"Грузины желали много плохого". Украинский нападающий — о буквах Z на стенах в Сербии, удалении из сборной Украины и особенностях жизни в США

Александр Кобзистый дебютировал в сборной Украины в очень важном для нашей команды матче отбора ЧМ-2027 с Грузией (95:76), где получил два технических фола и удаление, но забрал с собой американского лидера соперника Маркиза Рида, упростив задачу партнерам. Тренер после поединка похвалил форварда, что смог постоять и за себя, и за команду. Сам Александр, который последние два сезона играл в США за университет Орегона, считает, что без характера в спорте никуда и строит смелые планы.

В интервью OBOZ.UA сын известного украинского баскетболиста Виктора Кобзистого рассказал про тренировки с отцом и его №6, приглашение в команду из Белграда и поведение сербов после начала полномасштабной войны с РФ, особенности студенческого баскетбола в США, где у команды был частный самолет и собственный шеф-повар, и выступление за взрослую сборную.

GGBET является титульным спонсором Федерации баскетбола Украины и сборной Украины. Каждый матч национальной сборной — это событие, которое вместе переживают тысячи украинских болельщиков. Букмекерский бренд GGBET создан для тех, кто ценит настоящие эмоции и уникальный игровой опыт. Поддерживай сборную Украины вместе с GGBET!

– Вы знаете, такого эффектного дебюта в сборной я давно не помню. И это ни в коем случае не ирония. Ведь с одной стороны, да, вас удалили в матче с Грузией, но, с одной стороны выдали, вы забрали с собой самого результативного игрока соперников, натурализованного американца Маркиза Рида. Что вообще произошло в том моменте, потому что, мне показалось, что второй технический фол вам не за что была давать?

– Да, я согласен. Сначала был просто игровой момент. Я пошел на подбор, в контакте, физически. И поскольку я больше его, Рид не смог ничего с этим сделать, разозлился и начал мне что-то рассказывать. Я ему ответил, чтобы он помолчал. И все. И тогда нам дали по первому технарю.

Следующий момент – он хочет получить мяч, я тоже физически в контакте, по-баскетбольному, но без фола, без ничего. Он начал пихаться, толкаться. Я просто стоял, чтобы судьи видели, что это он провоцирует меня, а не я. Даже поднял руки вверх, показывая, что это он, а я ничего не делал. И все. Потом набежали все, начали толкаться. Судьи решили, что мне тоже надо дать второй технический фол. Ну, решили и решили, что я мог уже сделать.

Наверное, я не так представлял свой дебют в сборной, но получилось, как получилось. И все меня похвалили, тренер сказал, мол, молодец, постоял за себя, постоял за команду, не дал себя в обиду.

– Ну да, я разговаривала с вашими партнерами, в частности с Вячеславом Бобровым, и они говорили, что вас не за что ругать, ведь вы действовали так, как и договаривались, жестко, но в пределах правил.

– Да, я ничего такого Риду не говорил, не провоцировал, я просто физически сильно защищался, был в контакте и все.

– Но партнеры и тренеры готовили вас к тому, что может быть такая история или что-то похожее? Потому что с Грузией мы играем не первый раз и знаем, что у них в арсенале есть грязные приемчики.

– Никто ничего об этом не говорил, но я помню, потому что смотрел эти матчи раньше и видел, что такое уже было. И потом все меня поддержали – и игроки, и тренеры. Люди даже написали мне в Instagram, поддержали. Правда, грузины писали много плохого. Писали мне и в комментариях, и личные сообщения.

– А что писали грузины? Если это можно озвучить.

– Ну, там очень неприятные и некрасивые вещи. Пожелали очень много всего плохого.

– После такого официального дебюта, с каким настроем вы выходили на второй матч окна против Дании?

– Просто делать все, чтобы помочь команде выиграть. Настраивался играть в свой лучший баскетбол. Впрочем, как и на любой другой матч.

– И как оцениваете поединок с Данией?

