УкраїнськаУКР
EnglishENG
PolskiPOL
русскийРУС

Помощник экс-министра МВД Кравченко: Юрия Федоровича убили

2,6 т.
Помощник экс-министра МВД Кравченко: Юрия Федоровича убили

Помощник экс-министра МВД Кравченко: Пистолет был в таком положении, будто Юрий Федорович его аккуратно поставил после выстрела Полковник Станислав Сорока, который одним из первых прибыл на место трагедии, не верит в самоубийство экс-главы МВД. И объясняет почему

Официальное расследование случившегося с одним из фигурантов дела Гонгадзе, экс-главой МВД Юрием Кравченко (месяц назад, утром 4 марта, его нашли мертвым с двумя огнестрельными ранениями головы на даче под Киевом. - Ред.), еще не завершено, но следствие склоняется к версии о самоубийстве. Между тем ближайший соратник и помощник погибшего генерала, полковник внутренней службы Станислав Сорока, который прибыл одним из первых к месту трагедии, не уверен в том, что Кравченко сам решил уйти из жизни. Более того, опасаясь за свою жизнь и жизнь близких, полковник решил дать интервью интернет-газете "Трибуна". Станислав Сорока, который до последнего находился рядом с Кравченко, подробно рассказал о жизни генерала и его взаимоотношениях со многими известными политиками. Но ввиду огромного объема опубликованного в Интернет-газете интервью, "ФАКТЫ" предлагают своим читателям лишь фрагменты, которые касаются версии гибели Юрия Кравченко."Иногда Юрий Федорович говорил, что у него есть две дочери и сын. Под сыном он подразумевал меня"

- Почему вы решили дать интервью?

- Хочется обезопасить себя и свою семью. Из неофициальных источников я знаю, что по мне заведено розыскное дело. Я сам оперативник и знаю, что из десяти таких дел восемь реализуются через уголовное дело. Это первое. Второе. Если считать, что до последней минуты следили за Кравченко...

- Сразу вопрос: а кто следил?

- Официально сказать мы не можем - только то, что знаем из прессы, то, что заявляли с высоких трибун, и то, что видели постоянно сами. Не там, где он проживал, была слежка, а там, где играл в теннис, - на Трухановом острове. Ну и само заявление высокопоставленных руководителей о том, что он невыездной и за ним ведется слежка СБУ...

- С какого периода вы заметили слежку?

- Если неофициальную - то это как бы непрерывный процесс. За ним следили постоянно. И когда он был губернатором Херсонской области, и в налоговой администрации это было, причем ярко выражено: за ним машина "ходила", человека четыре в машине было. Либо ждали команды арестовать, либо еще чего-то... А вот в последнее время это уже стало явным, уже никто не скрывал.

- В какой связи вы были с Юрием Федоровичем?

- В какой?.. В очень близкой. Он доверил мне обеспечение безопасности своей семьи. Иногда ЮФ говорил, что у него есть две дочери и сын. Под сыном он подразумевал меня.

- С какого момента вы стали работать вместе с ним?

- С прихода его на пост министра, с 1995 и до 1999 года, когда за ним велась очень большая слежка. Я эту слежку выявил, это были работники Службы безопасности. Он тогда непосредственно писал рапорт президенту, Леониду Даниловичу. Люди эти были задержаны, но так в воду все и кануло...

- Вопрос об "орлах Кравченко"... Есть у вас какие-то соображения относительно наличия в распоряжении Кравченко в бытность министром каких-то собственных силовых структур, силового звена ЮФ?

- Это все бред, такого быть не может. "Орлы" - это те же спецподразделения "Беркут", "Сокол", которые несут службу, как и все остальные. Вот это - "орлы", те, кто ежедневно выходил на патрулирование, не более того.

- Вы наверняка слышали пленки Мельниченко. Ваше личное отношение к записям? И еще: насколько мне известно, ЮФ наложил своеобразное табу не обсуждение этой темы. Это так или нет?

