Путешествие в несуществующие страны мира, в которых можно побывать

11.3т

На нашей планете находится сотни государств, некоторые из них так и не были признаны официально. Но во многих странах можно побывать, причем вполне легально.

Географ из Оксфордского университета Ник Миддлтон в своей книге "Атлас несуществующих стран" нанес эти невидимые земли на собственную карту, пишет ВВС.

Этих государств, как правило, нет на картах. Миддлтон называет их несуществующими странами, их названия могут показаться фантастическими - Атлантиум, Христиания, Элгаланд-Варгаланд - однако все они реальны и населены патриотически настроенными гражданами.

Оказывается, в мире полным-полно регионов самого разного размера, обладающих всеми внешними атрибутами реальной страны - постоянным населением, правительством, флагом и валютой.

В некоторых даже выдают гражданам биометрические паспорта. Однако по тем или иным причинам им не разрешают отправить представителей в Организацию Объединенных Наций, и на большинстве карт мира их игнорируют.

Листая страницы книги, вы чувствуете, будто попали в параллельную вселенную с насыщенной, но позабытой историей и своей особой культурой. В этой параллельной вселенной даже есть своя международная футбольная лига.

Исследование Миддлтона, как и следовало ожидать, началось с Нарнии.

Он читал книгу "Лев, колдунья и платяной шкаф" Клайва С. Льюиса вместе с шестилетней дочкой и дошел до сцены, когда главная героиня Люси, минуя шубы и нафталиновые шарики, попадает в волшебную страну. Что-то в этой истории привлекло географа. Он подумал, что оказаться в стране, "не существующей" с точки зрения других государств, можно и без волшебства.

Однако Миддлтон не ожидал, что феномен "несуществующих" стран так широко распространен.

"Когда я начал их изучать, я был поражен их количеством, - говорит он. - Мне бы хватило материала на несколько таких книг".

По его словам, до сих пор не существует недвусмысленного определения того, что такое страна: "Как географа меня это, мягко говоря, удивляет".

Часто цитируют документ, подписанный в 1933 году во время Панамериканской конференции, которая состоялась в столице Уругвая Монтевидео.

Согласно "Конвенции Монтевидео", чтобы стать страной, регион должен обладать следующими характеристиками: определенная территория, постоянное население, правительство и "способность вступать в отношения с другими государствами".

Однако многие страны, соответствующие этим критериям, не являются членами ООН (зачастую именно это считается окончательным подтверждением государственности).

Вот, например, Тайвань (Китайская Республика), чей представитель заседал в Генеральной Ассамблее. В 1971 году вместо Тайваня в ООН приняли материковый Китай (КНР), временно потерявший представительство в ООН после гражданской войны в стране.

Даже с Великобританией не все так просто, говорит Ник Миддлтон. Согласно нашим [британским] законам, Англия, Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия считаются отдельными государствами.

У них свои спортивные команды, которые соревнуются друг против друга, но у британцев всего один представитель в ООН.

"Так что, Англия – страна? По этому критерию - нет", - поясняет Миддлтон. (На недавнем референдуме в Шотландии подобный вопрос встал ребром.)

В итоге Англия и Шотландия не попали на страницы его атласа. В окончательном списке оказались страны, соответствующие конвенции Монтевидео - определенная территория, население, правительство, - но не имеющие представительства в Генассамблее.

Зато многие из них являются членами Организации Объединенных Непредставленных Наций – альтернативной организации, защищающей их права.

Некоторые из названий знакомы каждому, кто когда-либо брал в руки газету: например, Тайвань, Тибет, Гренландия и Северный Кипр.

Другие не столь известны, но серьезности им не занимать. Миддлтон приводит много примеров, когда местное население пытается вернуть свой суверенитет.

Сильную обеспокоенность вызывает ситуация вокруг Республики Лакота (ее население – 100 тысяч человек), находящейся аккурат в центре Соединенных Штатов – к востоку от Скалистых гор.

Активисты требуют признания государства, на территории которого находятся священные для индейского народа лакота-сиу горы Блэк-Хилс.

Проблемы у аборигенов начались в XVIII веке, а к 1868 году они подписали соглашение с американским правительством, гарантирующее им право обитать в районе Блэк-Хилс.

К сожалению, это соглашение не учитывало последующую золотую лихорадку – и когда старатели устремились на священные земли, правительство забыло о достигнутых договоренностях.

Лакота пришлось ждать извинений более ста лет: в 1980 году представитель Верховного суда постановил, что "более грубой, циничной, бесчестной сделки в нашей истории еще не было".

Судья присудил денежную компенсацию (почти 600 млн долларов) лакота-сиу, однако они отказались от денег.

"По их словам, взять деньги фактически означало бы признать, что преступление было оправдано", - поясняет Ник Миддлтон.

В 2007 году делегация отправилась в Вашингтон, чтобы объявить о формальном выходе из состава США. В настоящее время юридическая борьба за независимость республики продолжается.

Аналогичные баталии происходят на всех континентах. Например, в Африке есть королевство Баротселенд с населением 3,5 млн человек, которое пытается отделиться от Замбии, а также Огониленд, формально находящийся в границах Нигерии. Обе территории провозгласили независимость в 2012 году.

