы просто не можете не знать, что именно там стоит. Один из мощнейших инстинктов.

— Да. И это вообще-то интересно: почему обуздание большинства наших животных инстинктов в принципе общественно одобряется, а именно этого — однозначно общественно осуждается?

— Выживание вида, популяции?

— Вам не кажется, что мы как вид выживем скорее, если людей на земле будет поменьше?

— В самом общем виде — да. Но для инстинкта еще важно, чтобы размножились и выжили именно "наши", похожие на нас. На вас наверняка особенно сильно давит тот круг, для которого вы — "своя". Вряд ли вашим размножением озабочены мусульманские фундаменталисты, немецкие неофашисты или аборигены Австралии.

— Пожалуй, так и есть. И что же, я должна выполнить свой долг перед этим "своим кругом", даже если мне этого и не хочется? Именно так поступила когда-то моя мать, родив меня. С отцом они сразу же после этого разбежались, потом мать еще лет пятнадцать устраивала свою личную жизнь, а меня воспитывала бабушка. Теперь мать благополучно живет в другой стране со своим третьим мужем и иногда звонит мне по скайпу, чтобы спросить: ты что там вообще себе думаешь?! Если у тебя какие-то проблемы, так лечись! А если проблемы у твоего мужа, так ведь есть же на свете и другие мужики — с исправными яйцами!

Мать по рассказу дочери никакой симпатии не вызывала, но одновременно мне очень хотелось спросить: так вы что же, не одобряете, что, явно повинуясь общественному и семейному давлению, ваша мать когда-то подарила вам вашу счастливую жизнь? Вам кажется правильным, чтобы вас не было?

Конечно, я не спросила.

— Как вам кажется, я имею право распоряжаться своим телом, своей судьбой независимо от этих неосознанных охранительных интересов популяции?

— Безусловно, да.

— А вот что касается всех доводов "сейчас прохлопаешь — потом пожалеешь"? Я действительно пожалею?

— Откуда же я могу знать? Я не провидица, увы.

— Но у вас же должно быть собственное мнение! Я именно за тем сюда и пришла, чтобы его узнать. Вы работаете с семьями, с детьми. Вы этому учились, вы об этом пишете. У вас есть собственные дети. Вы видите это со всех сторон. И вот я спрашиваю вас: это действительно то, без чего нельзя обойтись, нельзя прожить полноценную жизнь, нельзя не пожалеть впоследствии?

Она действительно пришла узнать мое мнение, потому что перебирает разные доводы, желая принять окончательное и единственно правильное для себя решение? Или решение принято давно и теперь ей нужна поддержка, хоть какой-то противовес против этой самой "трансляции из каждого утюга"?

Я ушла от ответа, уважаемые читатели. То есть, разумеется, я не промолчала, а сказала своей клиентке приблизительно следующее: люди бесконечно разные. Важные радости одних (лезть на скалу по крючкам, определять растения по определителю, смотреть глупые сериалы) абсолютно непонятны и даже противны другим. Лишенность, отсутствие чего-то (физической любви, автомобиля, власти над другими, собственного дома, понимания в семье) может довести до безумия одних и оставляет абсолютно равнодушными других. Я полагаю, что наличие или отсутствие детей находится в этом ряду. Может быть, именно вам это просто не нужно. Но если когда-то вы все-таки почувствуете настоятельную необходимость вплотную принять участие в чьей-то судьбе, что ж, возьмете ребенка из детского дома.

— Но смогу ли я его полюбить? Особенно если он будет уже не младенцем, а ведь, скорее всего, именно так и случится.

— Если мы даже взятых с улицы взрослых представителей другого вида любим... — я пожала плечами.

Она не сразу поняла, что речь идет о собаках, а когда догадалась, радостно заулыбалась. Я видела, что ей стало легче. Видимо, она получила именно то, за чем пришла.

А вот у меня осталась некоторая неловкость и вопрос, который я адресую вам. Есть всякие правила психологической работы: присоединение, принятие, работа с переносами и т. д. В соответствии с ними я в том случае и поступила. Но не в первый (и, думаю, далеко не в последний) раз мне задают вопрос именно в такой формулировке: я хочу знать ваше собственное мнение, как вы сами на самом деле к этому относитесь? Это ведь тоже право пришедшего ко мне клиента, не так ли? Он же пришел не к умной машине, а к человеку. И если я свое отношение скрываю, я, получается, клиенту попросту вру. Мой честный ответ на прямой вопрос клиентки был бы таким: да, я могу сравнивать и считаю, что это (весь куст переживаний, связанный с детьми) — самое сильное, что есть в человеческом онтогенезе. Все остальное и в подметки не годится. Таково мое мнение. Про "разных людей" я, конечно, не врала, я действительно так думаю, но это было бы однозначно вторым пунктом моего честного ответа.

Поступайте с другими так, как вы хотели бы, чтобы поступали с вами, — учит нас мудрость предков. Не помогает — иногда мне действительно по-честному хочется узнать мнение собеседника, пусть оно мне и неприятно, и именно это критически важно для меня, а иногда хочется, чтобы мне просто поддакнули — и все равно, что он там на самом деле думает.

Читайте все новости по теме "Женский блог" на Обозревателе.

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.

Присоединяйтесь к группе "Обозреватель Блоги" на Facebook, читайте свежие новости!

Наши блоги