Ума Турман: «На свидания не ходила 100 лет!»
У нас про нее слагают песни, а теперь еще и анекдоты: «Вы слышали, что Ума Турман — это два бородатых мужика?» Впрочем, даже без дружеской помощи одноименной музыкальной группы Ума ТУРМАН у нас, как и везде в мире, давно возведена в ранг культовых персонажей. И каждая ее новая роль — настоящее событие в мировом кинематографе. В новом фильме «Мой лучший любовник» Ума сыграла одну из главных ролей. После того как работа над картиной была завершена, актриса дала эксклюзивное интервью
- Вы сразу согласились сниматься в фильме?
— Сначала моему агенту понравился сценарий, потом мне. Роль успешной одинокой молодой женщины, которая живет в Нью-Йорке и пытается оправиться после неудачного замужества, тоже понравилась. Она сделала карьеру, она независима, но в то же время нежна и беззащитна. Правда, моя героиня вызывает у меня жалость. Она так панически боится стареть, а это неправильно! Ведь, раздумывая о своей жизни, мы становимся с годами лучше, чувствуем себя наедине с собой более комфортно. В общем, становиться старше — это здорово! А грустить по этому поводу — грустно.
— Как вы считаете, вам удалась эта роль?
— Конечно, я далека от того, чтобы быть идеалом комедийной актрисы. Вы же знаете, как это бывает... Раз — и начинай шутить. Это тяжело. Впрочем, это полудрама-полукомедия, и мне кажется, я справилась.
— Действительно, можно было посмеяться, а можно и поплакать... В том эпизоде, где вы бросаете последний взгляд на вашего героя, по словам постановщика фильма, вся съемочная группа плакала. Как вам удалось вышибить слезу даже у режиссера?
— Это было нетрудно. Я ведь тоже любила в своей жизни (многозначительно улыбается). Ты просто знаешь, как посмотреть, потому что в твоей жизни это было.
— А вы когда-нибудь ходили на свидание с мальчиком из еврейской семьи, как это делала ваша героиня?
— Нет. Я вообще уже сто лет не ходила на свидания (смеется). Последнее было, когда мне было 25 лет. Я не помню. Но если говорить о фильме, это же Нью-Йорк — иммигрантская среда, а иммигранты здесь живут кланами, и этот мальчик именно из такого клана. Я это одобряю — лучше быть в клане, чем вне его.
— Одно из главных посланий этого фильма таково: только любви недостаточно для того, чтобы создать семью. Вы с этим согласны?
— Полностью. И фильм — еще одно тому доказательство. Для постоянных, серьезных отношений нужно быть зрелым, готовым к компромиссу, к самопожертвованию. Все эти вещи нужны. И, конечно же, общность интересов — это дает силу. У наших героев такого не было.
— Вам такую силу дали родители? (Родители Умы были людьми необычными. Мать, Нена, в свое время побывала замужем за психоделическим гуру Тимоти Лири, а отец Роберт А. Ф. Турман — первый американец, ставший тибетским монахом. — Ред.) — Да, но не полностью. Действительно, мама и папа абсолютно разные, но несмотря на это... вернее сказать, вместе с тем у них общие духовные интересы, взгляды на жизнь, одинаковые жизненные ценности. Уметь вовремя и посочувствовать, и пожалеть — все это и есть дорога любви и дорога для долгих отношений.
— Если бы вы привели кого-то домой знакомиться и этот человек, как и в фильме, не вписался бы в обычные рамки, родители расстроились бы?
— Они всегда расстраиваются, кого бы я ни привела (смеется).
— Если вернуться к теме фильма и провести параллель с голливудскими браками, выяснится, что в Голливуде немало пар с солидной разницей в возрасте. Деми Мур (42) и Эштон Кат-чер (27), Сьюзан Сарандон (58) и Тим Роббинс (46), Джулианн Мур (44) и Барт Фрейндлих (35) и еще много других примеров. В чем причина такого явления?
— Возможно, женщины просто сильнее, значительнее. Правда, и мужчины, которые с ними, тоже вчем-то выражаются. Только в другом.
— Вы религиозный человек?
— Ядалека от религии, хотя к любой из них отношусь очень уважительно. Но, скажем, один из моих братьев куда более религиозен, чем я. Иногда люди называют своих богов, но если их спросить о Шиве или Провати, они теряются и не могут ничего сказать... Меня очень привлекает каббала. Но на расстоянии.
— Квентин Тарантино сказал про вас, что если бы вы жили в тридцатых годах прошлого столетия, вы были бы Марлен Дитрих, если в сороковых — Лана Тернер. По его мнению, вы выглядите слишком классически и как актриса живете не в той эпохе...
— Спасибо. Квентин чрезвычайно любит делать комплименты.
— Еще Тарантино сказал, что только он достойно оценил вас как актрису, а остальные режиссеры — нет...
— Видимо, он прав.
Вероника ЛИТВИНОВА, «Столичные Новости»