"В раздевалке звучала Сердючка": олимпийская призерка рассказала, как Украина выиграла историческую медаль, суеверия тренера и что просила у Бога на последних минутах

15 января мужская сборная Украины по гандболу стартует на чемпионате Европы-2026 матчем с норвежцами, а главным нашим достижением в этом виде спорта уже более 20 лет остается женская бронзовая награда Олимпиады-2004. Тогда в Афинах коллектив Леонида Ратнера проиграл лишь один матч – полуфинал Дании, но затем в борьбе за третье место одолел чемпионок мира из Франции. По мнению вратаря той сборной Ларисы Заспы, для финала "сине-желтые" недостаточно верили в свою победу, а на последних минутах бронзовой битвы уже молились.

В разговоре с OBOZ.UA глава Комиссии НОК "Женщины в спорте" и директор Деснянского районного Центра физического здоровья населения "Спорт для всех" вспомнила, как Украина вопреки ожиданиям многих попала на Игры в Афины-2004, а перед матчами в раздевалке всегда играла Сердючка. Также Заспа объяснила, почему никогда не ходила в раздевалку во время перерыва и что помешало выиграть чемпионат мира-2003.

В 2024-м, когда исполнилось 20 лет "бронзе", которая до сих пор остается единственной олимпийской наградой Украины в игровых командных видах, гандболистки встречались онлайн, поскольку не все могли приехать. Но обладательницы исторического достижения, по словам Ларисы, общались в течение трех часов.

– Вспомнили много разных историй, каждая рассказала о себе, потому что уже давно не общались. Получили массу эмоций, договорились хотя бы раз в год так общаться. В принципе, мы поддерживаем отношения между собой. Разговаривала перед нашей встречей с девушками, общалась с Леонидом Анатольевичем. Он – молодец. Конечно, уже достаточно почтенного возраста, но – молодец. Все помнит.

И он этим живет, честно говоря. Мы с ним много вспоминали, и он такой: "Вот можно было бы, а вы там..." А ему говорю: "Леонид Анатольевич, уже ничего нельзя изменить. Мы можем только принять то, что есть. И слава Богу, что так сложилось, как сложилось".

И очень жаль, что пока нет больше наград в игровых видах спорта. Особенно, конечно, душа болит за гандбол. Но надеюсь, что после войны можно будет немножко лучше развивать. Ведь, как и во многих видах спорта, немало детей сейчас уехало, однако мы всегда мы верим в лучшее.

– А какие самые яркие воспоминания остались с той медальной Олимпиады? Как отбирались?

– Ну, вы же понимаете, что никто вообще даже очень приблизительно не верил в то, что мы можем попасть на Олимпийские игры. Правда... Тем более у нас была ну очень сложная подгруппа, куда сразу попали и Румыния, и Норвегия. Поэтому очень сложно было отобраться. А потом как-то так случилось, что мы шли без единого поражения, и оно уже было как снежный ком.

Первая игра в отборе у нас была со сборной Норвегии, если не ошибаюсь. И вот представьте, мы победили Норвегию! Это же вселяет в тебя уверенность! И так в каждой игре, от матча к матчу мы верили в себя, верили, что мы все можем. Если бы, конечно, у нас в команде не заболели пять человек, мы бы, возможно, и выиграли чемпионат мира. Абсолютно это предполагаю (в 2003-м Украина заняла 4 место – Ред.).

И есть еще один момент: знаете, когда люди ставят перед собой задачу, а в то время у нас была цель, попасть на Олимпиаду, и этого достигает, организм как будто выдыхает. А у многих людей, видимо, ресурс был только, ну, вот настолько. И только эту задачу выполнили – все, организм дал сбой, ему нужно было отдохнуть. Это мое такое понимание.

Поэтому у нас был очень сложный путь к этой олимпийской медали. Даже сложнее было получить лицензию, чем, возможно, уже сами Игры в Афинах. Поскольку гандбол был сильнее и развитее в европейских странах. И сама квалификация там намного сложнее из-за команд, которые принимали в ней участие.

Но всегда ценится олимпийская медаль. Ты же не можешь приуменьшить ее значение и сказать: Олимпийские игры – ну, то такое. Нет. Это та эмоция, которую ты не можешь передать словами. Ее нужно только почувствовать.

– В футболе довольно распространено мнение, что уверенность как обороны, так и всей команды, идет от вратаря. А как в гандболе? И как это было на Олимпийских играх? От кого шел тот импульс, кроме тренера, который обладает невероятной энергетикой?

– Я не могу сказать, что у кого-то есть менее ответственное место. Нет. Хотя, конечно, вратарь – это полкоманды. Всегда так говорили. Уверенная игра вратаря, конечно же, придает уверенность всей команде. Когда ты пропускаешь – защита где-то не очень хорошо справилась, а вратарь за тобой стоит, как стена, конечно, это вдохновляет игроков и помогает.

Так же, как и нам, ведь вратари – это очень много психологии. И если, не дай Бог, у тебя что-то не идет, за тебя дорабатывает команда, ну, всегда есть второй вратарь. И у нас в олимпийской команде была Наташа Борисенко. Мне кажется, это был лучший наш тандем. Я могу уверенно сказать, что мы никогда между собой не думали, кто будет первый или второй. Мы спрашивали друг у друга: ты как? Могли между собой договориться.

Мы могли в процессе игры спросить друг друга. Если чувствовалось, что кто-то подплывает. Мол, готова? Ведь не всегда ты можешь быть готова выйти и заменить. Но мы с ней были в настолько замечательном тандеме. Я невероятно благодарна Наташе за поддержку на Олимпийских играх. Я невероятно ей благодарна за то, что она была в моей жизни как коллега.

– Если вспоминать ход самой Олимпиады, были уверены, что преодолеете групповой этап? Что тогда было решающим?

– Думаю, это как я говорила по поводу чемпионата мира: ты же от игры к игре набираешься уверенности. Первый матч выиграли – класс, можем, едем дальше. Второй выиграли – класс, двигаемся дальше. И так ты двигаешься – понемногу, понемногу... Все же происходило не одним днем. И не двумя. Турнир по гандболу длился на протяжении всей Олимпиады – две недели. Поэтому ты должен поддерживать в себе эту уверенность.

И с одной стороны это легче, ведь если, не дай Бог, у тебя как-то не заладилось в начале, то есть возможность проделать это с собой, перенастроиться, восстановиться. А с другой стороны – тебе надо гораздо дольше держать себя в этом состоянии ответственности. От начала и до самого конца. Ты не можешь два дня отработать и – все, выдохнуть, расслабиться. Нет, ты в этом стрессовом состоянии, в этом напряжении находишься в течение двух недель. В этом очень большая сложность.

И это же наши первые Олимпийские игры. До этого у нас не было такой истории, только то, что происходило во времена СССР, а своей истории у сборной Украины не было, когда бы ты мог к кому-то прийти и спросить, мол, а как это? Мы от всех только слышали, что Олимпийские игры – это что-то невероятное, а сам ты не понимаешь, что тебя ожидает.

Лично у меня было невероятное ожидание. Завышенное. И для того, чтобы мне потом с собой справиться, я эти ожидания отпускала и опустила себя до уровня чемпионата Украины – тех игр, в которых я участвовала системно. Мол, это ничего особенного. Я считаю, что Олимпиада – это очень сильное перенапряжение для спортсмена. И для многих, с таким психотипом, как у меня, надо воспринимать так, как будто это просто соревнования.

Возвращаясь к групповому этапу Олимпиады, как и на чемпионате мира, так и здесь, мы шли без поражений. Первое и единственное поражение, которое у нас было единственное в Афинах, это в полуфинале от Дании (20:29). Очень жаль. Но я считаю, что это было чисто психологическое поражение, хотя и достаточно большая разница в количестве мячей. Мы не готовы были психологически на тот момент их побеждать.

– То есть, не верили, что сможете?

– Нет, мы верили. Но не до конца. Это мое личное мнение. Потому что когда ты выходишь уверенный в себе, уверенный, что ты это сделаешь, то ты и сделаешь. Но ведь самое главное – это договориться с собой, нужно поверить, что ты это можешь. Ведь это не то же самое, когда тебе кто-то говорит: "Ты сможешь! Поверь в себя!" А ты идешь такой робкий и тихонечко: "Да, я это смогу..." А на самом деле думаешь: "Ничего я не смогу".

А вот когда ты на самом деле знаешь, что способен на это, то тогда тебе все равно кто перед тобой, какой соперник. Ты выиграешь, потому что уверен, что ты это сделаешь.

– Помните, возможно, что вам говорил Ратнер в тот момент, когда пытался переломить ход того поединка?

– Ну, вратари во время перерыва в раздевалку с другими игроками не ходят, поэтому я не могу рассказать, что говорят тренеры. Это знают только полевые игроки.

– А почему вратари не ходят?

– Не ходим. Это бывает только тогда, когда уже зашквар полный, когда там уже дно-днище, тогда все идут в раздевалку. Но я никогда не ходила в раздевалку. Почему? Потому что там бывает по-разному. И, чтобы не разрушать себя, ты просто остаешься наедине с собой.

– Ну, хорошо, вот вы проиграли полуфинал Олимпиады Дании, как после этого настраивались на бронзовый матч? Ведь борьба еще не закончилась.

– Я вам скажу, что в день матчей с самого первого дня у нас все происходило одинаково. Мне кажется, что все знают, насколько Леонид Анатольевич – суеверен. Поэтому у нас все было четко одинаково с первого дня. Ведь так у нас заведено: если ты выиграл первый матч, так же четко проходит и следующий игровой день.

То есть, мы гуляли до соответствующего домика, делали одну и ту же зарядку. Мы в таком же самом порядке шли друг за другом. В раздевалке у нас всегда перед игрой звучала Верка Сердючка. Вот так четко мы следовали одному и тому же сценарию. Вот такие мы спортсмены суеверные и все делаем так, чтобы, не дай Бог, не спугнуть удачу. Поэтому и перед бронзовым матчем все было так же.

– И ничего такого особо тенер не говорил, ведь это была историческая битва за медаль Олимпиады против чемпионок мира француженок, которым вы уступили в полуфинале ЧМ за год до того?

– Ничего особенного. Возможно, конечно, я что-то не помню. Ведь в отличие от полевых игроков, которые много двигаются, подтанцовывают, я была больше сфокусирована на себе, готовилась молча. А девушки там себе – гей, гай, леле (улыбается). У каждой свои эмоции. Поэтому, возможно, я что-то где-то там и пропустила.

– Когда поняли, что выиграли медаль? Когда пришло это понимание?

– Интрига же тогда сохранялась до самого конца. Расслабиться вообще нельзя было – с самого начала и до финальной сирены. Поэтому до последнего были такие мысли: "Господи, господи, помоги, будь на нашей стороне, ведь мы же столько для этого сделали. Нам как никому это нужно! Они уже чемпионки мира. Зачем это им? А нам это так важно!".

И у нас тогда очень крутая команда была. Вот именно команда! Когда мы настолько поддерживали друг друга. Вообще. У нас не было такого, что кто-то первый, кто-то – второй, ты выходишь в старте, или не выходишь. Был единый сплоченный коллектив. Я этим очень горжусь. И я уверена, что только благодаря этому мы стали бронзовыми призерами Олимпийских игр.

– Как эта награда повлияла на вашу дальнейшую карьеру, жизнь? И повлияла ли вообще?

– Смотрите, медаль – это всегда возможности. У каждого спортсмена есть немало достижений. Как и у меня, ведь я – обладательница Кубка кубков, чемпионка мира среди юниоров. Но когда у тебя есть олимпийская медаль, она всегда стоит над всеми. Вот так сложилось. Это дает тебе что-то большее? Нет. Все зависит от тебя. Насколько ты сможешь воспользоваться своим шансом. Это большой труд, как в рамках спорта, так и вне его.

Сама медаль тебя не будет двигать в твоей жизни. Мы знаем много медалисток, о которых мы просто знаем, что они были. Но для них эта медаль не стала тем трамплином на дальнейшую жизнь, жизнь вне спортивной площадки. Поэтому все зависит от человека.

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки!