Обвинения по делу "Роттердам+" не имеют независимого подтверждения, – Карповец

Обвинение по делу "Роттердам+" основывается преимущественно на служебной переписке и экономической конструкции, которая противоречит собственной логике и не подкреплена ни одним независимым заключением.

Об этом говорится в колонке юристки Валентины Карповец, опубликованной на OBOZ.UA.

Автор анализирует версию стороны обвинения, рассмотрение которой по существу суд начал в мае–июне 2026 года. По её оценке, дело, несмотря на резонанс, юридически несложное: доказательства сводятся к хронологии событий и переписке представителей частной компании с регулятором, тогда как прямых доказательств сговора или неправомерных действий конкретных лиц в материалах нет.

Карповец отмечает, что направление бизнесом предложений и аналитических материалов регулятору во время разработки нормативного акта является законной стадией нормотворчества, а не тайной операцией. Принятие формулы в марте 2016 года, по её мнению, объясняется контекстом того времени – дефицитом угля и угрозой срыва поставок топлива с оккупированных территорий, – а не сговором.

Отдельно юристка останавливается на экономической части обвинения. Тезис о 39 млрд грн, "излишне полученных на логистику", построен на предположении, что уголь был регулируемым товаром, хотя рынок угля регулируемым не был и цену на него регулятор не устанавливал. Логика обвинения, по её словам, противоречива: если у ТЭС нет документов на логистику из Роттердама, то нет их и на само происхождение угля, однако вопросы возникают только в отношении логистической составляющей.

Карповец также подчеркивает, что ни один независимый источник не подтвердил позицию следствия: проверку формулы инициировало именно обвинение через АМКУ, и комитет подтвердил правильность выводов регулятора, а экспертиза Киевского НИИСЭ, признававшая формулу правильной, из дела исчезла. Формула "импорт + логистика", отмечает автор, применяется в Украине для ценообразования на десятки товаров, в частности закреплена для природного газа в Меморандуме с МВФ.

Ключевым правовым аргументом юрист называет вопрос умысла: инкриминируемая статья 364 Уголовного кодекса требует доказательства прямого умысла, тогда как методология расчета прогнозируемой оптовой рыночной цены привязана к международному индексу API2 и валютному курсу – величинам, которые невозможно предсказать или гарантировать на момент принятия формулы.