Тимошенко Ю.В. «Дело Щербаня»

Тимошенко Ю.В. «Дело Щербаня»

«Примерно в 1995 году Лазаренко мне сказал, что он хочет встретиться с уголовным авторитетом Мильченко, потому что существует смертельная угроза для Юли Тимошенко. Я встретился с Мильченко – он сказал мне, что угроза для Тимошенко существует. Затем с Мильченко встретился Лазаренко. После этого Лазаренко сказал мне, чтобы я заплатил Мильченко 3 млн долл. США. 2,2 млн долл. были заплачены как часть на счета Мильченко и его жены в Еврофедбанке из средств Лазаренко и Тимошенко, как сказал Лазаренко (Лазаренко сказал мне, что Юля заплатит)», - эти слова принадлежат одному из ранее доверенных лиц Павла Лазаренко и задокументированы американским правосудием. Именна эта фраза как нельзя лучше отображает суть отношений между бывшим и нынешним премьерами украинского правительства - соратниками по многим темным делам.

В одной из прошлых своих публикаций («Документ К») я подробно остановился на довольно-таки странном «повторном письме» Ивана Кириленко (главы фракции БЮТ в Верховной Раде) на имя американских правоохранителей, нотариально аннулирующим его же письмо годичной давности. В поддержку Павла Лазаренко. Первое письмо, конечно, особенно впечатляет обилием невероятно льстивых и елейных характеристик самого Павла Ивановича и просто поражает итоговым выводом: «выпускайте его скорее, иначе Украина захлебнется! Без его менеджерского гения». Очень симптоматичное письмо, учитывая дату написания, биографию Лазаренко и должность писавшего, являвшегося одним из лидеров Блока Тимошенко. Мое нынешнее расследование проясняет, зачем г-н Кириленко писал свои знаменитые письма.

Видео дня

Евгений Щербань, далеко не скромный народный депутат, державший в узде страшную тогда Донецкую область, был хладнокровно и демонстративно расстрелян 3 ноября 1996 года в донецком аэропорту. Вместе с женой и небольшой группой влиятельных сопровождающих лиц. Кто-то чудом выжил, Щербань нет. Поначалу пролился традиционный водопад криминальных версий. Но в итоге следователи аргументированно доказали, что убийство было совершенно легендарной бандой Кушнира. Непосредственными исполнителями дорогостоящего политико-бизнесового заказа выступили Вадим Болотских и Геннадий Зангелиди. Хронология циничного убийства и предшествующих ему событий были детально исследованы и окончательно юридически задокументированы 16 апреля 2003 года. Именно в этот день Апелляционный суд Луганской области поставил жирную приговорную точку. В обратном порядке выстроилась интересная цепочка ключевых лиц – рядовые исполнители заказа Вадим Болотских и Геннадий Зангелиди; технические организаторы устранения и лидеры банды Евгений Кушнир и Анатолий Рябина; ключевой посредник между исполнителями и заказчиком Александр Мильченко (весьма известный тогда уголовный авторитет Днепропетровска по кличке «Матрос»); тогдашнее довереннейшее лицо Павла Лазаренко Петр Кириченко (передавший высочайшую просьбу и хорошо оплативший работу). В конце цепочки, по всем версиям, стоял непосредственно Павел Иванович Лазаренко. Но он ли действительно все это придумал? Или же он всего лишь еще одно передаточное звено (пусть и чрезвычайно высокопоставленное) между настоящим автором устранения Щербаня и рядовыми исполнителями?

Тот же Кириченко, между прочим, попав под жесточайший пресс со стороны американских правоохранителей с одной стороны и прочих доверенных лиц Лазаренко с другой, выставивших ему новый счет к оплате, дал на этот счет очень подробные показания. В том числе и по убийству Щербаня: «Пимерно в 1995 году Лазаренко мне сказал, что он хочет встретиться с уголовным авторитетом Мильченко, потому что существует смертельная угроза для Юлии Тимошенко. Я встретился с Мильченко – он сказал мне, что угроза для Тимошенко существует. Затем с Мильченко встретился Лазаренко. После этого Лазаренко сказал мне, чтобы я заплатил Мильченко 3 000 000 долларов США. 2,2 миллиона долларов были заплачены как часть на счета Мильченко и его жены в Еврофедбанке из средств Лазаренко и Тимошенко, как сказал Лазаренко (Лазаренко сказал мне, что Юля заплатит)». Это официальные показания человека-свидетеля, обстоятельно и скрупулезно зафиксированные согласно всем юридическим процедурам и внесенные в конкретные уголовные дела (в частности, в США эти показания Кириченко были озвучены под присягой 25-27 апреля 2001 года).

Показания Кириченко убедительно доказывают, как был организован процесс устранения конкурента, но совершено не раскрывают, почему именно устранение Щербаня должно было решить какие-то проблемы новой группировки? И кто же все-таки был мозгом в этой группировке Кириченко так и не понял?

