Текст переведен специально для сайта "Обозреватель". Оригинал читайте на AtlanticCouncil.org

Лечение "невидимых ран войны" - психологических травм - стало важной проблемой для международных организаций в зонах конфликта. Украина - не исключение. Но страна все еще изучает, как лучше всего решить эту неотложную проблему психического здоровья среди боевых ветеранов, внутренне перемещенных людей и других уязвимых групп населения.

У специалистов в области психического здоровья Украины был небольшой опыт с кризисной психологией, когда во время протестов Майдана вспыхнуло насилие, а затем на востоке началась война. Также были опасения, что система охраны психического здоровья унаследовала дурную славу со времен советской эры, когда обвинения в психическом заболевании использовались с целью опорочить политических противников. Боялись и того, что подобные воспоминания помешают людям обратиться за помощью, а это могло иметь драматические последствия, в том числе увеличение самоубийств, случаев насилия в семье и алкоголизма. По этим причинам получили распространение программы по обучению украинских психиатров и психологов касательно лечения послевоенных травм.

Хотя точное число таких программ неизвестно, непрекращающийся вопрос состоит в том, насколько они эффективны. Многие наблюдатели указали на недостатки в качестве различных программ и отсутствие координации в прилагаемых усилиях. Елена Черепанова, специалист по психологическим травмам, имеющая опыт работы с украинскими психологами, утверждает, что данная область в Украине иногда похожа на "Дикий Запад". Кац Де Йонг, психолог из неправительственной международной организации "Врачи без границ" также заметил: "хотя в бумагах значится, что для помощи людям существуют прекрасные программы, действительность оказывается не такой радужной. Все сильно приукрашено"

Поверхностность многих из этих программ идет вразрез с их благими намерениям. Леся Василенко из НГО "Юридична сотня", предоставляющей юридическую помощь вернувшимся домой солдатам, описывает ситуацию так: "Международные организации и психологи приедут, проведут тренинги для сотни людей или около того, и скажут: "’Вы прошли курс обучения, и теперь вы квалифицированы’’. Пять часов - и квалифицированы?"

Если распространение тренингов с недостаточным контролем качества и преследует в качестве цели расширение сферы охраны психического здоровья в кризисной ситуации, в действительности, психологи в Украине до сих пор неспособны удовлетворить высокий спрос на свои услуги. Убедить людей обращаться за помощью далеко не такая большая проблема, как низкая доступность психологической помощи, особенно в сельских районах и АТО, где профессионалы отправляться не желают. Оксана Хмельницкая, психолог и руководитель в НГО "Кризисная психологическая помощь", сожалеет о том, что "остальной части Украины" и областям за пределами больших городов уделяется недостаточное внимание. Это чрезвычайно проблематично для тех солдат, кто возвращается домой в эти части страны.

Учитывая эти сложности, как международное сообщество может улучшить свой подход к проблеме психологических военных травм в Украине? Работая с последствиями длительного насилия и внутренних перемещений, следует фокусироваться на организации служб для борьбы с травмами и их поддержании в течение длительного срока.

Разумеется, обучить украинских специалистов – важно, но международные деятели должны мыслить более широко о проблеме доступа и стремиться обеспечить широкую систему поддержки. Им стоит начать сотрудничать с важными общественными организациями, такими как церкви, которые могут оказать поддержку.

Международное сообщество должно также признать, что психологическая травмы усугубляют длительные физические лишения. Дарежан Явахишвили, грузинский психолог, отмечает, что в тех областях Украины, где инфраструктура была разрушена, а насилие стало частью обыденности, "недостаток психического здоровья расценивают как роскошь". Таким образом, важно инвестировать больше денег в борьбу с гуманитарным кризисом в Украине. Удовлетворение физических потребностей людей способствует развитию доверительных отношений и поможет улучшить обстановку, в которой будет проще работать с психологическими травмами.

Наконец, международное сообщество должно убедить украинские власти не только поддерживать те НГО, что эффективно работают над психологическими травмами, но также вкладывать средства в собственных военных психологов и командующих. Текущая зависимость от волонтерских усилий должна быть компенсирована построением официальной инфраструктуры. Следует выделить время и ресурсы на то, чтобы обучить тех, кто работает с солдатами на фронте и позаботиться о том, чтобы заранее смягчить будущие травмы, вовремя выявить их признаки и принять меры.

Подобные усилия с вершины политико-военной иерархии Украины послужили бы сигналом о том, что обращение за помощью – вовсе не признак слабости, как принято считать среди военных.

Как Де Йонг выразился, если с этими проблемами не бороться, то "Люди конечно выживут. Но качество такого выживания будет другим". Мы должны бороться за лучшую Украину.

Читайте все новости по теме "АТО на Донбассе" на Обозревателе.

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.

Присоединяйтесь к группе "Обозреватель Блоги" на Facebook, читайте свежие новости!

Наши блоги

Последние новости