- Я говорю однозначно, что это просто невозможно было все сделать. Я не верю тому, что там есть. Это невозможно, а слухи о том, что за этим стоял ЮФ, - тоже ерунда. В силу моральных качеств ЮФ, да и технически у министра МВД просто нет такой возможности. Это все просто бред.

- Фамилия Гонгадзе когда-нибудь до исчезновения Гии произносилась в вашем присутствии?

- Нет. До этого никто ее не слышал. И если даже какие-то разговоры, связанные с президентом, велись, я и водитель выходили из машины. А он уже разговаривал по телефону, по сотке."Он сказал: "Пойду до последнего"

- Как ЮФ узнал о вызове в ГПУ на допрос?

- Когда министра вызывали в прокуратуру через СМИ - повестки ведь не было. Он сказал, что пойдет туда.

- Как он отнесся к этому?

- Спокойно. Я хочу отметить, что третьего числа сняли его портрет с галереи министров в МВД и повесили уже после похорон, девятого. То есть он был вычеркнут из истории МВД.

- Он переживал, видимо, по этому поводу?

- Да, переживал, но сказал: "Пойду до последнего". В смысле: меня одурачили, но им нелегко будет.

- То есть у него не было состояния панического ужаса перед приходом в прокуратуру и перед тем, что его могут задержать?

- Да нет. Когда пошли эти слухи, что Астиона арестовали, он спрашивал: а кто такой Астион? Он при мне работал, он при мне возглавлял УБОП Киева? Министр его не знал.

- Можно сказать, что после снятия с должности министра Кравченко был отрезан от связей с руководством МВД на всех уровнях?

- Естественно. Полностью. Со всеми. Даже ближайшие соратники, и те...

- Какие были взаимоотношения ЮФ и Виктора Андреевича? Были ли между ними личные контакты, встречи?

- Ну, когда Ющенко был премьером, - конечно. Потом - не знаю.

- Какие-то проявления симпатии по отношению к "оранжевой" революции были? К Ющенко?

- Было то, что он говорил, что на сегодняшний день идут изменения в обществе. Говорил: дай Бог, чтобы то, что происходит, не пошло обратно, а пошло вперед."Опасения за детей просматривались. А по поводу того, что он готов взять оружие и свести счеты - не было такого"

- Вернемся к тем трагическим дням. Набат начал бить, когда этой зимой была обнаружена слежка СБУ. То ли слишком демонстративная, то ли, как многие считают, просто непрофессиональная. Давайте вот с этого момента попытаемся подробно описать тот период жизни ЮФ.

- ...Он жил своей жизнью, общался со всеми, кто хотел с ним общаться. Постоянно играл в теннис, а то, что пытались из него сделать пьяницу... Вы же понимаете, что пить и играть каждый день в теннис с двумя-тремя партнерами не получается. Что касается слежки, то велась она грубо и демонстративно. Помню случай, когда ЮФ даже предложил вынести поесть наружке - они практически не скрывались.

- Кто еще входил в ближний круг общения ЮФ, помимо семьи, вас? Те, с кем он мог душевно общаться как с друзьями?

- С людьми, которые были ему близки и дороги, он никогда душевных разговоров не вел. Он просто нас всех очень любил и оберегал от всякой информации по принципу: меньше знаешь - крепче спишь. А так он мог вести разговор на любые темы. Вспоминали, как он был министром, какие курьезы были. А душу никому не раскрывал.

- После рокового, без преувеличения, заявления Пискуна о том, что он вызвал ЮФ в пятницу на 10.00, замечали ли вы, что ЮФ говорил что-нибудь насчет желания расстаться с жизнью? Признаки депрессии?