Чтобы понять это, стоит ответить на базовый вопрос: кто же такой Щербань в 1996 году? В том самом году, когда Павел Иванович Лазаренко быстро перерастает Днепропетровскую область, где он уже играл роль жесткого хозяина, и претендует на свой кусок пирога во всеукраинском масштабе. К концу 1996 года уже была сформирована новая негласная формула выживания для новоиспеченных бизнесменов – «либо за», «либо против» Лазаренко. Тогдашнего президента Кучму Л.Д. оставим пока в стороне. Так вот, Павел Иванович стремительно двигался по карьерной лестнице, натягивал на себя все больше полномочий, активно насаждал новые правила поведения (кому и сколько приносить в конвертах), делил рынки, назначал собственных смотрящих.

Евгений Щербань в это самое время тотально контролирует один из крупнейших регионов страны – Донецкую область, строит собственные «вертикали подчинения», сколачивает пулы бизнесменов, дисциплинирует исполнителей, собирает предприятия и т.д. Сегодня я не предлагаю никаких «теорий заговоров». И не собираюсь поддаваться стандартным предвыборным размышлениям. Человеческий мотив, который требует убийства другого человека ради чего-то корыстного – вот о чем я говорю; вот что я пытаюсь найти в той давней истории. Лазаренко, и это нужно хорошо понимать, исключительно «человек действия». Да – волевой. Да – беспринципный. Да – влиятельный (на тот момент). Но он… тоже исполнитель. И не он придумывал «идеальные схемы» и определял «приоритеты». На самом деле, он всего лишь, скажем так, специфический менеджер-практик. Но кто-то же должен был убеждать его, советовать ему, доказывать очевидность того или иного выбора. Ищите мотивы. А мотив для устранения мог быть только один – криминальная конкуренция. Не на уровне – «этот завод тебе, а этот – мне». На гораздо более серьезном уровне. Именно в те дни решалась проблема раздела влияния в стране, раздела крупных промышленных отраслей, раздела целых регионов. Начинали складываться новые криминально-промышленные группировки. Вчерашние боевики, которые «крышевали» мелкие киоски и прочие «придомовые рынки», втягивались в затяжную войну за промактивы. Лазаренко решил сыграть по-крупному и сразу накрыть веером искусственных банкротств и сырьевой зависимости целые регионы. Но вначале ему надо было решить две ключевые задачи. Во-первых, выбить местных смотрящих. Во-вторых, намертво привязать предприятия к какому-то монопольному поставщику этого самого сырья.

Мы все ближе подходим к реальному мотиву сегодняшней мистической зависимости всесильного премьера Юлии Тимошенко от «униженного и оскорбленного» заключенного Павла Лазаренко. К тому самому мотиву, который стоил жизни Евгению Щербаню и который привел к формированию сегодняшних промышленных элит Украины с весьма специфическими внутренними болезнями. Так вот, 30 ноября 1995 года (ровно за год до убийства Щербаня) негосударственная компания «Единые энергетические системы Украины» (любимое на все времена детище Юлии Владимировны Тимошенко) становится крупнейшим поставщиком российского природного газа в Украину. ЕЭСУ быстро и агрессивно подписывает контракты на поставку сырья с отдельными предприятиями, в считанные дни подминая под себя целые регионы. В декабре 1995 года тогдашний премьер Евгений Марчук подписал ключевое кабминовское постановление: «Про порядок забезпечення природним газом народного господарства і населення в 1996 році» (постанова №1033 від 22 грудня 1995 року). Впрочем, Марчук уже медленно уходил и потому это была не его игра. Реальным же автором столь красноречивого документа и лоббистом-толкачем являлся, разумеется, Лазаренко. Вернее, автором являлась… Тимошенко, а продвигал документ Лазаренко. Так или иначе, именно этим правительственным постановлением в действие вводились так называемые «специмпортеры газа по территориальному принципу». За каждой областью закреплялся тот или иной оптовый импортер газа, у которого предприятиям надлежало в обязательном порядке закупать российское топливо. ЕЭСУ достались Черкасская, Днепропетровская и… Донецкая области. Наиболее емкие и лакомые на тот момент области. Много промышленных предприятий. Много ликвидной продукции, которую можно было забирать у предприятий в обмен на использованный газ. Бартер в те дни, напомню тем, кто уже забыл, считался невероятно золотоносной жилой. Играть с ценами и объемами можно было, неимоверно завышая или занижая реальные цифры. И все это относительно легально. Столь изящную схему «российский или среднеазиатский газ – бартер - украинские товары» первым освоил… Игорь Бакай. Затем эта «схема» быстро перешла под контроль Тимошенко. Именно что под контроль Юлии Владимировны - молодой, амбициозной и чрезвычайно умной в то время. Лазаренко, скорее, при ней выполнял функции «VIP-решальщика». Бакай сдался без боя, чтобы в начале двухтысячных взять убедительный реванш, превратившись в ключевого врага Тимошенко. Чтобы опять проиграть, сбежать в Москву и… стать неформальным «газовым» партнером Юлии Владимировны в 2008/2009 годах. Но это уже совсем иная история. А пока вернемся к Щербаню. Ему решение Кабмина не понравилось. Мягко говоря. Дело в том, что он уже контролировал все поставки газа в свою родную область. Через сеть собственных фирм - СП «ФинансистСДРПО «Центр» и ТНК «Атон». Зачем ему менять устоявшуюся схему? Зачем делиться с кем-то вкусными активами? Зачем конкуренция? Щербань развернул изящную контригру и быстро выбивал козыри Лазаренко/Тимошенко. В частности, ему удалось убедить своего тезку (Вадима Щербаня), тогдашнего донецкого губернатора, составить распоряжение, согласно которому «единственной организацией, которая могла осуществлять заключение договоров с оптовыми импортерами природного газа на поставку его Донецкой области и осуществлять расчеты за него, была признана корпорация «Индустриальный Союз Донбасса». Это существенно нарушало экспансионистские планы Тимошенко. Дело в том, что ЕЭСУ предпочитало работать индивидуально с каждым предприятием, ломая его или предлагая какие-то «особы условия» для директората. Щербаню предложили совсем иную схему работы. Потенциальный монополист (ЕЭСУ) продавал газ региональному монополисту (ИСД), а последний уже работал с конкретными донецкими предприятиями, распределяя газ между ними. Тимошенко в этой схеме напрочь отсутствовала и потому схема переставала быть привлекательной. Это сегодня ИСДешник Виталий Гайдук отвечает за работу советников премьер-министра Тимошенко, а в те годы Щербань предложил идеальную конструкцию под названием ИСД, сильно раздражавшую амбициозную Юлию Владимировну. И переиграл гений Тимошенко.

Как оказалось ненадолго. Вопрос: сколько стоит человеческая жизнь? Некорректно? Тогда так: если заплатить киллерам 3 млн долларов и получить на год (как минимум) рынок емкостью в полмиллиарда (скромно) тех же долларов – это стоит киллерского заказа? Опять вернемся к официальным показаниям Кириченко: «со счета компании «Орфин С.А.» в Еврофедбанке Лтд. (Антигуа и Барбуда) на счет Мильченко А.Ф. № 120512 в этом же банке было перечислено 20 мая 1997 года 500 000, а 10 сентября - еще 797 000 долларов США. Кроме того, 26 февраля 1998 года со счета компании «Орфин С.А.» в Еврофедбанке Лтд. (Антигуа и Барбуда) на личный счет №124154 жены Мильченко – Снитко Н.А. было перечислено 850 000 долларов США». Скучнейшие вроде бы показания. Крупные цифры, наименования каких-то офшоров. Зачем и почему? А все просто. Была группа фирм, так или иначе аффилированных с семьей Тимошенко. Именно эти фирмы и платили деньги. Во-первых, самому Лазаренко. Как я уже сказал, он был всего лишь силовым решальщиком с мощными административными возможностями при Тимошенко-мозге. Во-вторых, исполнителям конкретных криминальных заказов. Кириченко продолжает: «(вопрос) Какие экономические основания платежей на счета компании «Орфин С.А.» в варшавский и женевский банки в 1996 году средств от компании «Сомолли Энтерпрайзес Лимитед» из кипрского банка «Bank of Cyprus»? Как Вами были использованы вышеуказанные средства. (Ответ) Я сознаю, что это были средства Юлии Тимошенко для Лазаренко. Я полагаю, эти платежи для Лазаренко поступали от Сомолли, Беттен, Феркометал, Литат и некоторых других компаний на Ближнем Востоке. В конце концов деньги перечислялись на счета Лазаренко». Кириченко также подтвердил, что «Сомолли Энтерпрайзес Лимитед» не была связана какими-либо договорными отношениями с «Орфин С.А.» (Смотри подробное приложение «Фирмы и счета»).

Ладно, стоп. Хватит деталей. Они, безусловно, важны. Но все эти детали уже давно изложены в конкретных уголовных делах, выложенных для общественного просмотра в публичных местах. Пересказывать все обилие документов просто нет смысла. Алчущий знаний сам найдет и прочтет. Бютовский же пропагандист откажется читать черное на белом и будет прав. Истинное поклонение строится не на сухом знании, но исключительно на слепой вере. И тем не менее, мои выводы опираются исключительно на конкретные факты, уже получившие надлежащую юридическую оценку. Но вот он наш традиционный парадокс: никогда и никого в Украине все эти убийственные показания и совпадения не интересуют. Никогда и никого не интересует настоящий мотив невероятного, на первый взгляд, преданного отношения поднявшейся на самый верх Тимошенко к павшему Лазаренко. Казалось бы, зачем тратить властные ресурсы, кулуарное влияние и выборные деньги на то, чтобы содействовать Павлу Ивановичу? Для этого нет ведь никаких разумных резонов. Если только не предположить, что сам Лазаренко… фиксировал (для обеспечения будущей личной безопасности) слова и мысли Юлии Владимировны Тимошенко. А уже после своего ареста зафиксировал собственные показания на сей счет – и не только по делу Щербаня - в каком-нибудь официальном документе, который нынче хранится в некой швейцарской банковской ячейке. А в этих показаниях – предположительно – Лазаренко в деталях раскрывает роль Юлии Тимошенко в убийстве Щербаня. Простой мотив и всего лишь бизнес…

Приложение «Фирмы и счета»

кликните для увеличения