– Был равный матч, но потом нам удалось немного оторваться. Мы были готовы к тому, что они будут играть так агрессивно, быстро, много дальних бросков. Но у нас поначалу было много потерь, поэтому датчане держались. Но потом мы немного улучшили свое нападение и оторвались. Мы их немножко понесли, и они как-то поддались под наш ритм, под наш темп, и разрыв в счете стал увеличиваться – 10, 20, 30 очков. Было ли волнение? Я обычно волнуюсь перед игрой, а когда она начинается, то я уже более спокойный.

– Довольны своей игрой? Все-таки набрали 9 очков.

– Всегда можна конечно, сыграть лучше. Мог лучше действовать в защите, и в нападении тоже можна было получше сыграть. Но для первой полноценной игры за сборную – неплохо. В ближайшее время буду тренироваться, держать себя в форме и работать над всеми аспектами своей игры, над физической подготовкой.

– Ну, как показали матчи в этом окне, у вас такой бойцовский характер. И побороться можете, и потолкаться.

– Ну, а в спорте никак по-другому нельзя. И все мои тренера постоянно говорили, что надо быть больше в контакте, быть более физическим, и поэтому я стараюсь так делать. Стараюсь прислушиваться к тренерам.

– В Украине вы почти не играли, потому что в 16 лет стали одной из звезд сборной на Евробаскете U16, набирали в среднем по 22 очка за матч. И сразу после этого поехали играть в Сербию. Как появился такой вариант?

– Да, поехал на чемпионат Европы U16, по его итогам у меня была очень хорошая статистика, и поступило очень много предложений от разных команд. Но на том турнире были представители агентства "Біобаскет" и представители сербской команды "Мега". И там находились мои родители, они с ними поговорили, привезли моих родителей в Белград, показали им там все. И родители решили, что "Мега" будет лучшим вариантом для продолжения моей карьеры. Потом я вернулся домой с чемпионата Европы и через пару дней уже улетел в Сербию.

– Безусловно, Сербия – очень мощная страна в плане баскетбола. Но в плане отношения к Украине – есть вопросы.

– Просто где-то в 90-х моя мама жила в Сербии со своими родителями. Ей тогда было лет 14-15. Дедушке предложили работу, они поехали, прожили там лет 5, и у них остались о Сербии теплые воспоминания. Ко мне все тоже хорошо относились до начала полномасштабной войны. Не было никакой неприязни из-за того, что я из Украины. Наоборот, все хотели мне помочь, все заботились обо мне.

– Ну да, по сути, 16 лет – это все равно еще ребенок. Как адаптировались самостоятельно?

– Первый месяц со мной жил дедушка, который знает сербский язык. Мне первый месяц было тяжело, потому что все на сербском, а я не особо понимал. Было тяжело привыкнуть к другому баскетболу, к другому уровню. Я приехал – у них там свой зал, в зале есть тренажерка. Квартиру мне сняли, обеспечили питанием. И уровень подхода к тренировкам отличался от того, что был в Украине. Там было две тренировки в день. В общем, все было по-другому.

И я сразу начал хорошо играть. Первые матчи уже результативно провел, было комфортно, удобно. Очень помогали мне партнеры по команде, чтобы я чувствовал себя комфортно в новом коллективе. У меня не было никаких проблем. Наоборот, я был рад, что наконец-то буду жить один (улыбается). Помню, что я был такой счастливый.

– А вообще вы – воспитанник кременчугского или киевского баскетбола?

– Я родился в Кременчуге, но почти сразу мы переехали в Киев, потому что там играл папа. С папой я начал заниматься и какое-то время тренировался только с ним, потом попробовал несколько разных команд. Потом, мне кажется, я попал к Татьяне Александровне Черногрицкой в "Тейваз". Долго оставался в этом клубе, там были разные наставники. Но за год до Евробаскета U16 я перешел в Киевский спортивный лицей-интернат.

– У детей известных спортсменов есть шанс не связать жизнь со спортом? Ощущается какое-то давление со стороны родителей или среды, в которой ты растешь?