- Нет, нет и еще раз нет. Это не тот человек, это первое. Второе... У нас, мужиков, может что-то крутиться, вертеться, но самое главное - это дом, семья, дети. Я могу сказать, что с января месяца он беспокоился за младшую дочь, которая учится за границей, и за страшую - она полгода назад родила внука, о котором они просто мечтали. Опасения за детей просматривались. А по поводу того, что он готов взять оружие и свести счеты - не было такого, конечно. Третьего числа мы, не сговариваясь, с Брылем, который нес портрет (на похоронах. - Ред. ), Подолякой, Ходаревым приехали на корты, на Труханов остров. Я в последнее время в обеденный перерыв дважды в неделю обязательно приезжал туда к нему. И поддержать, зная, что ЮФ четвертого числа идет в ГПУ, и потому, что очень много людей обращалось, зная, что у него 5 марта день рождения: хотели поздравить. Им неудобно было выходить напрямую и, по старой памяти, обращались ко мне, зная, что я с ним общался, не ушел. Остался возле семьи, возле него... Так вот: какого-либо волнения у него не было. Мы договорились о том, что в полдесятого все вместе встречаемся возле ГПУ - я, Брыль, Подоляка и Ходарев. Ну и плюс еще Виктор Семенович Радецкий должен был подъехать.

- То есть как группа поддержки?

- Да. Подъехать, чтобы он нас увидел, увидел поддержку. Мы понимали, что там куча журналистов будет, камеры и прочее, ажиотаж большой. Чтобы он был не один. Он вначале не хотел, но потом согласился.

- Не разговаривал ЮФ с Шокиным или Пискуном?

- Нет, если бы разговаривал, он бы сказал.

- То есть он воспринял информацию с телеэкрана как приказ явиться в прокуратуру. А почему не была вручена повестка?

- Не знаю. Повестки не было. Родственники не видели, ни жена, ни дети, однозначно - никто. Не было ее. Он увидел по телевидению, он законопослушный гражданин, понимал, что надо идти. И потом понимал, что если не придет, его начнут искать, ловить и так далее..."То, что это самоубийство, я сразу отверг"

- То есть если расценивать это юридически, то намерение ЮФ прийти на допрос - это был акт доброй воли?

- Естественно. Он на девять утра заказал машину, вернее, водителя.

- В котором часу вы расстались на теннисном корте?

- В девять вечера.

- Каких-то депрессивных состояний, разговора о том, что я не пойду, что меня арестуют, не было?

- Нет, ничего такого не было. В основном говорил о праздновании дня рождения 5 марта. Он, когда уезжал, приоткрыл дверцу и сказал: "Ну все, пока, до завтра. В полдесятого". И уехал.

- Какие-то были специфические фразы или каким-то иным образом он мог дать понять, что пытался кому-то позвонить? Ведь много разговоров было, что ЮФ пытался дозвониться к Кучме, который в это время был в Карловых Варах, что он пытался дозвониться до Литвина... Слышали ли вы что-то об этом?

- Говорить?

- Для этого и собрались.

- Что касается президента (Кучмы. - Ред. ), мне ничего не известно. Что касается второго, то он пытался выйти с ним на связь. Он давал поручение водителю набирать с его телефона мобильный номер. Понятно, что напрямую он не выходил, это или через охрану, или через помощника.

- Что говорил помощник?

- Мне это неизвестно. Сначала сказал, что занято, а потом - отдыхает, либо это охрана сказала...

- В девять часов вы расстались. Что произошло дальше?

- Он хотел остаться ночевать там, на Трухановом острове. Я не хотел его оставлять. Я сказал, что остаюсь ночевать здесь. Потом Подоляка сказал, что остается ночевать, перезвонил супруге и сказал открытым текстом: у шефа здесь не очень хорошая ситуация, и я его оставлять не хочу, остаюсь здесь. Когда Юрий Федорович увидел, что мы не оставим его, он повернул все так, что вроде бы все хорошо, чтобы у нас никаких сомнений не было. Сказал: "Супруга там, на даче, надо ехать, привести себя в порядок. Завтра нормальный внешний вид нужно иметь. Я еду домой, буду ночевать дома. В общем, встречаемся завтра в полдесятого, кто не сможет - в тринадцать ноль-ноль здесь". Сел в машину и поехал.

