Лидер белорусской оппозиции Александр Милинкевич: "Не вижу других шансов, кроме улицы"

Лидер белорусской оппозиции Александр Милинкевич: 'Не вижу других шансов, кроме улицы'

Александра Милинкевича часто называют белорусским Ющенко. В 2006 году ему предстоит борьба с нынешним президентом Беларуси Лукашенко за наивысший пост в стране. На съезде оппозиционных сил в октябре нынешнего года Милинкевич был избран единым кандидатом от оппозиции на президентских выборах. Специально для "Без цензуры" лидер белорусской оппозиции рассказывает о перспективах борьбы с правящим в его стране режимом.

Видео дня

- Начнем с вопроса об объединительном съезде демократических сил, на котором вас избрали единым кандидатом на предстоящих президентских выборах. Некоторые оппозиционные силы, в частности Белорусская партия "Свобода" и Автокефальная церковь, жалуются, что их не пригласили на форум. Значит ли это, что оппозиция в Беларуси до сих пор разобщена?

- Это не так. В коалицию не приглашали никого. В нее входили все, кто хотел. Было объявлено, на каких принципах она строится, поэтому в коалицию демократических сил вошли все, кто пожелал. Для этого никому не нужно личное приглашение. Я не говорил с лидером партии ("Свобода". - Авт.), которого знаю и уважаю, но дверь ни для какой партии закрыта не была.

- С ним говорили мы. В своем недавнем интервью для "Без цензуры" лидер этой партии Сергей Высоцкий заявил, что в Беларуси существует две оппозиции - легальная и народная. Под последней он, очевидно, подразумевал себя...

- У меня другое мнение. Половина представленных на Конгрессе организаций действуют нелегально. Их Лукашенко лишил статуса или не захотел регистрировать. Но мы их ввели в свой состав, потому что скоро в Беларуси вообще все организации станут нелегальными. Я бы не разделял сегодня людей на правильных и неправильных, на разрешенных Лукашенко и не разрешенных. Если в состав коалиции входят и коммунисты, и националисты, это о чем-то свидетельствует. Однако это не значит, что объединились их платформы, скорее всего, они чувствуют исходящую от режима страшную опасность, поскольку существует угроза исчезновения всего гражданского общества, если мы разрешим режиму существовать и дальше. Поэтому всем, кто хочет изменить строй в Беларуси и добиться демократии, надо объединяться. У меня начальник штаба, например, - коммунист, но мне это совсем не мешает, потому что он выдающийся менеджер. Это демонстрация того, что на данном этапе мы должны собрать всех. Конечно, коалиции не станет, когда мы выиграем президентские выборы и объявим парламентские. Но пока необходимо держаться вместе. Надо прийти и сказать, что ты поддерживаешь решения Конгресса, и подписаться под ними. Мы с радостью встретим все новые силы.

- Вам часто ставят в укор работу в исполнительной власти во время президентства Лукашенко. Что вы на это скажете?

- Я горжусь этим! Так как пришел во власть в 1990 году, еще при перестройке, когда городскую власть стали избирать люди. И меня избрали только потому, что в нашей местной власти в Гродно была довольно многочисленная фракция демократических кандидатов. Благодаря им я стал вице-мэром Гродно. Работал до 1996 года, а ушел из власти сам, когда готовился второй референдум, поняв, что сохранить все, что мне дорого, невозможно. Так что тогда были времена первой белорусской демократии.

- Вы единственный соперник Александра Лукашенко от объединенной оппозиции. Ощущаете ли давление или, может быть, угрозу своей жизни?

- Пока угрозы не ощущаю, хотя за мое сегодняшнее выступление в Киеве (на форуме Сообщества демократического выбора. - Авт.) меня по новому закону могут на три года посадить в тюрьму - за ущерб государству. Но я бы не сказал, что за мной следят, машин пока что не видно, хотя телефон, конечно, прослушивается. Тут, скорее, партии и общественные организации ощущают, что исчезает последняя возможность действовать демократически. Еще три года назад у нас было 60 независимых газет. Хоть это тоже не много, но они были. Сейчас, после Нового года, их останется всего три. То есть свободная пресса фактически уничтожена. Для нас, оппозиции, радио и телевидения никогда не существовало. Поэтому остаются лишь бюллетени и многочисленные издаваемые нами подпольные газетки, да Интернет. Власти перекрывают малейшую возможность донести до людей информацию и пресекают самоорганизацию граждан.

- Вы не верите в честность выборов и готовитесь вывести людей на улицы. Но сегодня для многих из них экономическая стабильность и отрицательный имидж Оранжевой революции, создаваемый в Беларуси, - это, возможно, больше, нежели весьма абстрактные идеалы свободы. Что вы скажете таким людям?