– Нет, не было никакого давления со стороны родителей. Сказали: если хочешь, занимайся, если нет, то нет. Но мне просто сразу понравился баскетбол. У меня в детстве дома всегда были баскетбольные мячи. Я постоянно ходил с мячом по квартире и бросал в стенки.

У меня есть младший брат. Он тоже занимается баскетболом, но мы его никогда не заставляли. Он занимался, потом сказал, что больше не хочет. И не тренировался какое-то время. Потом опять сказал, что хочет заниматься. Наши родители нас никогда не заставляли. Просто нравится баскетбол. Вот и все.

– Когда кто-то из родителей – прославился в своей сфере, и ребенок идет по его стопам, то его непроизвольно начинают сравнивать. Как вы к этому относитесь? Ведь сравнения с отцом не избежать.

– Я с гордостью к этому отношусь. И когда сравнивают, мне, наоборот, приятно. Я даже взял себе шестой номер, потому что папа носил этот номер. Я горжусь тем, кто мой отец.

– Я хорошо помню вашего отца. И в "Азовмаше," и в "Будивельнике". А мои колеги даже помнят, как маленький Саша приходил с мамой на матчи в киевский "Меридиан".

– Вот Денис Лукашов говорит, что он меня помнит еще маленьким, потому что они с моим папой вместе играли за "Будивельник". Спрашивал меня, помню ли я его. Я сказал, что его – нет, хотя я помню некоторых игроков с того периода, когда папа меня брал каждый день на свои тренировки.

– Кто остался в памяти с того времени?

– Я помню Зака Морли, Суада Шеховича, Андрея Малыша, Леонида Стефанишина. Потом – Халид Эль-Амин, Томас Делиникайтис. Мне кажется, что мы с ним постоянно игрались в душе – он меня обливал теплой водой, а я его – холодной.

– Вы были воспитаны баскетболом и баскетболистами...

– Да. Я помню, как папа бегал кроссы с командой, а потом бегали с ним вдвоем в парке на Дорогожичах. Я еще был маленький и не мог добежать. А у меня тогда было любимое мороженое "Буржуй". И папа мне говорил: "Вот если ты сейчас добежишь, мы купим тебе целое ведро мороженого". И я добегал. Когда такая мотивация была, я сразу добегал.

– Насколько я поняла, вы даже не стоял вопрос, какой взять номер?

– Во всех командах, где есть возможность, я беру шестой. Первый раз, когда меня спросили, какой я хочу номер, я подошел и спросил у папы, какой у него. Он сказал, что шестой. И с тех пор я беру его.

– Вы сказали, что до начала полномасштабной войны с РФ, отношение к вам в Белграде было очень хорошим. А что изменилось после февраля 2022-го?

– Со стороны игроков отношение не изменилось. Просто на улицах начали появляться сербские флаги и начали продавать футболки с русской атрибутикой, с Путиным и еще разные. На стенах домов рисовали граффити с буквой "Z". И когда ты идешь по улицам и каждый день это видишь...

– И у вас появилось желание покинуть Сербию?

– Да. К тому же не так много играл, травмировал плечо. И хотелось уже уехать оттуда, тяжело было там находиться.

– Как в вашей жизни появился Университет Орегона, где вы учились и за команду которого выступали последние два года?

– Закончился сезон с "Мегой", и я сказал своему агенту, что хочу уехать в колледж, чтобы быть поближе к семье, потому что уже тогда мама и брат переехали в Нью-Йорк. И просто хотелось быть с ними хотя бы в одном часовом поясе, в одной стране, быть рядом, чтобы мы могли видеться. Потому что они уехали по специальной программе и не могли покидать Штаты.

Поэтому мне хотелось играть в США, чтобы я мог с ними часто видеться. Они могли приходить на мои матчи. Мой агент предложил мне пару хороших вариантов в Европе, но я сказал, что все равно хочу в Америку. А там нужно было получить специальное разрешение. И он сказал, что поскольку на тот момент мне было уже 21, то я, скорее всего, не получу то разрешение. Но сказал, что если я хочу, то могу попробовать поехать или связаться с другим агентом. Я связался с другим, и он мне помог все сделать. Вот так и появился Орегон.

– Насколько вы остались довольны своим решением? Я понимаю, что там совсем другой мир в плане баскетбола...

– Все другое. Другой уровень даже вне площадки. Например, у нашей команды частный самолет, и мы везде летали на своем самолете. У нас был шеф-повар в команде. И после каждой тренировки прямо в зале была отдельная комната, где нас уже ждала готовая еда.

– И это студенческий баскетбол.

– Да. Огромная разница даже в каких-то мелочах. Так, у нас нереальное количество экипировки. Ты заходишь и говоришь, что тебе нужно это и это, приходишь через 5 минут, а у тебя в шкафчике уже все лежит. На матчах всегда полные залы. Куда бы мы ни ездили – и на домашних играх, и на выезде – везде приходят минимум по 10 тысяч человек. Атмосфера нереальная, потому что на студенческих играх болельщики просто...

– Какое вас приняли в команде?

– Первый год я тоже пропустил из-за травм, не играл. Во второй год, когда началась предсезонная подготовка, на тренировках я начинал часто в стартовой пятерке. Тренера говорили, что сильно на меня рассчитывают, что буду играть. Но потом я подвернул голеностоп, вылетел где-то на 5 недель, восстановился уже прямо перед началом сезона и не смог влиться обратно в ротацию. То давали играть, то не давали. Выходил где-то на 10 минут. Тяжело было.

– А как сейчас ситуация?

– Сейчас все хорошо. Жалоб никаких нет. Считаю, что сыграл неплохие товарищеские матчи против Анголы и Литвы за сборную. Есть, конечно, над чем поработать. Тренера мне сказали, и я постараюсь это исправить. Буду над этим работать, чтобы в будущем играть еще лучше и за сборную, и за клуб. И просто стать лучшим игроком.

– Кстати, в национальную команды вы поднимались фактически через сборные всех возрастов.

– Я начал с U-14. И фактически каждое лето приезжал в сборную. Правда, на уровне U-14 хоть и были какие-то соревнования, но не чемпионаты Европы. Потом были команды U-15, U-16. Когда мне было 17, я приехал, но это, по-моему, был ковид и все отменили. У нас тогда просто прошли сборы в Пуще. В18 лет я поехал в сборную U-20 со Слепенчуком, потом была команда U-20 со Степановским и U-20 с Забирченко.

Потом меня пригласили в национальную сборную, когда мы поехали в Тайвань на товарищеские игры. После этого один ход я пропустил, потому что меня не отпустил "Орегон". Они сказали, что у меня будет большая роль в команде и надо подготовиться. И вот получается, что с 14 лет я пропустил в сборной только одно лето.

– Чем первая сборная отличалась от других команд? На что сразу обратили внимание?

– Первый раз, когда я приехал во взрослую сборную, мы ездили на Тайвань. И тогда я не особо почувствовал какую-то разницу, потому что вокруг меня было много таких же молодых игроков, много знакомых, много людей, которые тоже приехали первый раз. Хотя были, конечно, и баскетболисты постарше – Слава Кравцов, Ваня Ткаченко, Вячеслав Петров, Владимир Конев.

Но я просто приехал играть в баскетбол. И поскольку уже был в профессиональной команде, у меня уже были тиммейты намного старше меня. Когда мне было 20-19 лет, у меня были партнеры по команде под 38. Поэтому я уже был готов к этому.

– А сейчас?

– Наверное, просто больше ответственности. И, конечно, выше уровень. Это понятно. Но прям какой-то такой большой разницы, я особо не заметил. Словно я уже был готов. Тем более я приехал уже 23. Я не приехал совсем молодым. Хотя первый раз меня вызывали в первую сборную, когда мне было 20, как раз после чемпионата Европы U-20. Но тогда меня не отпустила "Мега". Сказали, что нельзя играть за две сборные за одно лето. Надо готовиться к сезону.

