«Мафия» ушла в отказ

«Мафия» ушла в отказ

Подзабытое уже «дело Колесникова» во вторник приняло неожиданный оборот. Один из главных глашатаев лозунга «бандитам-тюрьмы!», человек, показания которого стали следствием четырехмесячной отсидки экс-главы Донецкого облсовета, внезапно сознался в клевете.

Оказывается, с весны 2005-го Борис Пенчук - автор разоблачительных книг «Донецкая мафия», «Крымский гамбит», «Донецкая мафия. Антология», систематически врал. Конечно, не удовольствия ради, а волею «оборотня в погонах» Луценко, принудившего его к этому из-за «революционной целесообразности».

«Это была чистейшая провокация, позволившая Луценко доказать свою влиятельность, напугать украинский бизнес и хорошо заработать», - говорилось в пресс-релизе к скандальной пресс-конференции. Именовалась она, кстати, весьма скромно: «Отношения человека и власти в современной Украине» .Себя мученик-Пенчук окрестил еще скромнее – «человеком, которого, шантажом и запугиваниями сделали едва ли не «козырной картой Луценко».

Видео дня

В 2007-м Пенчук критиковал Луценко столь же яростно, как в 2005-м и в 2006-м – Колесникова.

Впрочем, исповедь, адресованная журналистам, оказалась больно уж путанной и противоречивой.

Домашний арест

Суть ее вкратце такова. В марте 2005-го на Бориса Пенчука ни с того, ни с сего, вышли высшие чины МВД Украины. Рассказав, что в стране под непосредственным руководством министра Луценко начата государственная программа по борьбе с коррупцией, предложили ему дать показания на Колесникова, с которым у него прежде «случались хозяйственные споры». Некоторое время обрабатывали – возили по конспиративным квартирам, устраивали «воспитательную промывку мозгов». В результате он завизировал какие-то бумаги. «Я впервые прочел их только две недели тому назад», - сознался откровенно.

Оказалось, пенчуковский автограф украсил заявление, ставшее позже первоосновой «дела Колесникова». Кстати, то что бело-голубого деятеля арестовали именно по делу «Белого лебедя», главу фонда «Антикоррупция» удивило. «Если на самого богатого человека сложно что-то найти, значит искать нужно через его окружение, друзей. Так они и сделали», - предположил он.

Вскоре к Пенчуку приставили милицейскую охрану, контролировавшую каждый его шаг. Затем – в принудительном порядке вывезли в Киев. Типа «эвакуировали». То есть – департировали, «как чеченцев или крымских татар при Сталине», - уточнил Борис.

С женой и двумя детьми, с больным отцом его сутки везли в столицу в микроавтобусе, нашпигованном вооруженными автоматчиками. На границе каждой области менялись машины сопровождения. «Эти автоматы, каски, переговоры по рации постоянные – все очень действовало на нервы». «Представьте: на одной из заправок к нашей машине подошла женщина, продававшая пирожки. Увидев внутри вооруженных людей в черном, от испуга она просто выронила свою миску с товаром», - рассказал он.

В Киев прибыли ближе к ночи, разместились в таинственном дачном домике, находившемся на охраняемой территории. «Общая площадь метров двадцать. Мы, четверо взрослых людей, вынуждены были жить в одной комнате не неделю, как нам сначала сказали, а почти четыре месяца». Цель, по мнению Пенчука, преследовалась единственная – запугать его настолько, чтобы о возможности отказаться от «показаний» он и думать забыл.

С «дачи» его (под охраной, разумеется) вывозили только в Генпрокуратуру, в гастроном и на обвинительную пресс-конференцию (по Колесникову). Позже – за дачу и за пресс-конференцию попросили еще заплатить.

В середине лета Пенчуку удалось увидеться с Луценко. «Он твердил о государственной программе, просил потерпеть, объяснял, что так надо». Вновь познать вольницу «узнику» удалось только после освобождения Колесникова.

Борец эпистолярного жанра

Разглашать какие-либо подробности своих отношений с правоохранителями – кто его «обрабатывал», конвоировал, контролировал, Пенчук не захотел. Причина - «подписка о неразглашении, данная на период следствия».

К риторическому: «почему именно сейчас?» приготовился заранее. Мог бы, дескать, раньше, но тогда все б связали это с ходом избирательной кампании.

На самом деле, Пенчук летом молчал не оттого, что боялся подыграть бело-голубым, а оттого, что не верил в триумф демократов с реверсом во власть Луценко. Следовательно – не видел острой необходимости спасать ситуацию.

По информации «Обоза», автор «Донецкой мафии» сейчас вовсю дает показания в Генпрокуратуре. Об этом, кстати, свидетельствует обмолвка о недавнем ознакомлении с собственными «показаниями». Сделать это он мог только по ходу следствия.

Кроме фамилии Луценко в пенчуковских показаниях фигурируют другие высшие милицейские чины – Геннадий Москаль (будущий оранжевый нардеп), покойный подельник Юрия Витальевича Роман Ерохин, следователь Яков Такташев и прочие милые люди.

Обличать их он решился после того, как ГПУ доказала полную несостоятельность его претензий к Колесникову. Проще говоря – уличила в лжесвидельстве, за которое Пенчук, логично, должен сесть. Либо – объясниться.

Сделал он это, однако, не до конца. Известным стране Борис Пенчук проснулся на утро не после ареста Колесникова, а после выхода «Донецкой мафии» (которую, кстати, раздаривали делегатам съезда «Нашей Украины»).

Роль правдоруба он избрал сам. В рамках проекта «Мафия в Украине» увидел свет «Крымский гамбит», собирались материалы (львиная доля которых – нарезки из ОРД) о разгуле преступности на Западной Украине, Слобожанщине. Наиболее популярной, однако, оставалась первая книга – «Донецкая мафия» и ее переиздание «Антология». Там два главных персонажа – друзья-злодеи Ахметов с Колесниковым. Это именно они тоннами закатывали под асфальт трупы, захватывая потом бизнес покойников. Остальные «нурики», «кушниры», «немсадзе» - в «эпизодах».

Если показания на Колесникова – вранье, верно ли, что и в книгах тоже все неправда? Дать внятный ответ Пенчук не смог.

Равно как и сказать: имелся ли все-таки со стороны Колесникова факт вымогательства акций по отношению к семье Пенчуков или нет? «Доказать факт может только суд», - «отмазался» Борис.

При этом он постоянно акцентировал на личном характере своих претензий к Луценко. «Нельзя допустить возвращения этого человека к власти! Ни я, ни моя семья не хотим больше переживать того, что пережили в страшном для нас 2005-м!». От конкретизации - намерен ли он теперь судить с экс-главой МВД, уклонился – «посоветуюсь с адвокатами».

Ящик Пандоры – дно Пенчука

Кроме журналистов, «откровения» Пенчука слушали депутаты-регионалы, близкие соратники Бориса Колесникова: друг Евгений Геллер, бывший пресс-секретарь Елена Бондаренко, Анна Герман. Сам Колесников, по итогам вторничного спича земляка, получил главное, чего добивался эти два года – моральную сатисфакцию. Основной обвинитель признал, что засадил его за решетку «несправедливо и непреднамеренно». Типа извинился. Сядет ли он теперь сам – вопрос. Равно как и то, не откажется ли от нынешних своих слов годика этак через два. От Пенчука, в принципе, всего можно ожидать. Отсюда – низкий уровень доверия к его словам.

То есть то, что Луценко «юзал» вверенное ему ведомство не по назначению, сомнений нет. Пенчук не первый и не последний об этом рассказывает. И о «спецбригадах» МВД, беспредельничавших в регионах, «выбивая» нужные показания даже из фонарных столбов (особо активничали Василий Паскал со товарищи в Одессе); и о нецелевом использовании бюджетных денег; и о темных делишках, состряпанных с Ерохиным.

Только от Луценко, с его двойной моралью, Пенчук недалеко ушел.

Проблема в другом: по стране таких «луценок», «пенчуков» и «колесниковых» сотни тысяч. Сотни тысяч людей сидят по сфабрикованным обвинениям, тысячи получают за дачу поддельных показаний «откаты», сотни оборотней в погонах делают себе на этом статистику и сладкую жизнь. И только единицы могут столь красиво и эффектно «отмотать пленку назад».

Соня КОШКИНА