Парадокс чемпионата мира по футболу-2026. The Economist назвал главные противоречия мундиаля

Гимн чемпионата мира по футболу, исполненный на церемонии открытия 11 июня и содержащий текст на английском, французском, испанском, итальянском и японском языках, должен символизировать глобальное единство. В ближайшие недели за турниром, который завершится финалом под Нью-Йорком, будут следить миллиарды людей. Однако такой зритель может сделать два ошибочных вывода: что развлекательная культура становится всё более глобальной и что США по-прежнему остаются главной мировой силой мягкого влияния.

Авторитетный журнал The Economist объясняет, почему на самом деле оба предположения неверны и в чем заключается противоречие этого мундиаля. OBOZ.UA предлагает своим читателям перевод статьи.

"Хотя такие мегасобытия, как чемпионат мира, всё ещё привлекают внимание всей планеты, в более широком смысле индустрия развлечений становится всё более раздробленной. В музыке, телевидении, социальных сетях и видеоиграх аудитория всё чаще отказывается от американского контента и выбирает местные альтернативы. Возникает парадокс: несмотря на растущую взаимосвязанность мира, люди предпочитают развлечения, созданные ближе к дому. Миллиарды могут смотреть одно и то же шоу в Северной Америке, но эпоха американской культурной монополии постепенно заканчивается.

Такой поворот противоречит прогнозам многих экспертов. Глобальные платформы вроде Spotify, Netflix, YouTube, а также магазины приложений Apple и Google предоставляют доступ к одинаковому контенту практически в любой точке мира. Наибольшую выгоду получили американские суперзвёзды и бренды: Тейлор Свифт, MrBeast, Roblox и другие стали глобальными феноменами в масштабах, которых раньше не существовало. Вместе с ними резко выросла стоимость крупнейших спортивных лиг.

Однако ниже уровня мировых лидеров наблюдается обратная тенденция. Спорт всегда был лишь частично глобальным, поскольку болельщики предпочитают следить за своими командами. Национальная футбольная лига США, самый доходный спортивный актив в мире, получает 98% доходов от медиаправ внутри страны. В Европе только английская Премьер-лига зарабатывает на международных медиаправах больше, чем на внутренних. Раз в четыре года мир объединяют чемпионат мира и Олимпийские игры, но всё остальное время внимание зрителей сосредоточено прежде всего на национальных соревнованиях. Для жителей Нью-Йорка баскетбольный клуб Knicks значительно интереснее мирового футбола.

Другие сферы культуры традиционно были более глобализированными, во многом благодаря США. Это касается как музыки эпохи Motown, так и телевидения Голливуда. Сейчас тенденция меняется. Музыкальные чарты становятся всё более локальными. В Бразилии, например, 96 из 100 самых популярных исполнителей по числу прослушиваний за последнюю неделю были бразильцами. Стриминговые сервисы Netflix и Amazon всё активнее производят контент за пределами Северной Америки, чтобы привлекать подписчиков на новых рынках. Доля Северной Америки в заказах новых стриминговых проектов за последние шесть лет сократилась с 70% до 36%.

Новые медиа также не стали по-настоящему глобальными. YouTube предлагает контент со всего мира, однако пользователи в основном смотрят ролики, популярные в их собственных странах. Три четверти видео из раздела трендов становятся популярными лишь в одной стране. В игровой индустрии на ПК и консолях по-прежнему доминируют международные франшизы, включая футбольную серию игр, ранее известную как FIFA. Однако на мобильных устройствах региональные различия значительно заметнее. Среди пяти крупнейших игровых рынков мира нет ни одного приложения, входящего в десятку самых популярных во всех странах одновременно. Пока американцы играют в Fortnite, в Азии популярность приобрели проекты вроде Free Fire.

Рост локального контента объясняется удешевлением производства и распространения развлечений. Во времена компакт-дисков, кинотеатров и игровых картриджей существовали серьёзные преимущества масштабирования, поэтому производители стремились создавать продукты для глобальной аудитории. Сегодня выпуск и распространение музыки, видео или игр обходятся настолько дёшево, что прибыль можно получать даже от сравнительно небольших нишевых аудиторий. В некоторых странах наблюдается рост интереса даже к региональному контенту внутри государства. Более половины роликов, публикуемых на YouTube в Индии, создаются не на хинди, а на местных языках. Искусственный интеллект способен ещё сильнее расширить возможности для нишевого производства.

Изменилась и сама аудитория. Рост мирового среднего класса сделал экономически выгодным создание дорогих сериалов для мексиканских зрителей или разработку специальных болливудских тем для индийских игроков в Free Fire. Кроме того, всё чаще выбор контента определяют алгоритмы, а не редакторы, продюсеры и другие культурные посредники. Иногда алгоритмы направляют всех к одним и тем же мировым хитам, например к обзорам чемпионата мира, но одновременно они распределяют пользователей по всё более узким сегментам интересов. В один из недавних годов лишь четыре немецкие песни входили в сотню самых популярных треков на национальном радио, тогда как в стриминговых сервисах таких композиций было уже 44. Это показывает, что реальные предпочтения аудитории оказались гораздо более локальными, чем предполагали культурные элиты.

Чрезмерное замыкание культурных привычек внутри национальных границ может иметь и отрицательные последствия. Великобритания, потребляющая исключительно британскую еду и смотрящая только британские фильмы, выглядела бы гораздо менее привлекательной. Однако расширение выбора для аудитории является позитивным явлением. Вместо зависимости от продукции страны, которая исторически доминировала в производстве и распространении развлечений, люди могут выбирать из глобального набора: датский хип-хоп, польскую комедию или китайские видеоигры. Регуляторам стоит учитывать, что популярность локального контента возникла благодаря технологиям, а не государственным ограничениям, подобным канадским квотам, обязывающим радиостанции транслировать определённый объём местной музыки.

Смещение правил игры

Правительствам придётся адаптироваться к новым реалиям мягкой силы. Вековое доминирование США в мировой массовой культуре подходит к концу. Америка по-прежнему контролирует значительную часть инфраструктуры распространения контента через YouTube, магазины приложений и другие платформы, сохраняя большую долю прибыли индустрии. Однако она уже не обладает прежним контролем над самим контентом и тем культурным притяжением, которое десятилетиями вовлекало миллионы зрителей, слушателей и игроков в орбиту американских ценностей и идей.

Освободившееся пространство стремятся занять другие страны. Бразилия усиливает влияние через музыку, Южная Корея через телевидение, а Китай через игровую индустрию.

В следующем месяце внимание мира вновь будет приковано к США во время финала чемпионата мира. Но в новой борьбе за мягкую силу Америка уже не выглядит безусловным лидером, а сама эта игра только начинается".

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки!