УкраїнськаУКР
EnglishENG
PolskiPOL
русскийРУС

Счастливы правители, которые могут не встречаться с народом

Счастливы правители, которые могут не встречаться с народом

Если сам парламент, как мы уже упоминали, называют «прямой кишкой демократии», то парламентский буфет можно смело именовать чревом демократии.

Именно здесь проверяются на совместимость разные ее компоненты. Адепты раздельного питания, одного из направлений диетологии, утверждают: проблемы возникают тогда, когда в чрево – не важно, человека или демократии – поступают разнородные элементы, которые сложно переварить одновременно.

Полагаю, именно в буфете происходит своего рода сепарирование политических режимов и систем. Исследуя общепиты органов власти, запросто можно написать теорию стратификации общества.

Впервые я задумался об этом, когда посетил буфетную знаменитого замка на холме Монте Челло. Есть такой священный холм в Соединенных Штатах, где отцы-основатели американской демократии, будущие президенты Соединенных Штатов, создали первую американскую Конституцию. Писали ее, что примечательно, в буфетной.

Одиноко блуждая по коридорам замка, я случайно «прибился» к небольшой группе с русскоязычным переводчиком, проводившим экскурсию. Как оказалось, - для Михаила Горбачева. Все вместе вскоре мы очутились в буфетной. Она представляла собою громадную светлую комнату, где, наверняка, отлично думалось, писалось, елось, пилось и закусывалось. Сам буфет – ниша в стене, проворачивающаяся вокруг собственной оси. Он начинал вращение полупустым, а заканчивал, разворачиваясь к «отцам-основателей», уставленный разнообразными яствами. Откуда берутся на нем все эти деликатесы, кто их выставляет и сервирует, они не видели – все было устроено так, чтобы «отцов-основателей» ничто не отвлекало от важной работы.

Более того, по дороге в буфет они не рисковали встретить кого-либо из «народа»: поваров, официанток и т.д. В замке была оборудована система двойных коридоров: верхние – для лидеров нации, нижние – для их обслуги. Коридоры нигде не пересекались.

После посещения буфетной, нам предложили оставить пару слов в книге отзывов. Михаил Сергеевич написал что-то вроде: «счастлив народ, у которого были такие замечательные лидеры», я не удержался и добавил: «счастливы лидеры демократии, имеющие возможность не встречаться со своим народом».

Именно тогда у меня впервые зародилась гипотеза, трансформировавшаяся позже в закон, трактующий суть демократии. Вот он: «демократия – это когда лидеры встречаются со своим народом на майданах, а друг с другом – в буфетах». Со временем, эта теория нашла множество подтверждений и в прошлом, и в настоящем.

Социалистическая демократия, при которой мы прежде жили, ковалась в ЦКовских буфетах. Это были самые сакральные места коммунистической системы.

Однажды мне довелось писать выступление Владимиру Щербицкому - последнему лидеру украинской Компартии. Ту речь он готовился провозгласить на одном из съездов. Ради столь важного дела меня даже допустили в кабинет к Щербицокому, но кофе поить отказались, пояснив: мне, беспартийному, в местный буфет входить не положено. Тогда я понял: легче попасть в кабинет Первого секретаря, чем в буфет Системы, потому как Первый секретарь – личность, а буфет – часть Системы.

Вскоре эта Система рухнет, в том числе потому, что люди, простые люди, попадут в ее буфеты.

Она зашаталась после того, как газета «Факты» опубликовала меню и прейскурант ЦКовского буфета. Коллективное прочтение этих текстов на встревоженных площадях послужило одним из поводов для штурма здания ЦК.

Рассказывали, перед этим в зале ЦК партии в Киеве лихорадочно срывали таблички, но не с начальственных кабинетов, а с буфетов. Палки сухой сырокопченой колбасы, открыто лежащие на их прилавках, обличали режим сильнее, чем расстрельные списки демократов, валявшиеся на столах начальников.

Сегодня Украина находится на стадии уже более-менее зрелой демократии, которая, традиционно, граничит с популизмом.

Буфет Верховной Рады – попытка совместить Майдан и общепит власти. Первый показатель – цены. В «Швыдко» под Майданом пообедать чаще получается дороже, чем в Верховной Раде Украины. Сверх дань политическому популизму в ВР: гречневая кашка по 54 копейки. Еще одно: спиртные напитки в кофейных чашках. Только выдающиеся демократы, каковыми мнят себя все без исключения отечественные парламентарии, могут позволить себе прихлебывать коньяк (90% ценности которого составляет игра аромата и цвета, осязание идеальных форм бокала в ладони) из фаянсовых чашечек. Этак скоро их заменят на граненые стаканы, а столовые приборы – со стальных на алюминиевые.

Я бывал почти во всех парламентах Старого и Нового мира и, соответственно, их буфетах. Особенно запомнился буфет испанского парламента, где каждая мелочь, каждая деталь, подчеркивает принадлежность депутатов к высшему классу элит. Это легко угадывается при прочтении карты вин, при изучении ассортимента сигар, разновидностей представленных сыров.

Именно с буфета начинается глобальное переосмысление функций, роли и места элит. Во всех странах элита – это что-то высшее, а в нашей стране, видимо, - что-то низшее. По крайней мере, к этому мы, кажется, идем.

Отечественные элиты сепарируют от народа не высшими (как это принято в Европе и США), а, напротив, низшими стандартами.

Система низких цен и малопривлекательного качества, действует, порою, эффективнее системы двойных коридоров. Ведь низкими ценами отпугнуть проще, чем высокими: дороговизна создает иллюзию тайных возможностей и смыслов, скрывающихся за обладанием тем или иным продуктом.