- Видите ли, в Беларуси люди, для которых главное - это простое физическое выживание, за нами не пойдут. Лукашенко говорит, что для белорусов самое главное - "чарка и шкварка". Такие люди - не наши приверженцы. За нами пойдут более образованные и сознательные, нас поддерживают те, кто не хочет жить по-прежнему. Люди, для которых духовная жизнь важнее, чем материальная. Мы надеемся на тех, кто не хочет притеснений и унижения собственного достоинства. Соцопросы свидетельствуют, что приблизительно половина избирателей готова проголосовать за нового политика, который бы соответствовал их ожиданиям. Надо быть таким кандидатом. Другое дело - это его (Лукашенко. - Авт.) возможности и наши. Но должен сказать, что произошло то, чего мы долго ждали: в Беларуси люди перестали верить телевидению. Когда говорят, что это хороший дядя, то всем понятно, что он на самом деле плохой, и наоборот. Поэтому ситуация не столь уж безнадежна, и я оптимистически смотрю в будущее Беларуси.

- За время, оставшееся до выборов, вам нужно проделать большую работу. Есть ли у объединенной оппозиции четкая стратегия действий?

- Стратегия есть, она предполагает мобилизационную, информационную, социальную и политическую кампании. В абсолютном большинстве районов образованы штабы, действует обмен информацией между собой. Сейчас мы распространяем информацию о Конгрессе, о ситуации в стране, как можно жить лучше и что происходит в соседних странах. Пока работаем со своими 25 процентами, со временем начнем работу по привлечению на свою сторону других избирателей.

- На какую поддержку со стороны Запада вы надеетесь?

- Прежде всего, это поддержка моральная. Внимание, прикованное сегодня к Беларуси, - это большой аванс для демократических сил, мы его очень ценим. Что касается других видов поддержки, то это работа в информационном поле. И очень важно, чтобы наши соседи, в том числе и Украина, оказывали помощь репрессированным. В Беларуси существует проблема страха. Но она изрядно уменьшается, когда репрессированные ощущают конкретную поддержку. Например, можно помочь восстановиться в вузах студентам, которых выгнали из университетов. Для этого нужны деньги и добрая воля стран-соседей, особенно тех, где не будет проблем с языком.

- Не секрет, что для борьбы с властью необходим не просто запал, но и немалые финансовые ресурсы. Каково финансовое положение белорусской оппозиции?

- По нашему закону, как и по законам других государств, политические процессы не могут финансироваться из-за границы. Поэтому мы должны рассчитывать на внутренние ресурсы. Известно, что в Украине не западные деньги сыграли решающую роль в победе, были местные вложения. У нас такого не сделаешь, поскольку в нашей стране только один олигарх, политический и финансовый. А большой бизнес у нас находится под крышей власти и фактически является частью власти. Остается малый и средний бизнес, который Лукашенко, будто по Ленину, истребляет как класс. Он не раз обещал, что скоро "пожмет руку последнему предпринимателю". Мы надеемся на их поддержку и работу в наших штабах, поскольку они, возможно, как никто другой хотят перемен, и это почти на 100% протестная группа.

- Перенесемся в следующий год и представим себе, что вам удалось вывести людей на улицы. Если власть применит силу, что вы станете делать?

- Сложно призывать людей выйти на улицы, если знаешь, что могут стрелять. Это большая ответственность. Каждый человек должен понимать, что это опасно для жизни. Но с другой стороны, если не победишь в себе естественный страх, то не стоит ввязываться в это дело. В Беларуси появляется все больше людей, для которых свобода дороже собственного здоровья. А еще есть много таких, кто ценит ее больше жизни. Я горд этим, потому что не хлебом единым должен жить человек. Мы знаем их, они сплотятся и выйдут. Не вижу других шансов, кроме улицы. Власть будет фальсифицировать выборы, несмотря на наши протесты и протесты других стран. Иначе она не сможет выиграть, как раньше.

- Как вы оцениваете политику Запада по отношению к Беларуси?

- Теперешние отношения Беларуси с Западом - это скорее политика самоизоляции. Беларусь никто бы не изолировал, если бы она придерживалась правил поведения в Европе. Я очень осторожно отношусь к экономическим санкциям. С одной стороны, кто-то рассчитывает, что люди поймут, какая власть плохая, и выйдут на улицы, чтобы свергнуть ее. С другой, власть воспользуется этим и может сказать, что в Европе нас не ждут. И это снова толкнет Беларусь в восточном направлении. Я за визовые санкции, чтобы, к примеру, не выдавать визы тем начальникам, которые нарушают законы. На них это действует психологически. Однако нужно десять раз подумать, действительно ли экономические санкции приведут к активизации населения.

"Без цензуры"