Год спустя в Австралии была основана Республика Мурраварри, аборигены которой написали письмо королеве Елизавете II с просьбой доказать ее легитимное право на управление их землей.

Мурраварри дали королеве 30 дней, но ответом им была тишина. Тогда аборигены формально объявили о своем притязании на управление родным краем.

Не у всех стран, упомянутых в книге Миддлтона, такая древняя история. Зачастую их основателями становятся эксцентричные личности, которые надеются организовать новое, более справедливое государство.

В качестве примера автор приводит небольшое австралийское "княжество" Хатт-Ривер, основанное семьей фермеров в попытке обойти квоту на выращивание пшеницы, установленную правительством.

Вскоре у них появились собственные титулы, валюта и почтовая служба. По словам Миддлтона, в Хатт-Ривер "процветают печатание и продажа почтовых марок" (изначально письма отправлялись через Канаду).

Спустя несколько десятилетий правительству надоело бороться с местными фермерами: членам семьи Кэсли больше не нужно платить австралийские налоги.

В Европе стоит назвать Форвик, один из Шетландских островов – мини-государство на севере Шотландии, основанное англичанином во имя обеспечения прозрачного государственного управления, княжество Силенд в Северном море у британского побережья, а также Христианию – анклав в сердце Копенгагена.

Последний создан в 1971 году сквоттерами, поселившимися в бывших армейских бараках. 26 сентября 1971 года они объявили о независимости и "непосредственной демократии", выражающейся в том, что каждый житель (их сейчас 850) может проголосовать по любому важному вопросу.

До настоящего момента правительство Дании закрывало глаза на их деятельность: так, курение марихуаны в Христиании разрешается, а за ее пределами – нарушает датские законы (хотя сами христианцы приняли решение запретить на своей территории тяжелые наркотики).

Все эти экстравагантные примеры, однако, не сподвигли Миддлтона на то, чтобы попробовать самостоятельно основать государство.

"Изучив такое количество историй притеснения людей, я не считаю, что к подобному вопросу стоит подходить легкомысленно, - говорит он. - Для многих это вопрос жизни и смерти".

Несмотря на все усилия по достижению независимости, вряд ли жителям многих непризнанных стран удастся добиться признания во всем мире, считает географ.

"Если бы мне нужно было поддержать одну из них, я бы выбрал Гренландию", - рассказывает он. Этот автономный регион Дании уже управляется изнутри, что часто считают первым шагом к формальному признанию независимости.

Учитывая то, что мы не можем даже договориться об определении страны, возможно, стоит пересмотреть понятие национального государства как таковое?

Ник Миддлтон приводит Антарктиду - континент, права на который мирно делят между собой члены международного сообщества – в качестве примера того, что не обязательно нарезать землю на маленькие кусочки.

Возможно, это лишь начало. На последних страницах атласа Миддлтона приводятся два радикальных примера, заставляющих нас задуматься о значении, которое мы вкладываем в слово "страна".

Возьмем, к примеру, Атлантиум. Его столица Конкордия находится в отдаленной австралийской провинции, население которой состоит преимущественно из кенгуру.

Но это касается лишь административной части: Атлантиум позиционирует себя как "нетерриториальное" государство - любой человек, где бы он ни находился, может стать его гражданином.

Вот что сказано на его сайте: "В эпоху, когда людей по всему миру все чаще объединяют общие интересы и цели, Атлантиум представляет альтернативу дискриминационной исторической практике, в соответствии с которой человек получает национальность случайно, по факту рождения, или же по стечению обстоятельств".

Наконец, есть Элгаланд-Варгаланд, придуманный двумя шведскими художниками.

По их задумке, страна состоит из участков нейтральной территории по всему миру, включая землю на границах других стран и море за пределами их территориальных вод.

Таким образом, вы проезжаете через Элгаланд-Варгаланд каждый раз во время поездки за границу.

Из всех стран, которые рассматривал Ник Миддлтон, эта больше всего похожа на вдохновившую его Нарнию - ведь художники утверждают, что во сне или в мечтах мы также пересекаем границы и временно оказываемся в государстве Элгаланд-Варгаланд.

Впрочем, Атлантиум и Элгаланд-Варгаланд вряд ли могут рассчитывать на серьезное отношение большинства людей - Миддлтон уважает их создателей в первую очередь за попытку спровоцировать общественную дискуссию на тему международных отношений.

"Все они поднимают вопрос о том, что страны в известном нам виде не являются единственным легитимным способом организации жизни на Земле", - пишет он в своей книге.

Можно быть уверенным в одном: в мире происходят постоянные перемены. "Никто из моих ровесников не думал, что развалится Советский Союз - все может неожиданно измениться", - отметил автор.

Ранее "Обозреватель" сообщал про 55 вещей, которые должен испытать настоящий путешественник в своей жизни.

Присоединяйтесь к группе "Обозреватель LifeStyle" на Facebook, читайте свежие новости!

Наши блоги

Последние новости