Примите участие
в розыгрыше
планшета Участвовать
Приз
ГлавнаяБлоги

/Новости расследований

Есть другая версия, которая мне кажется подозрительной - дочь Ноздровской

46.8тЧитать материал на украинском

Юрист Ирина Ноздровская пропала 29 декабря. В 17:00 она в последний раз поговорила с родными по телефону, а уже час спустя перестала выходить на связь.

Три дня полиция и волонтеры искали пропавшую правозащитницу, надеясь найти ее живой. Однако первого января по информационным лентам разлетелась ужасная новость тело Ноздровской нашли в реке Кизка возле села Демидов под Киевом. Именно в этом селе юрист жила вместе с дочкой и пожилыми родителями.

Смерть женщины вызвала огромный резонанс в украинском обществе. Активисты потребовали у полиции расследовать это дело в кратчайшие сроки, а глава Нацполиции Киевской области обещал дать результат в течение двух недель.

Сложнее всего в эти дни пришлось семье погибшей Ноздровской. Ее мама до сих пор не знает о том, что дочери больше нет. В курсе лишь пожилой отец и 18-летняя дочь Анастасия. Впрочем, из семьи во все нюансы дела посвящена лишь она.

Дочь Ноздровской пришла в эфир ObozTV, где рассказала о неизвестных ранее фактах громкого убийства своей матери, а также о том, как будет жить после потери самого близкого человека.

- Мы знаем твою маму как профессионала, как человека, который в судах боролся за справедливость. Какой мы ее не знаем? Расскажи, пожалуйста.

- Моя мама всегда боролась за справедливость, она всегда помогала разным людям бороться за правду, чтобы все виноватые были наказаны. Хотела, чтобы это беззаконие исчезло. Что она мне говорила? "Дочка, будь такой же отчаянной, борись за справедливость".

- Настя, какая вам сейчас нужна помощь?

- В первую очередь мне и бабушке нужна моральная поддержка, потому что она до сих пор не знает. Дедушка в курсе, но и ему подробностей не говорили. В семье только я знаю все нюансы и детали.

- Они живут где-то рядом с вами?

- Они живут вместе со мной. Бабушке мы говорим, что поиски продолжаются, что нашли не ее, что все пытаются помочь, но придется сказать. Я не знаю как это сделать...

- Как ты узнала, что мама пропала?

- Мама поехала на работу, она работала на улице Институтской. И всегда возвращалась с работы одним путем: садилась в метро, доезжала до станции героев Днепра, потом на маршрутку, которая едет прямо на нашу улицу. От остановки до нашего дома нужно пройти четыре-пять домов.

Бабушка ей позвонила в пять часов. Спросила, где она сейчас и нужно ли что-то приготовить покушать. Я тогда приехала из Киева, где покупала все на Новый год. Бабушка сказала, что мама уже едет домой. Когда она ей позвонила, то мама была в Старых Петровцах. Ехать оттуда от силы 20 минут на маршрутке.

В шесть часов бабушка снова ей позвонила, но она уже не поднимала трубку. У нее было два телефона – оба молчали. Бабушка просила, чтобы и я звонила, но трубку никто не поднимал. Хотя гудки шли.

Потом бабушка предложила мне пойти на остановку и встретить маму, потому что нам всегда угрожали. Не только семья Россошанских, но и их дружки-наркоманы. Из-за них я лежала с сотрясением мозга...

- Когда это случилось?

- Тогда Россошанский еще не сидел под стражей, а был под домашним арестом.

Это случилось 10 декабря 2016 года, когда я возвращалась с дополнительных занятий. Мама забирала меня домой, потому что у нас там очень темно и всегда много наркоманов.

Нам нужно было заехать в магазин, и тут мы увидели, что Россошанский как раз выходил из него с бутылкой водки. Хотя его родители постоянно говорили, что он святой: не курит, не пьет, не употребляет.

Но я, как и мама, ничего не боюсь. Подошла к нему, начала фотографировать, что он стоит с бутылкой. Россошанский сказал своему дружку: "Разберись". Тот начал мне угрожать. Я не успела сесть в мамину машину, как он ухватил меня за волосы и ударил о нее. На автомобиле еще вмятина осталась.

В итоге дело закрыли, потому что так и не смогли установить мои телесные повреждения.

- То есть вы обратились в полицию?

- По этому поводу было открыто уголовное дело. Но там так и не смогли установить степень тяжести телесных повреждений.

Потом на последнем судебном заседании нам угрожали. Я не знаю, что это за человек, но он приехал в составе группы поддержки Россошанского. У Владимира Тимофийчука даже есть видео их угроз. Они ничего не боялись.

Говорили маме: "Бойся по темным переулкам ходить". Потом отец Россошанского не раз говорил: "Ноздровская, ты плохо кончишь". Дружков своих подговаривали. Напротив нас сосед живет, он тоже друг Россошанского, который постоянно нам угрожал. Говорил дедушке, что тот до дома не дойдет, бабушке грозили выбить все зубы.

Последнее судебное заседание было 27 декабря. Тогда Россошанского должны были выпустить под амнистию, но мама и другие адвокаты сделали все возможное, чтобы этого не случилось. В итоге дело отправили на новое рассмотрение.

- Насть, кто это сделал по твоему мнению?

- У меня сначала было много версий, но сейчас самая основная версия, на мой взгляд, это Россошанский. Конечно, они сделали это не сами. Думаю, подговорили своих друзей, или это было заказное убийство, потому что телесных повреждений как таковых не было.

Не было синяков, следов удушения, изнасилования. Были только ножевые ранения, поэтому я считаю, что это убийство. Такая ненависть и ярость была у этого человека... Если бы это было просто убийство, то просто могли перерезать горло.

- В соцсетях распускали версию, что это может быть самоубийство. Хотя мы в нее не поверили.

- Какое может быть самоубийство? Как человек может себе столько ножевых ранений нанести? Согласно заключению судмедэкспертов, сначала была перерезана сонная артерия. После этого человек не может резать себе вены и наносить такие повреждения, а еще ломать и выбрасывать телефон.

Мама говорила: "Я не держусь за жизнь, но у меня есть двое детей, которых нужно ставить на ноги". Еще она не раз мне говорила: "Настя, у меня были мысли броситься под вагон, машину, но я держусь за то, что у меня есть двое детей". Двое детей – это я, родная дочь, а еще двоюродный брат Матвей, который остался без мамы.

- Каковы шансы на то, что вам удастся вернуть Матвея?

- Я надеюсь, что с помощью нашего адвоката Анатолия Худякова это дело удастся довести конца, и все же мы ребенка сможем видеть. Версия о Сапатинском (бывший муж погибшей сестры Ноздровской – Ред.) мне тоже кажется подозрительной.

Его интересы в суде представляла Наталья Солоп. Мама рассказывала, что общалась с братом ее мужа. Он сообщил, что Солоп выбросила его брата с 8-го этажа, чтобы получить квартиру. Этот человек просто неадекватный. Она также угрожала маме, у нее тоже есть друзья, которые могли пойти на это.

Был случай, когда она и друзья Сапатинских ворвались к нам в дом, когда у нас был Матвей. Он был на лечении, все было законно. Отец десять дней "ни ответа, ни привета", не звонил, не писал, не интересовался ребенком, а потом ворвались в дом и при -10 градусах мороза забрал ребенка в одной маечке.

Потому на Сапатинского открыли уголовное дело из-за невыполнения решения суда. 11 января должно быть судебное заседание, поэтому мне кажется, что они тоже могут быть в этом замешаны.

- Настя, позволь уточнить такой момент. Вы сейчас судитесь за передачу права опеки над Матвеем? Мама хотела добиться этого?

- Об этом речи не было. Ребенок остался без мамы, а Сапатинский все же хоть какой-то, но отец. Мы считали, что оставить ребенка без него – это неправильно. Мы хотели добиться, чтобы Матвей мог общаться с нами, а Сапатинский отдавал нам его дважды в неделю. Для того, чтобы участвовать в его воспитании.

- Сейчас суд по этому делу продолжается?

- Дело продолжается, но он не выполняет судебные решения. Хотя оно вступило в законную силу год назад. По этому поводу возбуждено уголовное дело.

- И по поводу угроз этого приятеля Россошанского. Вы дома обсуждали возможность того, чтобы обратиться в правоохранительные органы за охраной?

- Мама у меня была такая, что никогда не обращала на угрозы серьезного внимания. Думала, это все просто слова.

- Я знаю, что ты тоже будешь юристом? Мама тебя уговорила?

- Я с самого детства об этом мечтала. Потому что я хотела быть как мама: бороться за справедливость и доказывать правду.

При этом мама мне часто говорила, что меня никто не заставляет. И что мне должно быть интересно работать юристом, иначе не стоит этим заниматься. Так что я сама сделала выбор.

- Позволь последний вопрос. Сейчас ваша семья чувствует себя в безопасности?

- Сейчас да. Я хочу сказать всем людям, которые не хотят пропиариться и нажиться на этом деле: спасибо, что вы с нами.

Я просто не знаю, что бы делала, если бы не люди, общественность и журналисты. Я держусь только с помощью людей. А всем тем, кто мне в Facebook пишет, что мама этого заслуживает, то желаю пережить то, что я сейчас переживаю. Не больше, не меньше, а ровно столько же.

Читайте все новости по теме "Эксклюзив" на OBOZREVATEL.

0
Комментарии
0
0
Смешно
0
Интересно
0
Печально
0
Трэш
Чтобы проголосовать за комментарий или оставить свой комментарий на сайте, в свою учетную запись MyOboz или зарегистрируйтесь, если её ещё нет.
Зарегистрироваться
Показать комментарии
Новые
Старые
Лучшие
Худшие
Комментарии на сайте не модерированы

Наши блоги