- Когда вы узнали о трагических событиях?

- Где-то в восемь часов утра. Я ехал на работу, мне позвонил водитель: он плачет... Я сразу развернулся и помчался в Кончу-Заспу.

- Подождите, ведь своего водителя ЮФ вызывал на 9.00, почему он уже в 8.00 был там?

- Он не был там, ему позвонила жена Юрия Федоровича. Она первая обнаружила тело, не могла вспомнить никаких телефонов и позвонила по первым номерам, что нашла под рукой. Дочку набрала и водителя, а водитель - сразу меня. И я слышу, что он захлебывается, плачет. Я думал, что он там находится, - спросил, где он. Ответил, что дома. Я развернулся и поехал прямо на "Золотые ворота". Приехал, в доме была Татьяна Петровна, а на дворе меня ждали дочка с зятем. Повели меня, показали, где это все. То, что это самоубийство, я сразу отверг.

- Почему?

- Потому что я его застал... В такой позе он сидел (показывает). Он сидел на стуле посреди помещения, расставив ноги. На стуле, стоящем далеко от всех стен. Пистолет - крупнокалиберная "Беретта", 9 мм, армейский пистолет, стоял, опершись на рукоятку и стволом облокотившись о перемычку стула - как будто он его аккуратно поставил после выстрела. Руки покойного были опущены между ног. Лицевая часть черепа была опущена. Правая сторона была меньше ранена - в виске входное отверстие. Левая - просто все разворочено. Гараж был закрыт, там узкий проход, и я дальше не пошел. Помещение не освещено, и я не видел, что дальше было. Ну, деталей там всяких (плачет). Так вот, я сразу подумал: стрелял с правой стороны, отдача должна быть не такой, руку и пистолет должно было отбросить. И потом есть яркий пример - Кочегаров (бывший глава УВД Черкасской области. - Ред.). Генерал, который стрелялся снизу вверх из пистолета, табельного "Форта". ЮФ выезжал туда: так вот, второй раз Кочегаров не смог сделать выстрела. И потом, когда обсуждалось, все говорили: "Ну кто так стреляется в подбородок, снизу вверх? Надо в висок - и готово!"

- Во что был одет ЮФ?

- Курточка домашняя и пижама, туфли, не завязанные на шнурки. И потом, когда я дома вспоминал, кто же мне позвонил и сказал, что нашли предсмертную записку, я вспомнил: перезвонил водитель и сказал, что есть предсмертная записка, которую нашли в кармане брюк... Тогда я разозлился, начал кричать: говорю, в каких карманах?! У него на пижамных брюках карманов не было! И потом, где-то через два часа, мы узнаем, что записку нашли на теле под пижамными брюками, в нижнем белье.

- Когда вы приехали, уже была милиция? Во сколько вы приехали?

- Еще нет. Мы приехали в двадцать минут девятого. Они не знали, что делать. Крики, плач...

- Во сколько произошло убийство?

- Где-то, думаю, в период от двадцати минут восьмого до без пятнадцати восемь.

- А как объясняет жена ЮФ - вы с ней разговаривали? - что он вышел?

- С собакой погулять, с белым лабрадором. Жена пошла принимать душ, вышла через полчаса, окликнула - ЮФ не отзывается. Обычно он говорил или "Я здесь", или еще как-то отзывался. Она в окно выглянула, смотрит: собака там, она на улицу вышла - собака крутится у гаража. Потом, когда вошла, уже сама не помнит, сколько там пробыла. Крик, шок...

- Кто еще был в доме, кроме нее и ЮФ?

- Никого больше не было. Хотя в прессе пишут, что охрана была, но она была не ближе чем в 150 метрах от дома. Камеры видеонаблюдения не работали. Их вообще не включали, не видя в этом необходимости. ЮФ говорил, что ему нечего бояться.

- Ходят слухи, что свидетелями выстрелов были сотрудники наружки?..

- Мне это не известно. Вообще сотрудников наружки, когда я приехал, не видел... В день смерти ЮФ меня вызвали в прокуратуру Киевской области как свидетеля, и я давал показания. Вопрос о том, была ли там наружка, никто не задал.

- Охранники у ворот поселка еще не знали, что случилось?

- Да, не знали. Я просто сказал, что я к Кравченко в 85-й дом.

- А пистолет этот раньше вы видели?

- Видел, конечно. Когда с ним работал еще, видел наградной пистолет "Чезет", ему его подарил министр МВД Грузии еще при президенте Шеварднадзе. А это была "Беретта" большая, тоже от министра грузинского подарок.

- Как ЮФ комментировал задержание людей, подозреваемых в убийстве Гонгадзе?

- Он и не знал... Вообще не понимал, что происходит... Полный бред...

- Он не верил, что это совершили сотрудники криминального розыска?

- Нет, не верил. Не знал, кого задержали, как давно они работают... Это было для него, как и для нас всех, полным бредом...

- Как вы думаете, высока ли вероятность того, что в доме ЮФ была прослушка?

- Да. Это обычная практика при тотальной слежке за объектом.

- Принимал ли ЮФ в последнее время какие-то контрмеры?

- Нет. Во всяком случае, мне это не известно, он никого не задействовал в этом направлении. У него не было тайн, он всегда открыто говорил по телефону. Не делал мистических жестов.

- Ему нечего было скрывать?

- Да!

- Получал ЮФ угрозы в свой адрес, рассказывал ли он об этом?

- Рассказывать - прямо не рассказывал, но... Было видно, что в адрес дочек - младшей, старшей, внука... Он за это очень сильно переживал.

- Он говорил, от кого могли исходить угрозы?

- В эту тему он нас, скажем так, не посвящал. Это просто наш домысел - по его поведению.

- Почему он не попросил охрану, не нанял частную охрану близким?

- Мы все взрослые люди, понимаем, что это ничего не дало бы. Это только усугубило бы.

- Вернемся к вашей версии убийства. Он вышел во двор с собакой...

- Вышел во двор. Первое, что я думаю, - о том, что там уже ждали его, в том гараже. Он смирился с тем, что произойдет, и никаких действий не предпринимал, потому что на кону стоят три жизни. И поэтому взял с собой свое оружие, чтобы показать, что было самоубийство. Плюс все эти выступления по телевидению - они показывали, что был прессинг, и он подверг себя самоубийству.

- То есть он знал, что его там ждет убийца или контролер?

- Думаю, что да. Либо первый выстрел он сам сделал, показав этим, что он это все делает под давлением. А второй - его добили, и все. Либо же первый выстрел произвели люди, которые его ждали.

- Но он мог сделать первый выстрел снизу вверх в подбородок?

- Вот это нас в первую очередь и смутило, вспомните про Кочегарова. Может, знак нам подал, что не сам он, а под давлением. То, что выстрел был снизу вверх в подбородок. Если бы он стрелялся, он бы сразу в висок себе выстрелил.

- Ну а выстрел в висок?

- Так контролер и мог дострелить, тем более что труп остался в сидячем положении.

- Каких-то следов насилия не было?

- В гараже было темно, и много рассмотреть в деталях было просто невозможно.

- Только вы опасаетесь за свою жизнь или ваши друзья и друзья ЮФ тоже?

- Можно сказать, что не только я опасаюсь за свою безопасность. Вся четверка, которая находилась в последний день, - Подоляка, Ходарев, Брыль и я... Я просто опасаюсь, что у меня дочка, семнадцать лет будет. Я опасаюсь за ее будущее...

Евгений Лауэр, «Факты»