Потом меня вызывали уже по ходу сезона, но у меня уже была травма. И случилось так, как случилось. Может, оно и к лучшему. Я понимаю, что в 23 года уже окреп, уже больше понимаю. Все равно еще молодой, но уже намного взрослее, чем я был в 20.

Вот когда я приехал в Америку, то удивился, какая у них там физическая работа – качалка, бег. И насколько там вообще все по-другому. Намного жестче по физической подготовке. И в Америке еще больше возможностей тренироваться, потому что в "Меге" у меня было не так. Там не было зала, в который ты можешь прийти в любое время.

В Орегоне, во-первых, есть командная тренировка и качалка. Но все игроки, все до единого, до основной тренировки берут тренера и индивидуально с часик с ним занимаются. И потом некоторые еще после тренировки. Я, например, ходил почти каждый день. Зал доступен вообще в любое время.

Есть где-то 10-15 людей, их называют менеджерами, которым ты можешь написать, и они придут в зал подавать тебе мячи. Просто в любое время ты пишешь, мол, я хочу сегодня побросать в 8-9 вечера. И они будут ждать тебя в зале. И ты бросаешь, сколько хочешь, тебя никто не выгоняет. Всегда есть три площадки. И есть автоматы, которые подают мячи. Я бросал каждый день.

Мне кажется, поэтому в Америке и настолько развит баскетбол. Потому что ты можешь приходить и работать над своей игрой целыми днями. Утром ты работаешь с тренером, потом командная тренировка, потом ты еще можешь сам прийти и побросать вообще в любое время.

– Вы уже получили какую-то специальность?

– Да, я уже выпустился и получил диплом по криминальному праву. Посмотрим, может пригодится когда-нибудь.

– Где собираетесь продолжить карьеру?

– Еще не знаю. Пока без плана, без команды. Ждем.

– Хотелось бы остаться в Америке или уже смотрите на Европу?

– Нет, хотелось бы еще остаться в Америке. Мне нравится в США, нравится, что можно много работать. Не нравилось, что не было особо много игрового времени, но в другом месте будет по-другому. Нравится, как они относятся к атлетам. Люди ходят на баскетбол постоянно, всегда много людей, много фанатов. Зал доступен 24 на 7. Работай над своей игрой постоянно. И пожить в Америке, мне кажется, это хороший жизненный опыт, который стоит получить.

– Как вам местная еда?

– Так себе. Поначалу, когда приехал, вообще ничего не мог кушать, но спустя пару месяцев уже привык и не особо замечал разницы. Но сейчас, когда приехал в Европу, прям соскучился. Сразу пошел покушал украинскую еду, потом сходил в грузинский ресторан.

– В первую очередь борщечку?

– Борщ, да, по-любому. За творогом соскучился.

– В Украине давно были?

– Последний раз я прилетал во время сезона в Сербии на Новый год на 4 или 5 дней. Это был, наверное, 2021-й. Прям за пару месяцев до полномасштабного вторжения. Приехал увидеться с семьей, провести вместе Новый год, после чего улетел обратно в Белград. У нас как раз был небольшой перерыв в сезоне и меня отпустили. И с тех пор не был дома...

Конечно, хотелось бы и приехать, и во Дворце спорта сыграть. Я помню, как ребенком всегда ходил туда смотреть игры сборной. И это было прям вау! На все матчи старался ходить, когда была возможность.

21+

РЕКЛАМА

УЧАСТИЕ В АЗАРТНЫХ ИГРАХ МОЖЕТ ВЫЗВАТЬ ИГРОВУЮ ЗАВИСИМОСТЬ. СОБЛЮДАЙТЕ ПРАВИЛА (ПРИНЦИПЫ) ОТВЕТСТВЕННОЙ ИГРЫ.

ООО "ГГБЕТ". Лицензия на осуществление деятельности по организации и проведению букмекерской деятельности от 23.08.2023 (решение КРАИЛ от 08.08.2023 № 128). Лицензия на осуществление деятельности по организации и проведению азартных игр казино в сети Интернет от 23.08.2023 (решение КРАИЛ от 08.08.2023 № 129).

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки!