Эксперимент над пассажирами в фирменном экспрессе «Донбасс»

1,3 т.
Эксперимент над пассажирами в фирменном экспрессе «Донбасс»

В фирменном экспрессе «Донбасс» сообщением Киев--Донецк пассажиры пресекли попытку провоза опасного для здоровья груза.

Душный летний вечер 12 июля не предвещал пассажирам поезда «Донбасс» ничего неожиданного. Разместив багаж, люди выходили на перрон подышать перед дальней дорогой свежим воздухом. Поэтому многие из них не могли не заметить некоторого волнения проводников вагона ѕ 00, явно кого-то с нетерпением ожидавших: «Неужели он не придет?», — с досадой обронила одна проводница.

Наконец, появился тот, кого с таким нетерпением ждали: высокий, статный, с короткой прической. Однако пассажиром он не был: всего лишь передавал поездом посылку в Донецк. И груз, судя по всему, был непростым, поскольку к его сопровождению привлекался пассажир места ѕ 29. В предпоследнее купе «нулевого» вагона свою поклажу он внес максимально аккуратно, обернув ручку пластикового бидона носовым платком. Водрузив его в багажный отсек, пассажир попытался его закрыть.

Видео дня

Однако габариты груза не позволили вернуть сидение в горизонтальное положение, несмотря даже на то, что хозяин несколько раз пытался «утрамбовать» поклажу, рывками приседая на нижнюю полку. К великому изумлению попутчиков, которые заинтересовались содержимым бутыля явно иностранного происхождения. Его «украшали» чужие литеры и черный предупредительный знак в виде жирного, рубанного креста. Впрочем, изображения черепа с костями, сигнализирующего о смертельной угрозе, замечено не было. Странный пассажир не без гордости сообщил, что везет «экспериментальную жидкость», и принялся деловито обустраивать свой никуда не умещающийся багаж под купейным столиком.

«Я сразу почувствовала характерный, пусть даже и не ярко выраженный запах химического вещества», — написала позже в пояснении Любовь Тыртычная, член-корреспондент Международной академии наук экологии и безопасности человека и природы, на словах добавив: «Дело в том, что я последние 5--7 лет вплотную занимаюсь проблемами губительного воздействия на человеческий организм различных сред неорганического происхождения. И хорошо знаю, к каким неблагоприятным и непоправимым последствиям может привести пренебрежение защитными средствами при контакте с ними. Естественно, я возразила против присутствия подобного багажа в купе пассажирского поезда. Существуют определенные требования к транспортировке химических веществ. Как правило, горюче-смазочные, взрывоопасные и ядовитые смеси доставляются спецтранспортом, оформленные целым пакетом разрешительных документов по специальной накладной. Недаром же во всех аэропортах всех стран приняты беспрецедентные меры против провоза подобных веществ на борту. Знаю случай, когда в 1987 г. самолет вынужден был совершить посадку на автопилоте из-за того, что распаялась маленькая ампула с эфиром! В последнее время, заметьте, таким ЧП подвержен и наземный транспорт, который к тому же стал уязвимым местом для всякого рода диверсантов и террористов.

Пассажира-эколога поддержали и другие, потребовав от хозяина багажа выставить свою поклажу за пределы купе. Бидон так и застрял на середине вагонного прохода, пока его владелец утрясал недоразумение в купе проводников. Одна из них — Валентина Нестеренко, работник вагонного депо Донецка, чуть позднее для успокоения пассажиров доверительно сказала, что «бутыль с маслом от греха подальше» отнесен к машинисту локомотива. Это вызвало еще большее негодование пассажиров: ведь опасности подвергается теперь уже не вагон, а целый состав с людьми! Особенно учитывая, что температурный режим нового места опасного груза еще в меньшей степени способствует, по логике вещей, транспортировке химических веществ.

Правда, проводники пытались убедить порядком напуганных людей, что в бидоне — не что иное, как безобидное масло, поэтому паника напрасна. Пассажиры усомнились и приступили к собственному расследованию инцидента, затребовав у горе-попутчика удостоверение личности и исчерпывающую сопроводительную документацию на груз. И вот что выяснилось. По накладной значилось: частное предприятие «Фост-Индастри» поставило и отправило получателю в лице Харцызского трубного завода канистру объемом 20 л «Oliva Penetrat WDP». Паспорт техбезопасности свидетельствовал, что названное вещество — высокорафинированное минеральное масло — предназначено для многоцелевой смазки методом распыления и представляет собой углеводородосодержащий растворитель. Данный химикат особо опасен продуктами распада, включающими в себя соединения серы и азота. Потому и снабжен общепринятым по европейским стандартам значком, предупреждающим об опасности для здоровья. Ниже, черным по белому значилось, что при попадании внутрь он угнетает функцию легких, а при контакте с кожей высушивает ее до образования трещин.

Открывшаяся, наконец, правда, ничуть не смутила хозяина груза — экспедитора Харцызского трубного завода Александра Василенко (по его словам). Он и не собирался раскаиваться, наоборот, бахвалился тем, что бидон с маслом — не самая ценная составляющая его багажа. Мол, в сумке имеется прибор стоимостью в 2,5 миллиона! Это привело пассажиров вагона в состояние тихого помешательства. Воображение, подогретое страхом, представило на месте «прибора» килограмм тротила и взрывное устройство… И откуда ни возьмись, возникло предположение: а не к предстоящему ли визиту в Донецк Виктора Ющенко все это было затеяно?!

Подоспевший патрульный наряд — сержантов Донецкой транспортной милиции Алексея Грязнова и Андрея Васильева — тем не менее ничуть не возмутился попыткой поставить под удар здоровье не одного десятка людей.

- Вместо того, чтобы разобраться по сути, как такое могло случиться и кто должен нести ответственность, — делится своими мыслями бухгалтер Любовь Этенко из Красноармейска, — или уж, на худой конец, поблагодарить за бдительность, как это сделала впоследствии начальник поезда Любовь Коломийцева, милиционер принялся защищать Василенко, который, по его мнению, ничего предосудительного не совершил и имел полное право не показывать нам свои документы. Что экспедитор вообще «человек маленький», получающий за свой труд 500 грн., а мы, мол, так его обидели: требуем высадки из поезда. И даже когда по нашему настоянию на станции Шевченко нашего попутчика встречала милиция, то «наш» сержант Грязнов бодро отрапортовал своим коллегам: «Да ничего особенного не произошло».

Может, и вправду для нашей железной дороги такой вопиющий факт — обыденное явление! И каждый из нас даже не подозревает, какому подвергается риску при передвижении, благодаря чьему-то алчному желанию подзаработать? Как известно, даже письмо поездом безвозмездно не передается. А поведение стражей порядка заставило нас, пассажиров, сомневаться: а может, и они небезупречны? Не говоря уже об остальном персонале, обслуживающем этот поезд. Выходит, что частные фирмы, экономя свои средства, не утруждают себя отправкой в Киев спецтранспорта за опасными химикатами, предпочитая везти их пассажирским поездом, взяв простых людей в заложники.

- Все-таки человек — удивительное создание! — добавляет еще один пассажир того злополучного рейса Сергей Сацюк, директор одной из киевских фирм. — Он уверен, что с ним ничего не случится и беда пройдет мимо, проявляя преступную беспечность. А по-другому воспринимать действительность мы начинаем только после того, как сами побываем в переплете. Я имел несчастье сидеть в московском метро в тот злополучный день, когда была обесточена вся городская энергосистема. Так вот, за 4 часа в кромешной тьме и замкнутом пространстве я, наконец, осознал всю хрупкость жизни. Я полностью разделяю тревогу своих попутчиков и не считаю, что они преувеличили опасность.

Облегченно вздохнули после первой остановки поезда отнюдь не все действующие лица этой истории. Невооруженным взглядом было заметно, кто более других «потерпел» именно от такого решения проблемы. Не могла скрыть своего раздражения, видимо, от сорвавшейся сделки вторая проводница «нулевого» вагона, упорно отказывавшаяся назвать свою фамилию. Дескать, и я — не я, и смена не моя. Перед пассажирами за дискомфорт, как ее напарница, она, конечно, не извинялась, но зато была главным «героем» процесса «снятия показаний», усердно препятствуя журналисту в получении информации. А напоследок, когда я все-таки узнала, что ее зовут Орел Виктория Степановна, пообещала мне, что «по моим личным данным установит мой адрес, и тогда я пожалею, что родилась на свет».

Кстати, подозрения, что подобные ситуации стали штатными для украинских железнодорожников, полностью подтвердилось. Когда на следующий день я поинтересовалась у дежурившего младшего лейтенанта Виктора Заворотнего о дальнейшей судьбе высаженого экспедитора, то услышала: «Я точно не знаю, но, по моему, он следующим поездом отправился в Донецк... Да, со своим грузом». Увидев мое удивление, он добавил: «Не в нашей компетенции выяснять, кто чего возит в поездах. Претензии предъявляйте начальнику поезда и проводникам, которые взяли за это деньги».

Командир отделения сопровождения той же станции, лейтенант Николай Горобец, увы, тоже более точной информацией о передвижении опасного груза не обладал. Более того, обнаружилось, что он ни сном ни духом не знал о содержимом канистры, поскольку не потрудился ознакомиться с сопроводительными документами. Зато очень обиделся за всех железнодорожников на мое предположение, что у нас за деньги можно провести все что угодно...

Екатерина ФУРМАНЮК, "ВВ"

Комментарий

«Правила перевозок» запрещают транспортировку в ручной клади огнеопасных и ядовитых веществ, прокомментирвали нам ситуацию в пресс-центре «Укрзалізниці». Оданко проводник пассажирского вагона не имеет права проверять личные вещи пассажиров. В его обязанности входит только проверка билетов и контроль за тем, чтобы пассажир не перевозил поклажу больше установленной нормы, не оформленной для перевозки.

Для обеспечения порядка пассажирские поезда сопровождаются нарядами милиции. В случае обнаружения перевозки пассажиром запрещенных предметов и веществ и нежелании их оставить, пассажир удаляется из поезда.